От 09.06.18
А мы поздравляем победителей нашего конкурса красоты и обаяния "Мистер и Мисс Эноа"! Королевой бала стала восхитительная Sharess, а её спутником, который поразил всех своим талантом к стихотворчеству и пению - Rashid Nasir al-Ishehan. О том, как это было...мальчики налево, девочки направо.

Спасибо, тушки на Сашими найдены! Но есть ещё: "Все мужики - козлы!", "Требуется помощник", "Сбежавшее сокровище", "Колыбельная тишины" и "Наказание - смерть...". Всё для тебя, дорогой житель!

Напоминаем о том, что для сверхсильных и очень древних героев приём временно закрыт

Зато открыт набор на вакансии мастеров игры!!
Жанр: фэнтези приключенческое
Рейтинг: NC-17 или 18+
Система: эпизодическая
Графика: аниме и рисованные арты
Настоящее время:
январь 1214 г. - июнь 1214 г.

Рейтинг форумов Forum-top.ru

Fables of Ainhoa

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fables of Ainhoa » Потерянные рассказы » 09.08.ХХХХ - Ярильные ночи


09.08.ХХХХ - Ярильные ночи

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

[AVA]http://se.uploads.ru/DGy1p.jpg[/AVA]http://s9.uploads.ru/Yl10S.gif

1. Дата и время:
Поздний августовский вечер.
Альтернативный Эноа - мир остался неизменным, но судьбы участников сложились несколько по-другому.

2. Место действия | погода:
Над опушкой широкого леса плывет тихая, теплая и безветренная августовская ночь. Мало что нарушает тишину - ни на бескрайних лугах, ни в лесу рядом в радиусе нескольких километров нет ни одного крупного поселения.

3. Герои:
Лиадан, Корвин Аберкрон, Саркит.
Марджолайн Гримм - в первом круге, дальше по желанию.

4. Завязка:
Они встретили эту ведьму в деревушке на западе, и она сказала, что знает того, кто способен утолить их тоску и одиночество. И даже пообещала привести измученных странников к нему, ни разу не обмолвившись об оплате. Лишь посоветовала взять с собой дары - даже если они не могут позволить и самим себе есть и пить такое каждый день, она уверяла, что все затраты окупятся.

5. Тип эпизода:
Закрытый.

Отредактировано Sarkit (2018-02-24 03:53:52)

0

2

Марджолайн ведет их через густую лесную чащу - их сопровождает ласковый оркестр сверчков и еще не уснувших птиц, силуэты которых уже слились с темными ветвями деревьев. Двое усталых, измотанных путников, в лицах которых читалась то смутная надежда, то страх заплутать в этой глуши, плелись следом за ведьмой, - негласным своим путеводителем. С собой они несли жертвенные дары - всевозможные фрукты и сладкие овощи, вино и медовуху, солонину и еще свежую баранину... Мардж убедила их, что это совершенно необходимая часть "задабривания" загадочного духа, без которой тот не сможет внемлить их просьбам.

И да, им, черт возьми, действительно нужна была помощь! Один из них, кого звали Корвин, пусть и был и высоким, и крепким, выглядел уж больно измученно. У него явно были проблемы в общении с людьми - мужчиной он был крайне вспыльчивым и скрытным. А впрочем, нет, есть речь зашла о скрытности, следует упомянуть и его спутницу. Гримм, по правде сказать, сначала казалось, будто между ними что-то есть, - так горячо порой Аберкрон разглядывал свою подругу, но вскоре стало ясно - Лиадан, наемница, судя по внешности, родом с севера, тоже была слишком немногословна, чтобы хоть один из них рассказал другому о своих чувствах. По Лиадан всегда было видно, что за внешним слоем льда, многолетней привычки, вечно бушует шторм, но какие именно эмоции она испытывала - все еще неясно. Колдунья пыталась наблюдать за ней, но каждый раз северянка сбивала ее с толку. Иногда Мардж казалось, что это делалось целенаправленно.

Их разношерстная компания прошла долгую дорогу от деревни до нынешнего перелеска - суммарно они, пожалуй, потратили на это весь день, и сейчас уже должны бы валиться с ног от усталости. Марджолайн жутко боялась не нащупать связь с Саркитом, тем самым духом, хотя уже давным-давно научилась искать его по самым запутанным следам. Но одно дело - поиски в полном одиночестве, другое - работа проводника, от которого зависит еще две живые души.

Но опасения были ложными - когда они вышли в перелесок, Марджолайн ошутила сильный прилив энергии по всему телу. Саркит был где-то рядом, ждал их и наверняка вожделел и грядущую трапезу, и последующие увеселения.

- Сюда! - окликнула девушка своих товарищей, отодвигая рукой занавес ивовых ветвей. Лес кончился, открывая перед ними широкие зеленые луга с редкой россыпью одиноких тополей то тут, то там. На и без того теплой земле горел пышный, веющий каким-то уютом костер - верный признак старого друга Гримм. Кто еще стал бы что-то жечь на таком расстоянии от людей?

- Сейчас, думаю, вы его увидите, - она предупреждает их так, словно их ждет какая-либо опасность, но сама Мардж знает - все хорошо.

И она повторяет друзьям:
- Вы только ничего не бойтесь и идите. Он сам поверить не может.

+4

3

http://s5.uploads.ru/t/HqUGd.png

Лиадан вдыхает полной грудью. Жадно, отчаянно, не в силах насытиться. Ветер холодит лицо, режет глаза. И дочь Рода почти счастлива. Хватает дрожи в озябших кончиках пальцев да тянущей за язык при вдохе прохлады. На мгновение острой боли, когда тонкая веточка хлестанёт по лбу, щекам или носу. Тяжести снеди в торбе за спиной и умопомрачительного запаха от неё же.
Северянка готова скатать бодрой козочкой вокруг спутника и ведьмы, любезно вызвавшейся помочь в трудную минуту, рухнуть в сладко пахнущую траву, вжаться лицом, ощущая летний жар жирной чёрной земли. И дышать. Дышать, дышать, дышать. Задыхаясь от восторга и того чувства свободы, кое знаменуется гордо вскинутой головой и лёгкостью в плечах и мыслях.

Ещё и семи ночей не минуло с тех пор, как проклятый Соланиум скрыл свой блеск в чертогах грёз. Если можно говорить так о мече, никогда живым существом не бывавшим.

Радостна эта новость для женщины, что и мечтать не могла о налившимся правильной, отливающем серебром в изящных узорах на коже, силой теле; о чистом разуме, знающем о спокойствии, а не только урагане ненависти, зависти и искромётной ярости; о том, как изменится один замкнутый на себе мирок.
Жаль, но совсем непросто сладить с главным – с пустотой, что породил долгий изнуряющий страх, глубоко проросший в горячую мягкую плоть и белые кости, скрывшийся под вуалью тоски и бессилия.

Лиадан вдыхает тонкий аромат замоченных в сиропе фруктов, сплетающийся воедино со свежестью леса и терпкой горчинкой, что принес неизвестно откуда ветер. Робкая, кривая улыбка на мгновенье преображает равнодушное, неестественно спокойное, лицо, придавая тому выражение мечтательной задумчивости. Внимательный взгляд скользит по угрюмому спутнику.
Вот уж кто точно никогда не меняется. Ещё и плетётся позади так, что гляди, вот-вот, уронит драгоценную поклажу. Чай не за доброе слово да ласку получили лакомства.

- Корвин, не спи на ходу. Если хочешь, я могу забрать твою часть, - бросает через плечо, да только с искренней заботой во взгляде и тихом шелесте слов.
С теплом и холодом пришла и запоздалая нежность, окутывающая малый мир Лиадан. Постоянно хочется прикоснуться к тем, кто рядом, ощущая вовсе не глухое раздражение иль постылую вину, а мягкость иль жесткость одежд, шероховатость обветренной кожи. И это манило, топило, совсем неправильно изматывало.

Лиадан боялась прикоснуться не так. Сделать больно. Напугать. Обидеть неловким касанием. Поэтому сжимала ладони в кулаки, впиваясь ногтями в горячую мякоть (уже третий день игнорируя некогда лелеемые плотные перчатки из грубой кожи). И не протягивала рук. Не дарила успокаивающих или подбадривающих объятий.

Ни горячо любимому воспитаннику. Ни дорогому другу, снедаемому и демонами воспалённого разума, и собственным бессилием, и насмешкой Тени.

И смотрела на ведьму, вглядываясь в ломкую тень фигуры в сумерках.
Марджолайн казалась надломленной льдинкой, отколовшейся от огромного искрящегося на снегу пласта, скрывающего одинокое озерцо средь снежной пустыни. И Лиадан, с головой окунаясь в прожитые геройские годы, чувствовала вину. Словно была повинна во всех горестях, что испытала юная девушка с измученным лицом.
Лиадан всегда чувствовала вину, когда помогали просто так,  потому что пожалели. А могла ли дочь Рода пожалеть так же? Не скатиться до презрительной жалости, продиктованной, скорее, долгом. Пожалеть искренне, как израненного пса, что запал в сердце пронзительным взглядом и животной, воющей под рёбрами тоской.

Дорога мало запомнилась северянке. Она спокойно и неторопливо шла вслед за ведьмой, покуда они не достигли перелеска, где женщина и приметила привычную заторможенность спутника. Или просто в Лиадан, впервые за многие годы, жизнь била ключом. Пускай и ощущение было такое, точно душа её – дырявое решето, щедро роняющее крохи сил.
Предупреждение ведьмы, которую отчаянно хотелось согреть (хотя об этой жажде Лиадан сама узнала совсем недавно. Кажется, некогда ощущавшееся комком липкого снега тело не переставало пылать. Хотя температура эта была как раз нормальной для живого человека, ощущалась для некогда зависимой от силы проклятого меча женщины смертельным жаром), показалось тихой и умильной штукой, которыми перебрасываются старые друзья.

Лиадан улыбнулась. Широко, обнажая на удивление крепкие зубы.

- Надеюсь, мы сами выглядим не столь пугающе, чтобы нас лишь в озере и притопить останется, - поправляет драгоценную ношу и делает широкий шаг за занавесь ивовых ветвей. – Ты не пойдёшь с нами? У нас есть тёплое вино с пряностями, оно скрасит любую ночь.
Лиадан вглядывается в, казалось бы, бескрайний простор трав и неба. И огонёк костра, цепляющий взгляд средь сгустившихся теней ночи и косматых тёмных облаков, нет-нет, а скрывающих усыпанное звёздами небо.
- Восхитительно… Но полюбоваться можно и позже.

http://sa.uploads.ru/t/ZurEJ.png

Хотелось сбросить надоевшую обувь, пройтись босиком по траве, не заботясь ни о чём. Подумано – сделано. Дальше Лиадан идёт с лёгкой летней обувкой в свободной руке, утопая смуглой стопой в жадных объятиях диких трав (о царапинах, колючках да острых листьях женщина не думала. Это не та боль, которой стоит бояться). Словно здесь никогда не было людей. Здесь всегда царила тишина и спокойствие, да горел одинокий костерок, точно путеводный огонёк. Манящий и опасный. Вот только… ничего кроме усталости и спокойствия дочь Рода не ощущала.

Ночь была тиха. И полна сладостной лёгкости.

+3

4

Еще теплый воздух, пропитавшийся жаром солнечного летнего дня, оседает тягучей душной тяжестью в легких. Старые глубокие шрамы и... след, все еще не донца так и не заживший, снова напоминают о себе, будто не желая чтобы он забывал о них, давя на Корвина вниз, невидимыми путами мешая сделать каждый новый шаг. Усталость от долгого пути лишь дополняют картину, сдавливая его еще больше под незримой тяжестью... И несмотря на это он испытывает легкость. Не ту, от которой хочется бежать в чистом поле, дыша полной грудью горячим воздухом и подставляя лицо под освежающий ветер. Нет, эта легкость была другой, похожей больше на...

Пустоту.

Смешно сказать, но он даже не помнит сколько точно месяцев прошло с тех пор, как его меч рассек пополам Пса и отправил в столь родную ему безграничную Тень. Или его просто вырвали из его тела, оставляя Аберкрона беззащитным и сломленным... никем? Или он и не пропадал, а все еще там, сидит в самой темной глубине его истерзанной души, ожидая момента набросится снова? Нет-нет, его там нет. Больше нет. И будто стараясь убедить себя в этом, Корвин неосознанно касается левого бока и шипит от вновь нахлынувшей волны пронзающей естество боли. Под тонкими слоями одежды и уже грязных повязок кроется небольшая на пока закрытая рана над которой стоит омерзительный гнойный запах и окруженная угольной чернотой, являющиеся обугленной кожей. След. Его след, оставленный как напоминание. О чем-то, о чем он уже забыл. И не хочет вспоминать.

- Не надо, - он хочет скрыть раздражение в голосе, возникшее от вопроса Лии, но от этого звучит больше холодно, равнодушно. Не так, как он хотел бы с ней общаться. С кем угодно, но только не с ней. С той, кто была рядом с ним, когда он в этом нуждался больше всего, дарящей приятное чувство теплоты, доверия и... смысл двигаться дальше. Как хочет он сказать ей это сложив в ласковые слова, выразить свою истинную радость за нее, освободившейся от сковывавших ее оков проклятого оружия, стать для нее тем же источником согревающей заботы и нежности.

Но не может. Не может позволить себе сократить между дистанцию между ним и драгоценным ему человеком, боясь заполнить ту самую пустоту, занявшую место в страдающем сердце. Что, если пустота уйдет, ничего не помешает пылающей нечистым огнем тьме вернуться? Что если он станет прежним? Что если Пес снова придет за ним? Не настоящий, нет, но порожденный его восполненным сознанием, ноющим чувством вины и все так же иногда дававшей о себе знать сжигающей злобой. Нет, уж лучше опустошенность... Да и мог он хоть что-то подарить, отдать от себя что-то ценное для нее, согревающее ее? Нет, он мог лишь ломать и забирать. И он не хотел сделать ни того, ни другого с ней.

Когда они наконец достигают разведенном кем-то ярко горящего костра, Корвин идет вперед, не обращая внимания на слова ведьмы, и безбрежно бросает дары рядом. От всей это затеи он был против изначально, не веря ни в какого духа, дарующего освобождения от тоски. И он бы не пошел сюда, если не Лия. Устало садясь рядом с огнем и еле слышно постанывая от только сейчас начинавшей затихать боли, он смотрит на свою спутницу, свободно гулявшей по траве оголив ноги и кажется искренни радовавшейся этой легкой прогулкой. Старые мысли вновь заполняют его голову и, пытаясь отвлечься от них, он отводит взгляд к страстно танцующим языкам пламени.

Но даже там пылал ее ласковый силуэт. И взгляд его становится мягче.

Отредактировано Corwin Abercron (2018-03-06 18:43:12)

+3

5

[AVA]http://se.uploads.ru/DGy1p.jpg[/AVA]Пламя горит высоко - костер сложен так, что между сухими сучьями остается достаточно места для гуляющего по опушке ветра, напитывающегося теплом. И в нем действительно возникают очертания смутного силуэта, сложенного из теней, искр и пляшущих языков - пока фигура с другой стороны костра не поднимается на ноги, глядя на Корвина поверх гудящего пламени. Невозможно понять, сидела ли меднокожая женщина там с самого начала или же возникла за секунду прямо из воздуха, но внешне ничего необычного не сопровождает ее появления. Не поднимается ветер, не притухает костер, не смолкают выводящие трели в лесу соловьи.
Разница лишь в том, что рядом с ней нет места боли, усталости и страху. И хотя темные чувства не покидают и не могут покинуть людей сразу же, у них впереди вся долгая ночь.
Она заметила их, как только они приблизились достаточно, чтобы коснуться ее ауры и впитать частичку щедро распространяемой вокруг жизненной силы в себя. Марджолайн, конечно же, легко принимает приветствие, и ее тело горит перед взором Сарки, как искра. Но приведенные ею люди пока слишком закрыты, чтобы так легко воспринять правила игры и то, что будет происходить дальше.
Тем не менее, Гримм заслуживает одобрения за две новые жизни и получает его. Их эмоциональный контакт ощущается, как теплое прикосновение к щеке. В нем звучит и приглашение, но ненавязчивое и такое же мягкое. Она не требует ответа.
У вас много шрамов за душой.
Сарка обходит костер по направлении к усевшемуся прямо на землю мужчине, придерживая одной рукой свое просторное одеяние. Тонкий лен окрашен дроком и лебедой в разные оттенки желтого, красного и коричневого - но, несмотря на кажущуюся дешевость материалов, он выглядит роскошной парчой в танцующих отсветах пламени. Иногда кажется, что многоцветные одежды выглядят с темной кожей одним целым, но в следующий миг пламя колышется, заставляя тени смещаться и играть, и наваждение пропадает.
Здесь с вами ничего не случится.
Слова еще шелестят в воздухе, обнимая Лиадан вместе с теплым южным ветром, когда женщина опускается на одно колено рядом с Корвином.
Но боли здесь не место.
В голосе слышится мягкий упрек. Потому что в какой-то степени человек нанес себе эту страшную рану сам. Она знает про демона, знает про удушливые вонючие болота, про погоню... но если бы не ненависть, давным-давно свившая гнездо в его сердце, всего этого бы не было. Впрочем, сегодня это уже не так уж важно. Сегодня они могут избавиться хотя бы от части своих шрамов.
В первую очередь ей нужно познакомиться с людьми. И она приглашает их на другую сторону - там, за костром, расстелены потрепанные, но все еще толстые и мягкие ковры. Наверное, легко было не заметить их - темно-зеленые, с гладью тускло-желтых узоров, они легко сливались с густой травой. Или возникли там только что?..
Люди выполнили наставление ведьмы и принесли дары - сейчас самое время вкусить их. В том числе и самим людям, потому что в первую очередь новые силы нужны им. В воздухе кружится горьковатый дым костра и запахи лугового разнотравья, но среди них гуляют и другие - ароматного копченого и свежего сырого мяса, белого сыра и пучков укропа, замоченных в сиропе и засахаренных плодов, вина и меда. Тела рядом будто пробуждаются от спячки, постепенно начиная чувствовать все так же остро и полно, как и Сарка, и ей всегда нравилось это - ощущать снова, как упрямая жизнь побеждает.

Отредактировано Sarkit (2018-03-07 02:29:00)

+2


Вы здесь » Fables of Ainhoa » Потерянные рассказы » 09.08.ХХХХ - Ярильные ночи


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC