http://forumfiles.ru/files/0019/58/c4/73091.css
http://forumfiles.ru/files/0019/58/c4/37366.css
http://forumfiles.ru/files/0019/58/c4/49305.css
http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/67894.css
http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/44492.css
http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/50081.css

Fables of Ainhoa

Объявление



От 30.06.19

Проснулись — ребутнулись! Поздравляем с новым сюжетом.

Добро пожаловать на Эноа! Рады приветствовать путников и гостей ~

Жанр: фэнтези, сказка;
Рейтинг: NC-17 или 18+;
Система: эпизодическая;
Графика: аниме, арты.

Настоящее время в игре: 1203 год ~ 1204 год.

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru




начало лета 1203 года, июнь-июль

В мире всё хорошо, но всегда ли так будет?


           
~ а также другие нужные персонажи

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fables of Ainhoa » Потерянные рассказы » 19.11.1213 - Много-много снежинок


19.11.1213 - Много-много снежинок

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

1. Дата и время:
19.11.1213, поздний вечер, около 20:00

2. Место действия | погода:
Горные пики к северо-северо-западу от Нортрана. В частности, одиноко стоящая башня, путь к которой вымощен ступенями, заметить которые за выпавшим снегом довольно таки трудно, если только не знать, где именно их искать. Дорожка при этом ведет не только через ущелья, начиная у подножья гор, где раскинулись ледяные пустоши с одной стороны и леса с другой, но и периодически проходит в опасной близости от пропастей, когда путь поднимается достаточно высоко. Видимо, кто-то очень хотел, чтобы к башне был организована удобная дорожка, и добираться до нее было легко.
У погоды, правда, на эту тему имеются совершенно другие мысли - еще с раннего утра плавно падающий с неба снег перешел в состояние снежной метели, бушующей до сих пор, и крайне сильно усложняющей попытки добраться до безымянной башни, на верхнем ярусе которой даже не смотря на погоду, виден еле заметный огонек.

3. Герои:
Эрис Тегуэн, Вазгул Спинмарк

4. Завязка:
Примерно две недели тому назад, когда Тегуэн и Гримм уже успели вернуться после поездки в Аортэн, по Деорсе прополз слух, что где-то возле Нортрана видели Беруина, по прозвищу "Седой". Колдун, мастер темных искусств, пропавший пару лет назад со всех радаров, не только Башни, считался уже давно мертвым, раз ни один ритуал не смог его найти, однако, очевидцы утверждали, что видели именно его, да и ритуалы поиска это тоже подтверждали. Будто чернокнижник вернулся к жизни на пару дней, а затем снова исчез.
Казалось бы, слух и слух, однако, именно он заставил Эрис в спешке паковать вещи. Снова. И отправляться в дорогу. Возможно, дело было в том, что именно с него и началось знакомство Цветочка с Деорсой - седой маг, назвать которого старым у Эрис  не поворачивался язык, был достаточно добр к новенькой, и именно он заложил в ней мысли о том, что вся организация - это большая семья, а в семье надо заботиться друг о друге, чего не было в Башне. Может быть, она просто хотела с ним встретиться, или же убедить его вернуться, ибо по тем слухам, что доходили до Тегуэн, Беруин сбежал из под взгляда Деорсы уже довольно таки давно. А может... Может она сама не знала, зачем отправляется в путь, да еще и одна.
Тем не менее, спустя несколько дней после отправления вести от волшебницы просто прекратили поступать. И уже эти слухи долетели, в свою очередь, до Вазгула Спинмарка, решившего не дожидаться, когда за пропавшей колдуньей вышлют отряд палачей, чтобы вернуть ее назад, и отправился вслед за ней самостоятельно. Проблема была разве что только в том, что из-за разбушевавшейся погоды Синегорья найти Тегуэн просто по одним ритуалам оказалось куда сложнее, и полудемону пришлось по крупицам собирать сведения о том, куда пропала белая женщина, в конечно итоге выходя на след, ведущий к отдаленной башне где-то в горах, далеко-далеко от Нортрана.

5. Тип эпизода:
Закрытый. (Нет, серьезно, если вы придумаете, как в метель добраться до этого места у черта на куличиках, то флаг вам в руки)

0

2

Вазгул узнал об исчезновении Эрис достаточно рано, куда раньше многих, хоть и вышло это случайно. Спинмарк из лучших побуждений, желая исправить конфуз с платьем, обратился к портной, которая шила платья его жене когда-то, притащил ее в башню и… обнаружил, что Эрис, оказывается, и нет. А после уже узнал о том, что она отправилась за неким отступником и пропала.
Узнав, что отправилась она далеко на Север за таинственным и потенциально крайне опасным колдуном, Вазгул вызвался отправиться за ней сам.
На тот момент он был полон решимости. Даже соизволил одеться относительно нормально. Выяснил, посредством кровавого ритуала, ориентировочное место. И отправился туда.
Решимость его, правда, в пути немного поубавилась. Во-первых, дорога его немного вымотала – опять пришлось ехать в какой-то убитой телеге (на лошадях Вазгул не мог нормально кататься – они его сильно не любили). И было довольно холодно.
Кроме того, Вазгул и алкоголь с собой не взял, из-за чего у него была достаточно сильная ломка. Неудивительно, что прибыл в Нортран Вазгул в абсолютно разбитом состоянии, проклиная всех богов, Беруина, да и Эрис, которая зачем-то пошла на поиски отступника без боевого мага. Потом еще и себя проклинал.
Ему то зачем тащиться за Эрис? Из-за пары добрых слов? Он ведь уже не в том возрасте для подобных поступков.
- Идиот, - бормотал Вазгул.
И вообще она ведь пропала давненько. Наверняка ее уже убили. Стоило ли сюда ехать, чтобы просто отомстить? В ответ на подобные мысли оставалось только тяжело вздохнуть.
Какое-то время провел в городе. Погода была мерзейшая. Согревался Вазгул по большей части за счет магии крови, ну и меха помогали. Пришлось таскаться по кабакам – на улице никого ведь не было – чтобы узнать хоть что-то. Благо выслеживать Эрис было не так уж и сложно. Приметнее нее мага очень сложно найти.
В конце концов, Вазгул смог выяснить примерное направление. Какое-то время блуждал по окрестностям в метель, расчищая себе путь магией тьмы, но, в конце концов, набрел на некую тропу, которая даже в снегу выделялась на общем ландшафте.
Путь преодолел без особых проблем. Вазгул ведь подготовленный убийца Деорсы. Он давно научился преодолевать неудобства. В конце концов, после длительного пути по ущельям и у обрывов, Вазгул оказался у высокой башне, которая маяком возвышалась посреди метели.
Припал к земле. Снег его неплохо скрыл. Пустил себе кровь, которая расползлась тонкой струйкой по снегу, образуя витиеватый символ. Одна из рун Акраха. Рядом не было живых существ, потому решил ублажить бога своей кровью.
Прочитал короткую молитву. После этого двинулся к башне.
Приближался очень медленно. У башни может быть защита магического толка. Вазгул ничего подобного не ощущал, но он не был экспертом в этой области. Полудемон был экспертом в умерщвлении всяких отступников.
Приблизился к башне в плотную. Ничего не произошло. Колдун может знать, что кто-то здесь есть, но это не имеет особого значения.
На пальцах образовались когти, сотканные из крови: и на руках, и на ногах. Он начал взбираться по башне. Это было не трудно. Его когти легко адаптировались под выступы и мельчайшие щели. Метели сильно мешало. Тело горело от холода и ныло от усталости, но пока магический контроль над телом позволял легко обманывать разум.
На вершине горел огонь. Возможно, колдун там. Вазгул же залез в окно, что было ниже, в некое темное помещение. Немного отдышался. Сбросил с себя меха. Остался в темном утепленном камзоле, под которым была теплая рубаха, и темных брюках. Все уже немного измялось, но Спинмарк определенно не походил на нищего бродягу, как это бывало обычно.
Припал к стене. Притаился. Выскользнул в коридор. Передвигаясь неспешно в тенях. Он не знал, на что способен потенциальный враг, потому был осторожен.

0

3

Последним новообретенным хобби Эрис было сжигание книг, свитков, фолиантов, гримуаров, и всего, что может гореть. Она не записывалась в «пожарники», не стала вдруг страдать от пиромании, да и вообще все это никак не было связано ни с какими изменениями в психике. Ей просто было холодно. Очень холодно. Даже не смотря на теплую одежду, даже не смотря на то, что прямо перед ней был камин, Тегуэн все равно чувствовала невероятный холод, исходивший даже не от замороженной до последнего камешка башни, а откуда-то изнутри. Или откуда-то снизу — скорее всего с первого этажа этой самой башни, от которого волшебница старалась держаться как можно дальше, и, вероятно, именно по этой причине и расположилась на самом верху, в просторном зале, заставленном столами, стеллажами, шкафами и чем только не, служащим, видимо, лабораторией. Это, а еще только в этом месте из всей замерзшей башни был камин.
Примерно два дня. Если сейчас поздний вечер, то она провела в этом месте уже целых два дня, ибо два дня назад прибыла сюда, ведомая слухами и словами о том, что если где-то рядом и ошивается темный маг, то именно в этой безымянной башне. Местные называли ее по-разному, то Башней Слез, то просто «Башня», но названия не особо волновали Эрис. Честно говоря, когда она прибыла сюда, то даже не удосужилась проверить защиту от посторонних — просто зашла, открыв двустворчатые двери, и начала осматриваться, вооружившись простейшим заклинанием света. Открытия на первом этаже как раз и заставили ее задержаться здесь подольше, и когда это «подольше» уже должно было закончиться, началась метель. Конечно, у нее было достаточно припасов, чтобы прожить пару дней, но синегорские метели могли бушевать неделями, и в Тегуэн явно была не в том состоянии, чтобы покинуть укрытие. К тому же двери завалило. И продолжало заваливать, судя по тому, что снег за застекленными окнами продолжал свое движение сверху вниз, а иногда и по горизонтали, когда ветер был слишком силен. Все это подводило к простой мысли: «Она застряла».
Взяв в руки очередную книгу и чуть поднеся ее к огню, Цветочек пробежалась взглядом по обложке перед тем, как бросить и ее в огонь. «Анатомия, базовая мумификация и бальзамирование.» Такой том она уже видела, и в Башне Магов, и в Деорсе, да где только не. Его, по крайней мере было не жалко, ибо копии можно было найти где угодно. Ну, по крайней мере в доступных местах. «Эх, в топку» - подумала про себя Эрис и легким броском закинула фолиант в пламя, заставив затухающий огонь вновь разгореться. Похожая участь постигла всю деревянную мебель, что была в зале — именно поэтому не было ни одного стула, и Эрис просто сидела на полу. Она же ждала сначала те книги, которые были «популярными», и которые найти не составило бы труда. Возможно, когда-нибудь придется поступить так же с теми трудами, которые были уникальными — до свитков и лабораторных записей, сделанных Беруином, аккуратно сложенных на одном из дальних металлических столов в той части зала, до которой свет камина не доходил.
Вся эта ситуация была отвратительной. Глядя на танцующее пламя, превращающее символы и знания в пепел, Эрис не могла с этим не согласиться. Когда-нибудь за ней придут, но когда? Она даже не знала, в курсе ли кто-нибудь, что она именно здесь, а ведь метель могла довольно сильно влиять на любые поисковые ритуалы. Цветочек знала это. Не разбиралась, но прекрасно помнила о влиянии погодных условий на те из заклинаний, что покрывали большие территории. Возможно, именно поэтому отступники всегда старались прятаться в тех местах, где часто бушевали штормы или метели. Мысли о лекциях только лишний раз напомнили, что идея отправляться одной была довольно глупой, и, сидя на каменном полу, заботливо укрытым медвежьей шкурой, Тегуэн, в подтверждение растущему чувству собственной беспомощности , обхватила руками колени и попыталась уткнуться в них так, чтобы не примять цветок на правом глазу, из-за чего голову пришлось чуть-чуть повернуть, и взгляд волшебницы упал на какой-то стеллаж со склянками. Беруин явно занимался здесь исследованиями. «Занимался.» В прошедшем времени, судя по тому, что на первом этаже, если спуститься в подвал, можно было найти подобие спальни, где было... Тело.
Эрис шмыгнула носом. Вряд ли она была готова к увиденному тогда. Вряд ли готова сейчас. Она вообще не любила насилия, тем более ей не прельщал вид мертвецов, но наблюдать в этом виде своего бывшего наставника и первого друга в ордене темных магов было... Тегуэн могла долго подбирать слова, но первое и самое главное, что пришло ей в голову, был термин, обозначающий что-то настолько грустное, что оно способно сломить душу и сердце. Вспоминать этот перевод сейчас не хотелось, ибо в общедоступном языке этого термина не было, но в древних переводах оно еще встречалось, и, видимо, тем и запомнилось. Более того, эти мысли вообще никак не помогали, скорее, даже делали хуже, ибо вскоре последовал еще один шмыг, а сама Эрис почувствовала, как к горлу подкатывает горький комок, а глаза начинают слезиться. Она уже успела порыдать некоторое время, честно говоря, трудно было сказать, сколько точно, и вроде бы смогла прийти в себя, занимаясь обустройством места для пережидания метели, но сейчас, когда ей было нечем заняться, на ум приходила только та самая постель внизу и то, чем когда-то был ее наставник и друг, и то, чем он уже больше не был. Нет, определенно, со всем этим состоянием надо было что-то делать, и верным решением Цветочек все это время считала попытки отвлечься. Сделать что угодно, главное, чтобы сделать.
Вздохнув, вытерев левый глаз рукавом и, опираясь о пол, она поднялась с медвежьей шкуры. «Анатомия» уже постепенно выгорала, но ее бы хватило, чтобы Тегуэн могла спуститься вниз за... Честно говоря, она не знала, за чем именно ей вообще спускаться вниз. Может быть, имело смысл проверить местную кладовую — ее-то запасы уже подходили к концу, а Беруин наверняка был достаточно запасливым человеком, чтобы оставить в своей временной лаборатории хоть что-нибудь съестное. Конечно, был еще вариант, что он ждал смерти, потому и не стал беспокоиться о запасах вовсе, но как только эта мысль проскользнула в голове Эрис, та на мгновение замерла. Ну, в этом случае ей конец. Еще пару дней, и все. Но удостовериться все равно стоило, и, с напускным оптимизмом волшебница согнула в локте правую руку и сжала пальцы в кулак. Затем разжала — на ладони, смотрящей вверх, был небольшой светящийся шарик, который взмыл в воздух, чуть вырос в размерах и напоминал те светильники в Башне или филиале, которые светят холодным белым светом ,который не греет.
Еще один вздох. Затем шаг, и еще один. Огибая столы, проводя по их поверхности кончиками железных пальцев свободной руки, волшебница двинулась к выходу — им была уходящая вниз лестница, по ступенькам которой женщина с характерным стуком каблуков и спустилась. Затем коридор, огибающий некое подобие библиотеки — именно оттуда она и притащила большую часть книг для растопки, стараясь выбирать те фолианты, что не имели особой ценности. Пройдясь вдоль него, повернула направо. Затем закричала и с этим же криком припала к стене спиной, одновременно заставляя появляться вокруг себя шесть светящихся синим пламенем одноручных мечей.
Это последнее действие не было обязательным для поворота за угол — Тегуэн вполне обходилась и без подобных театральностей, и вызвано это поведение было исключительно тем фактом, что когда волшебница заходила за угол, тусклый свет сумел выцепить из теней чье-то лицо. Лицо могло означать многое. Например, то, что в эту башню кто-то пробрался, что само по себе трудно, да и не ясно, зачем. И не ясно, кто. Еще оно могло означать, что кто-то здесь был изначально — охранник или голем, и сейчас он решил выгнать нарушительницу за шкирку на мороз. И это было уже хуже. Еще был вариант, что Беруин ожил, и эта мысль просто вселяла в Эрис дикий и неописумый ужас на уровне инстинктов и страха перед мертвецами. Но, нет. Это был Вазгул. Вазгул? На это осознание потребовалось куда больше времени, за которое Тегуэн нисколько не сменила своей позиции — она все так же вжималась в стену, разве что шесть мечей слегка дернулись и медленно растворились в воздухе, как только понимание, что это не враг, а свой, достигло той части мозга, что реагировала первой. Сначала угасают намерения защититься, и только потом приходит понимание, что Спинмарка здесь быть вообще не должно было. Просто не должно. У него наверняка было много своих дел, но вызвать клинки снова Эрис в эту секунду не могла. Магия, зависящая от намерения, просто не срабатывала, пока Цветочек не была уверена в том, что ей что-то угрожает. Да и вообще это было похоже скорее на наваждение, а не на реальность. И уже эта мысль заставила женщину сглотнуть, выглядя все еще испуганно, и задать один единственный вопрос, что пришел ей в голову:
- Вазгул? Ты что здесь делаешь?  -
Галлюцинации. Это было самым простым объяснением. Трупный яд, или испарения, или еще что-нибудь. Стресс, голодание. Все это повлияло на мозг Эрис и теперь она видит того, чего нет на самом деле. Тем не менее, делать шаг вперед женщина не стала, все еще не зная, действительно ли это наваждение или Спинмарк действительно каким-то образом оказался здесь. Она все еще боялась. Честно говоря даже сама не знала, чего именно. Наверное, вся эта ситуация была просто настолько сюрреалистичной, что менталистка до сих пор не могла с ней свыкнуться.

0

4

Вазгул двигался достаточно быстро и плавно. Держался на грани. Ведь нужно было двигаться не только быстро, но и тихо. Благо, Вазгул все это умел. Ему частенько удавалось прикончить отступника достаточно быстро. Одного укола лезвием из крови достаточных размеров обычно хватает для летального исхода, если удается угодить в глотку.
Слышал приглушенный стук, подходя к помещению, в котором был источник освещения, отбрасывающий свет в коридор. Похоже на женщину. С Беруином подобные шаги связать невозможно. Эрис?
Сердце бешено колотилось. Не от волнения, но из-за магии крови, заставившей резко подняться уровень адреналина. Для того, чтобы успеть отреагировать на потенциальную опасность. Меж пальцев уже образовалась краснеющая рана, из которой в любой момент могло появиться лезвие.
Даже если его присутствие не секрет для потенциального противника, это вовсе не означает, что инициатива потеряна.
Выглянул. Эрис. Спутать ее с кем-то достаточно сложно. Да и по силуэту узнать легко. Она была совсем близко. За ней действительно был огонь и нечто, очень напоминающее то ли кабинет, то ли небольшую библиотеку.
Никого не видно. Магию он не ощущал. Мелькнули только клинки Эрис, но это лишь подтвердило, что тут действительно была наставница Деорсы. Еще и живая, что даже немного удивило Вазгула. Он рассчитывал найти ее труп и превратить в труп потенциального убийцу.
Услышал ее вопрос. Быстро осмотрелся. Вазгул знал, что темная магия может сотворить всякое, потому попросту не мог расслабиться. Сгусток темной магии столкнулся с полом, разбился, образуя настоящее темное облако сотканное из темной магии. Безвредно, но сойдет в качестве маскировки.
Рванул вперед. Схватил Эрис за руку – не металлическую – резко притянул к себе, рывком прижал к стене, прикрыв второй рукой ей рот. Держал ее достаточно крепко. Не был уверен, что она себя контролирует. Не хотел убивать, но был вполне готов это сделать. Вазгул не отличался гуманностью методов по изведению отступников.
Убрал руку с ее рта.
- Что происходит? Здесь есть еще кто-то? – краем глаза старался следить за ее стальной рукой. В скорости Эрис уступала Вазгулу, но расслабляться не стоило…

0

5

Нет, это все-таки были не галлюцинации — те обычно просто надоедали, но ни в коем случае не пытались творить заклинания, и уж тем более не пытались прижать тебя еще сильнее к стенке. Не то чтобы Эрис разбиралась в иллюзиях, но по крайней мере предполагала, что те обычно избегают контактов с телом, ибо тогда их очень просто распознать, а те же иллюзии, что имитируют боль и прочие чувства, требуют просто невероятной концентрации. Так что, да, это, скорее всего, был именно Спинмарк. Очень взволнованный и явно на своей волне, судя по тому, что Тегуэн в буквальном смысле почувствовала, с какой силой тот пытается прибить ее к стенке, что с одной стороны было, конечно же, вполне объяснимо и вполне логично, но, учитывая все знания о ее нынешнем положении, выглядело еще и крайне глупо. В смысле, она-то знала, что тут пусто. И что она точно ни под чьим воздействием. Она просто застряла в чертовой башне из-за метели, а не пыталась сбежать с трупом своего бывшего наставника, что вообще звучало абсурдно. Весь этот абсурд и был причиной, по которой волшебница молча опустила руки (хотя, сказать что-то с ладонью Вазгула у себя на нижней половине лица было довольно таки трудно) и воззрилась на ворвавшегося в чужую башню полудемона таким взглядом, в котором считалось «Серьезно?»
- Здесь только я и Беруин. - произнесла женщина тоном спокойным, хотя и с ноткой некоего раздражения от предельной серьезности палача, хотя именно в такой серьезности и заключалась его работа.
Эти слова, правда, не давали полной картины. И Эрис прекрасно это понимала. Они наверняка заставят Вазгула закидать ее еще вопросами, расспрашивать, пока он не поймет всей картины, и поэтому надо было рассказать обо всем подробнее. Проблема была в том, что это было тяжело. Очень. Принять для себя осознание, что твой друг умер, это еще куда ни шло, но Цветочек прекрасно знала, что если начнет говорить, откроет рот и вытолкнет из себя хоть слово по поводу смерти, то держать себя в руках будет трудно. Прикрыв левый глаз и чуть опустив голову, она чуть более расслабленно оперлась на стену, подождав, пока Вазгул избавит ее от своих объятий, решив, что пора сходить за местным хозяином, и прежде чем он уйдет, нужно будет сказать ему важную вещь. Будто в подтверждение тому, что это будет действительно трудно, волшебница скрестила руки на груди, и, не смотря на палача, произнесла достаточно тихо, чтобы заметить дрожащий голос было трудновато:
- Он умер. В своей постели. - пальцы чуть сильнее сжали протез, притом двигались только те, что были настоящими — Тегуэн знала, что с ее-то железной дланью можно и кожу себе разорвать, поэтому железная конечность просто осторожно лежала на локте правой — Не надо его искать, он просто лежит внизу. -
Провал. Если была в этот момент какая-то проверка на эмоции, то в тот момент Эрис ее провалила просто потому, что из-за произнесенных слов в голове тут же появились те же картины, что она видела раньше, и из-за них сдержать себя было практически невозможно. Вспомнилось сразу все, от первой встречи до последнего прощания, когда Беруин уходил проводить какие-то свои секретные исследования. Вспомнилось то, как в коридорах шептались о том, что он просто пропал, и тела нет. Вспомнилось, что тогда Эрис не придала этому значения, что лелеяла надежду, что старый маг все еще жив, и, в целом, так и было. Она не верила в его смерть до последнего, пока не увидела труп. Для нее это было достаточным доказательством, и при мысли о теле на первом этаже высокой башни к глазам подступили слезы.
Цветочек уже не дрогнула, ее будто трясло, и в какой-то момент правая рука, та, что была живой, отпустила железный протез и прикрыла рот волшебницы, который тут же выпустил тихий всхлип, а единственный глаз при этом зажмурился так сильно, будто бы это могло проигнорировать всю ситуацию. Она уже раз десять успела сказать, что смирилась, но вот, опять, теперь, когда сообщает эту новость, то чувствует, что эмоции разбивают весь этот хрупкий саркофаг спокойствия, что Тегуэн успела построить вокруг себя.
Конечно, она могла заглушить свою боль. Даже подделать свои воспоминания, чтобы было легче, но вряд ли бы это помогло. Скорее, просто отложило боль до какого-то момента, пока она снова не потеряет кого-то дорогого, и это в том случае, если подавленные воспоминания не вырвутся наружу. Нет, скорее, сейчас ей просто нужна была самой помощь. И, возможно, именно поэтому старшая наставница и дала волю своим чувствам, предполагая, что раз уж она теперь не одна, возможно, Вазгул ее поддержит. Он-то наверняка... Наверняка.
Мысли о Спинмарке немного успокоили Цветочка. Его же тоже постигло горе. И он как-то смирился. Запил, конечно, но в все же смирился, хотя бы на йоту. У Эрис не было в планах припадать к бутылке, она вообще не сказать чтобы любила алкоголь, но по крайней мере это давало надежду на то, что все будет не так уж и плохо. Когда-нибудь. Не сейчас, но когда-нибудь. Эти мысли уже позволили глубоко и ровно вдохнуть, выдохнуть, смахнуть ту слезу, что успела появиться и стечь по левой щеке, и наконец-то взглянуть на полудемона
- Извини, я просто... Не знаю. - вряд ли от нее в подобном состоянии можно было добиться чего-то внятного. Но по крайней мере ее слова намекали на то, что здесь относительно безопасно. Либо же что она находится под чьим-то контролем и пытается запутать Спинмарка, чтобы тот потерял бдительность и пропустил удар в спину. Такое тоже было возможно. Наверное. В зависимости от уровня развитости паранойи.

Отредактировано Eris Tegwen (2018-01-22 11:31:20)

0

6

Беруин здесь? Отлично. Значит…
Вазгул удивленно изогнул бровь, отпуская Эрис. Конечно, внутренне он был на стреме, но внутреннее чутье и отсутствие какой-то магии говорили в пользу слов Эрис. Беруин умер в этой башне. И обошлось без помощи Спинмарка.
На самом деле Вазгул не сразу осознал, что Эрис находилась в нестабильном состоянии. Сперва просто покивал на ее слова.
Беруина знал лично, но не особенно хорошо. Да и Вазгул уже успел убить так много бывших коллег, среди которых даже были друзья – он и Беруина то отправился убивать – что вообще перестал как-то реагировать на их смерти. Нажрался, отрезвил себя магией крови, пришел, перерезал глотку, пошел выпивать дальше. О чем тут думать то?
Еще Вазгул думал сразу отправиться вниз. Проверить труп. И заодно, например, голову ему отсечь. Темные маги, знаете ли, умеют удивлять. Уж Вазгул знал это очень хорошо.
Но что-то все-таки остановило Спинмарка. От размышлений о том, что труп тоже нужно обезвредить Вазгула отвлек всхлип.
Она плачет? Вазгул старался, конечно, скрыть удивление. Они что с Беруином были так близки? Вазгул итак чувствовал себя немного глупо. Миссия по спасению оказалась не особенно нужной (по крайней мере, именно так подумал Спинмарк). Рыцарь в сияющих доспехах нашелся…
Уровень адреналина снизился. Из-за этого Спинмарк даже начинал ощущать холод. Меха он ведь сбросил наверху, чтобы двигаться быстро и плавно.
Что делать? Обнять?
Вазгул даже немного подвинулся ближе. Но двинуться еще ближе не смог. Предлагать даме интим за деньги ему было совсем не сложно, но почему-то то, что он собирался сделать, казалось крайне глупым.
Вместо этого положил руку ей на плечо. Тыльной стороной ладони слегка коснулся волос. Будто погладил, но, когда она выдохнула, оставил руку на плече.
- Ничего. Бывает. Наверное… хм…
Что ни говори, а в таком виде он ее застал впервые, что немного сбивало с толку. Как и вся ситуация.
- Вы с ним были… эм… близки? - только и нашел, что спросить Вазгул. Общение - это вообще трудно. Особенно, когда ты им годами пренебрегаешь.

0

7

Вдох-выдох. Вдох через нос, выдох через рот. Стало чуть легче. Немного, но легче и это уже радовало, позволяло переключиться с одной вещи на другую. Все это время Эрис вообще только и делала, что пыталась отвлечься, занимая себя делами, которые якобы были «важнее», и потому в тот момент, когда пришлось отчитаться, снова вернулась в то же состояние, в котором пребывала первые пару часов после осознания смерти Беруина. Но она была сильной. В конце концов, жизнь постепенно закаляет, а раны постепенно затягиваются, по крайней мере у Цветочка, и, когда Вазгул задал ей вопрос о близости, та снова опустила взгляд, но по крайней мере не разрыдалась, не смотря на то, что на фразу Спинмарка волшебница вполне могла ответить и с обилием чувств, повышением голоса и раздражением. Для нее был очевидным тот факт, что любой другой член Деорсы не заслуживал бы такой эмоциональный отдачи, которая сейчас и происходила у Тегуэн, но вряд ли это было очевидно для Вазгула. Скорее всего, он вообще не знал Беруина, или знал, но понаслышке, ведь он и о самой Эрис вряд ли  знал какие-то интересные подробности, за исключением разве тех, что относились к излишней назойливости беловолосой в отношении полудемона.
- Да, он был первым, кого я встретила, когда попала в Деорсу. - произнесла женщина, чуть отведя взгляд и пытаясь не сказать о том, что Беруин был ее первым другом с того момента, как ее перевели из Башни.
С годами знакомые из Башни вообще перестали с ней общаться. В конце концов, просто так никого не переводя в орден темных колдунов, и когда туда отправили, казалось бы, вполне себе светлую Эрис, слухи просто не могли не поползти, и точно так же они не могли не дойти и до ее знакомых, с которыми Тегуэн общалась в те дни. Это, а еще перевод в практически другую организацию, постепенно свели на нет вообще все ее связи с Башней, и если та и встречала кого-то из своих бывших друзей по интересам, то все, чем они ограничивались в общении, были фразы про «как дела» и приветствие. Ни приглашений на эксперименты, ни совместные встречи, ничего. Поэтому старый колдун, который протянул Цветочку руку помощи, был ей важен. Очень важен и очень дорог. Сейчас, правда, это уже было прошлым. Не то чтобы больше друзей у Эрис не было, в конце концов они появились даже среди темных магов, да и не только темных, но все же...
- Ты... - начала было женщина, только заметив, что рука Спинмарка держит ее за плечо, что немного вернуло Тегуэн к тем вещам, что, возможно, были все же важнее трупа, заставив волшебницу еще раз зажмуриться, будто пытаясь свести воедино мозаику — Как ты сюда добрался? Я в этой башне уже два дня из-за метели провела, вход занесен так, что его вообще не откопать... -
Возможно, в ее голосе была нотка недоверия, и правая рука, та, что была живой, опущенная на внутреннюю сторону локтя левой, а также чуть прищуренный взгляд только подтверждали это. В действительности же Тегуэн просто не могла понять, как Вазгул сюда попал, просто не понимая, КАК он это сделал, учитывая все ту же метель. Утренний забег по этажам в поисках съестного и чего-то, что еще не жалко было сжечь, вполне четко показал, что если открыть те ворота, через которые Эрис вообще сюда попала, то за ними будет ждать стена прессованного снежка, через который можно было бы добраться до цивилизации только прокопав проход. И у Тегуэн не было лопаты с собой. Старый маг, видимо, о ней тоже не позаботился, потому что ничего похожего магичка не нашла. Что вполне наводило на вопрос «как», при взгляде на Вазгула, который стоял рядом.
Тем не менее, ей не нужно было даже услышать ответ полудемона, скорее, просто переключить себя на ту часть мозга, что отвечала за практичность, и вот это размышление на тему способов добраться до башни в условиях подобных погодных условий вполне помогло.

Отредактировано Eris Tegwen (2018-01-22 13:58:22)

0

8

(Форум шлет меня подальше, выдавая "Error 500 - Internal Server Error", если я шлю сообщения больше определенного количества символов, так что вот вторая часть поста: )

Она еще раз выдохнула, расцепила руки и, согнув их в локтях, расправила пальцы на ладонях в жесте «стоп», чуть прикрыла глаз и, когда открыла его, смотрела на Спинмарка уже с серьезным видом. С таким же, с которым она смотрела на него, когда пыталась убедить, что заливаться алкоголем это плохая идея, и можно было бы придумать и что получше. Вероятно, это вполне означало, что Цветочек вернулась полностью, и ее слова только давали тому подтверждение:
- Ладно, знаешь... Не важно. Тебе надо спускаться вниз? - серьезный тон, серьезный взгляд, явная попытка избежать вопроса «Будешь ли ты проверять тело?», как будто ничего такого не было пару минут тому назад, и все это время северянка держала себя в руках без каких-либо проблем  — В смысле, я смогла немного обустроиться наверху и не знаю, как ты сюда попал, но предполагаю, что мы вряд ли сможем вернуться тем же путем, так что я просто хотела предложить тебе хотя бы очаг. -
Не заметить легкую дрожь было не трудно. Как и отсутствие теплой одежды. И под теплой Эрис имела ввиду именно что теплую одежду, а не камзол. В продуваемой всеми ветрами каменной башне даже волшебница ходила в шубе, одетой мехом внутрь, из-за чего оно больше напоминало скорее темное пальто с меховыми вставками, но не догадаться о том, что Вазгул сейчас испытывает явно некий дискомфорт из-за отсутствия похожей одежки, было и вовсе невозможно, поэтому уже после всего сказанного во взгляде Тегуэн показался легкий огонек. Тот же, что проявился какое-то время тому назад  в аваринском филиале — забота. Может быть, это был ее способ уйти еще дальше от горя, но она не хотела об этом задумываться. Скорее, просто ощутила некоторую необходимость взять в охапку Спинмарка, посадить рядом с собой возле камина и сидеть так, не думая ни о чем, и надеясь на то, что метель закончится хотя бы сегодня. Или никогда. «Никогда» тоже подходило.

0

9

Эрис в целом довольно быстро приходила в себя. Вопрос немного удивил, но Вазгул виду не подал. Его коллеги часто забывали о том, что магия Вазгула позволяла ему быть идеальным убийцей и охотником, выдерживая любые погодные условия и приспосабливаясь к любому ландшафту.
Да и это место не было самым труднодоступным из тех, где Вазгулу приходилось бывать, охотясь на отступников.
Он бы и спуститься смог, но вот Эрис повторить за ним бы точно не смогла. Она точно уступала ему в физическом плане. Да и у нее не было страховки из кровавой магии, а цепкая конечность была только одна. А снег на большой высоте точно бы не помог.
Впрочем, можно попытаться вытащить ее на своем горбу, но для этого нужно немного отдохнуть…
- Я просто… - начал было Спинмарк своим обыденно будничным голосом, когда Эрис его прервала.
Вазгулу казалось, что она не хочет, чтобы он шел вниз. Но было кое-что, что выделяло Вазгула при всех его недостатках на фоне многих других коллег – он был исключительно исполнительным. Потому избавиться от мысли, что тело колдуна надо осмотреть он попросту не мог.
Да и накидку он оставил внизу. Словом…
- Возвращайся к… хм… очагу. Я сбегаю за своей накидкой. Оставил ее внизу, - не наврал, но немного умолчал Спинмарк. Ответа не дожидался – убежал. И догнать его Эрис точно бы не сумела.
Сперва и правду вернулся за накидкой. Она вся промерзла и была в снегу. Одевать ее нельзя было.
Спустился вниз. Старался не медлить и действовать осторожно. Осмотрел тело беглым взглядом. Он был точно мертв. Никакой магии не ощущал. Тем не менее, все равно отделил голову мертвеца от тела лезвием, сотканным из крови. На всякий случай.
Вернулся обратно, почти не запыхавшись. И это несмотря на то, что весь путь он пробежал. Дело, конечно, в магии крови.
Свою накидку бросил у очага. Ей нужно высохнуть. Сам присел рядом с Эрис. Потер ладони. Холод вновь был ощутимее, стоило слегка ослабить воздействие магии крови.
- Я забрался сюда по стене башни. Я могу выдерживать любые погодные условия, а это не самое труднодоступное место из тех, где я был… - рассказал Вазгул, глядя в огонь.
Ему нужно было немного отдохнуть. Стихию можно побороть, но не в его нынешнем состоянии. Хоть внешне Вазгул выглядел как обычно (потрепанным). Зато перегаром не несло. Правда, руки тряслись теперь, когда уровень адреналина падал, не только от холода, но и из-за отсутствия алкоголя.
Без выпивки Вазгулу даже казалось, что он стал слегка заторможённым. Или это последствия длительного усиления организма магией крови?

0

10

Еще один вздох, на этот раз в одиночестве. Чувство пустоты, похожее на то, что зародилось когда-то давно, теперь ощущалось куда сильнее, а с мгновенным испарением Спинмарка из воздуха и вовсе нависло над волшебницей дамокловым мечом. Конечно, она видела, как Вазгул не столько испарился, сколько слишком быстро побежал, но вот почему-то версия с растворяющимся в воздухе полудемоном казалась Эрис более вероятной. И слова «слишком быстро» тоже подходили. Честно говоря, еще до того момента, как силуэт палача скрылся за поворотом, Тегуэн успела задать себе вопрос, довольно простой, но заставивший женщину выглядеть куда более холодной в плане чувств, чем обычно. «Зачем он так спешит?»
Она не стала дожидаться возвращения Вазгула, просто, чуть опустив взгляд, решила последовать его совету и, оттолкнувшись рукой от стены, отправилась в ту сторону, откуда пришла. Причин для спешки могло быть несколько. Пока Эрис поднималась по ступенькам, у нее было достаточно времени, чтобы поразмыслить. Возможно, Спинмарк был просто предан своему делу — впрочем, так и было на самом деле. Или же он не хотел допускать возможности, что в этой Башне кто-то мог спрятаться, ведь в отличии от Цветочка он наверняка мог обыскать все это строение куда быстрее и эффективнее, чем она, обитательница теплых филиалов, работавшая в «поле» так же редко, как и применяла свою магию в бою.
А может быть он просто поскорее хотел сбежать от Тегуэн, явно выглядящей не так, как обычно, а очень даже подавленно.
Этот вариант тоже был возможен. Он был даже более вероятен. В конце концов, ее мало кто знал с печальной стороны — обычно Эрис всегда описывали, как человека как минимум жизнерадостного для ее-то положения. Поддержать кого-либо, помочь кому-либо, сделать что-то для кого-либо. Ведь Цветочек хорошо понимала людей, даже без магии ей это удавалось, а с ее-то навыками в чтении мыслей и вовсе не было ей равных, из-за чего у беловолосой северянки сложился образ наставницы, способной разрешить практически любой человеческий конфликт. Она не боялась, конечно, что о ней плохо подумают, если вечно жизнерадостная и серьезная волшебница будет ходить с понурым видом, скорее, просто размышляла на тему того, найдется ли хоть один человек, который бы смог поддержать ее. Возможно. Была семья, но она далеко. Была Гримм, но у нее своих забот хватало с лихвой. И «с лихвой» было преуменьшением. Был Спинмарк, но он... У него тряслись руки. Эрис почувствовала это, когда он положил ладонь ей на плечо, даже не смотря на то, что ее тело в тот момент содрогалось, чтобы подавить желание зарыдать. Это означало что, скорее всего, он внял ее просьбам. А еще это означало, что не стоило на него надеяться, просто потому, что у него самого был тяжелый период. Видимо, продолжающийся всю оставшуюся жизнь.
С этими мыслями, довольно мрачными, куда мрачнее, чем обычно, Тегуэн добралась до зала для экспериментов. Словно призрак, прошла мимо столов и вернулась обратно на медвежью шкуру возле догорающего огня, которому «Анатомии» явно не хватило. Выбора все равно не было, рука инстинктивно потянулась к той кипе книжек, что была поодаль и наугад выцепила оттуда что-то с вкраплениями металла на переплете. Шарик света все еще плыл над головой Эрис, поэтому ей не надо было пытаться разбирать шрифт в темноте, чтобы понять, что у нее за фолиант оказался в руках на этот раз, но даже беглого взгляда хватило для того, чтобы вспомнить, что это за книга. «Инструктаж по мечам Мети», с порезом на корешке в виде галочки. Этот труд был странным, очень странным, но, более того, в нем был и еще один секрет, обычно ускользающий от каждого, кто не искал каких-то тайных знаний, и этого уже было достаточно, чтобы не кидать его в огонь. Следующий трактат же, выглядящий куда более бедно и в плане страниц, и в плане оформления переплета, под названием «Философские веяния эльфов» был запущен в огонь без каких-либо колебаний, хотя бы потому, что его копий было предостаточно практически везде. И глядя на то, как чьи-то идеи заставляют камин разгораться и греть чуть сильнее, Тегуэн, будто в задумчивости, открыла «инструктаж», и пробежалась взглядом по первому абзацу первой же страницы.
В этот момент пришел Вазгул. «Пришел», правда, вряд ли подходило — для Эрис он материализовался рядом, присев справа от волшебницы и тем самым выбрав наблюдение не столько за ее взором, сколько за бутоном, закрывающим своими лепестками для полудемона верхнюю часть лица колдуньи. Как будто бы он мог просто телепортироваться туда-сюда без каких-либо сложностей, но в действительности Цветочек просто не могла сфокусироваться на чем-то в последнее время. Поэтому, когда он пришел, на его слова у нее не было ответа, и волшебница просто промычала, видимо, чтобы дать понять, что она услышала, а не просто проигнорировала, читая раскрытую и лежащую у нее на ладонях книгу.
Ей не хотелось читать, честно говоря. Но чтение затягивало. И когда закончилась последняя строка того самого первого абзаца, что попался на глаза Эрис, в ее памяти постепенно ожили и те воспоминания, что относились к другому времени. И, главное, в них не было Беруина. Задумчиво Тегуэн подняла голову. Пламя сожрало трактат о философии и теперь лениво трещало страницами и чернеющим переплетом. Женщина же, сидящая перед ним, чувствовала себя опустошенной.

0

11

Физиономия у Вазгула была обыденно недовольной. Сейчас, правда, причиной была не только привычка, но и комплекс других причин. Тут и какой-то стыд из-за того, что он вообще сунулся сюда, и непонимание поведения Эрис, и холод, и сильное недомогание из-за попытки не пить в течение длительного периода, которая была исключительно тяжелой. Тело уже успело привыкнуть к пьянству.
Вазгул в целом считался исключительно неразговорчивым типом. И это не просто так. Но сейчас ситуация была иной. Молчание Эрис делало атмосферу в глазах Вазгула какой-то совсем гнетущей. Он даже невольно ощущал себя в чем-то виноватым, хоть и не мог понять, в чем он вообще тут провиниться.
- Немного отдохну и двинем отсюда.
А из-за всего этого Спинмарк начинал внутренне раздражаться.
- Я думал, что ты уже мертва. Ну, когда выдвинулся сюда, - предпринял неудачную попытку начать разговор.
Резко оборвал себя. Скривил физиономию. От раздражения, конечно. Ну и от легкой головной боли, которая была следствием и легкого переутомления, и воздержания от алкоголя.
- Да что с тобой такое? Твой друг итак был покойником. Он им стал, когда решил сбежать. Если бы сюда немного раньше явился я, то убил бы его. Если бы ты уговорила его вернуться, то сперва бы его пытали, чтобы выведать секреты. Ну ты знаешь: секреты о том, как он скрылся от ока Башни, а потом его все равно бы убили.
Вазгул не сомневался в том, что без особых проблем убил бы колдуна, что жил в этой башне.
И он уже не раз убивал тех, кто пытался сбежать из Деорсы. Среди них были и друзья, а среди них были и те, кто думал уговорить Вазгула бежать с ними.
- Он свой выбор сделал. Чего его жалеть? – невольно Вазгул подумал и о самом себе. Но Спинмарк на жалость и не рассчитывал, что хоть когда-то, много лет назад, находил в ней нечто приятное.
Внутренне рассчитывал на агрессию, хоть и не желал ее. Но агрессия всяко лучше апатии. Да и холод мешал здраво мыслить.
Смотрел в огонь. Выставил перед собой руки, потирая пальцами друг о друга. Было довольно холодно. Сейчас эффект магии крови почти пропал и Вазгул отчетливо ощутил, что тут было холодно, а огонь давал очень мало тепла. А его накидка была все еще влажная, потому приходилось сидеть в совсем не теплой одежде, вжав голову в плечи.

0

12

Это была одна из тех редких ситуаций, когда Эрис могла сказать, что не верила своим ушам. Вообще, до момента, когда полудемон решил высказать свое мнение по поводу отношения к «предателям», все было довольно таки нормально — волшебница просто сидела и молча кивала, даже сумев отвлечься от мрачных мыслей и перевести свои размышления в сторону рассуждений о том, как отдохнувший Вазгул поможет им сбежать из башни, учитывая то, что, скорее всего, им придется делать подкоп, чтобы выбраться. Но в какой-то момент Цветочек поняла, что Спинмарк сказал что-то, что заставило ее выйти из себя, при этом сама Тегуэн даже не двинулась.
Конфликт мировоззрений был буквально на лицо, и связан он скорее был с тем, в каких сферах обитали двое застрявших на верхушке башни. Эрис в основном общалась с теми людьми, которые еще могли вернуться в Деорсу, убеждала их, что это правильное решение. Словом, ее дела зачастую касались не полностью отбитых отщепенцев, в то время как Вазгул «общался» как раз с ними, судя по всему. И, судя по всему, на языке насилия. И, судя по всему, слишком часто, чтобы профессиональная деформация не начала действовать на полудемона и его восприятие. С одной стороны это было нормально, и в любом другом случае Тегуэн могла бы просто сделать недовольно-серьезный вид и отчитать палача за то, что тот слишком критично относится к тем, на кого еще можно надеяться. Но не в этот раз. В этот раз волшебница хотела ответить на слова Спинмарка болью. В конце концов, смерть действительно опустошила ее, а вот Вазгул сумел наполнить ее такой яростью, которую Эрис не испытывала уже очень давно.
И все же она была слишком цивилизованной. Она могла бы прямо сейчас подорваться с медвежьей шкуры, кинуть в полудемона книгой, орать на него, кричать о том, каким замечательным человеком был Седой, о том, как он помог ей, и каким нужно быть черствым болваном, чтобы говорить о том, что его вообще кто-то мог бы пытать или что его смерть оправдана. Вместо этого же Цветочек медленно закрыла книгу и, чуть опустив голову, закрыла левый глаз, стиснула зубы и постаралась выдохнуть.
В этот же момент сработало то, что она могла бы назвать подсознанием, хотя, честно говоря, даже после того, как они вернутся обратно в филиал, после того, как Эрис отдохнет и придет в себя, она не сможет ответить точно, сделала ли она это несознательно, или же она хотела этого. Все дело было в боли и в идее. Даже после того, как, казалось бы, к Тегуэн вернулось самообладание, желание ответить Вазгулу чем-то на уровне ментального удара по почкам, никуда не делось. Ей очень хотелось сделать так, чтобы он понял, что сказанное им во всех смыслах отвратительно, не говоря уже о том, что вряд ли вообще стоит в подобной манере общаться с кем-то, кто потерял дорогого человека. И вот на этой мысли, о «дорогих людях», Эрис и заметила у себя в голове вопрос, таящийся в далеком-далеком углу. «А что бы он почувствовал, если услышал, что Эйлин умерла не из-за кого-то, а из-за того, что была слаба? Что была жалкой? Что она не смогла защитить саму себя?» И она позволила этой мысли расцвести. Позволила заполонить свой разум, разрастись до отвратительного вывода и ринуться к Вазгулу. Она знала, что этого было нельзя делать. Знала, что это отвратительно. Что это было сродни ментальной пытке, но при этом не остановилась ни на мгновение.
Повисла тишина. Цветок вместо глаза не позволял Тегуэн взглянуть на палача, да ей и не хотелось, если честно. Она еще раз вздохнула, чуть подняв голову, взглянув на огонь. Злости больше не было, хотя бы потому, что в итоге ее чувства все же нашли выход. Осталось только омерзение, но направлено оно было уже к себе, а не к Вазгулу, и именно по этой причине Эрис и смогла открыть рот, чтобы заговорить с палачом:
- Он был моим другом. Воздержись, пожалуйста, от подобных комментариев, если только у тебя нет желания сказать о нем что-либо хорошее. - произнесла женщина довольно таки холодным тоном, не предполагающим продолжения дискуссии о том, кого стоит жалеть, а кого нет. В каком-то смысле слова палача отрезвили ее, позволили взглянуть на ситуацию с другой стороны, и за это она была ему в каком-то смысле благодарна. Но вот то, как он это сделал, похоронило все желание хоть как-то продолжать общение, за исключением тех тем, что были связаны со спасением.
- Как ты предлагаешь выбраться? Я не уверена, что ты сможешь спустить меня и вещи за один заход, не говоря уже о том, что я не знаю, хватит ли нам припасов, чтобы добраться до Нортрана. - произнесла волшебница, чуть поворачивая голову — она явно что-то искала. В ее голове уже давно была одна загадка, которая не вылезала наружу только по той причине, что эмоции заглушали все попытки начать рационально мыслить, но сейчас, когда ее разум был чист, эта самая загадка возникла на горизонте, будто монолит, и тень от него не позволяла Эрис просто забыть о ней. Беруин был стар. Как он вообще добрался до этой башни? Пешком? Вряд ли. Возможно, где-то был телепорт...

+1

13

В голове Вазгул представлял себе все совершенно по-иному. Конечно, он бы сам в этом никогда не признался, даже самому себе, но картины в его голове часто были достаточно утопичны. И было там что-то вроде Эрис, повиснувшей на шее Вазгула, и убийство злого отступника, и гордость за самого себя. Но реальность оказалась сложнее и обыденно мрачнее.
Затянувшаяся тишина поспособствовала погружению в собственные мысли, которые далеко не всегда нравились Вазгулу. А сейчас в его мозгу крутились навязчивые мысли об Эйлин.
Может ли он что-то говорить про старого колдуна в подобной манере, имея за плечами тяжелую потерю? Можно ли упрекать в малодушии и эгоизме кого-то, когда сам подобных упреков не можешь вынести?
И в голове даже начали всплывать какие-то образы – отголоски событий прошлого, которые подтверждали бы эти мысли. Случайно брошенные фразы про его жену, которые были совсем не о сочувствии к ней.
Вазгул, впрочем, больше расстраивался из-за того, что не взял с собой выпивку. Она в таких случаях отлично помогает.
- Ага… - глухо отозвался Вазгул на первую фразу.
Ментальное воздействие в руках опытного колдуна крайне опасная штука. Можно даже и не понять, что твой мозг препарировали. Но иногда следы воздействия обнаружить можно. Особенно, когда ментальный маг торопиться оказать нужный эффект на сознание. Тут очень помогают опыт и паранойя. Последних у Вазгула было в избытке.
Он ведь никогда не считал, что его жена была жертвой слабости. И если подумать, то он с трудом мог воспроизвести воспоминания о людях, которые подобное говорили. Такое вообще было в реальности?
И как он вообще мог сравнить собственную жену и какого-то мертвого старика?
- Выбраться, да? Хах, выбраться… - пробормотал Вазгул, глядя куда-то в сторону. Поднялся. Напялил на себя меховую накидку.
Все это было бы глупой догадкой. Ведь разум довольно сложная и непредсказуемая штука. Но тут вмешивалась одна переменная – сильный ментальный маг, который, кажется, был недоволен словами Вазгула.
- Мне припасы не нужны, - машинально добавил Вазгул, хоть он толком и вслушивался в слова Эрис.
Убежденность в собственных выводах вызвала смешанные чувства. Тут и недоумение, граничащее с недоверием к самому себе – разве Эрис могла такое сделать? И досада – он ведь отправился сюда по собственной воле и ради чего? И злость – она ведь действительно решила, что какого-то старого отступника можно ставить в один ряд с его покойной женой…
Как настоящий взрослый, в прошлом состоятельный мужчина, которому ничего не стоит отправиться на суицидальную миссию и броситься на дракона, Вазгул поступил как подобает: затаил обиду. А вместе с ней какое-то опустошение. Даже ощущение какого-то предательства, хоть в сущности Эрис ему вообще ничем не была обязана. Да и все его выводы могут быть не более чем следствием паранойи, а не реальностью.
И Вазгул знал отличное средство для того, чтобы избавиться от тяжелых мыслей. Попытка отказа казалась сейчас глупой и смешной ошибкой, на которой следовало поучиться...
- Пойду, погуляю. Поищу вино или медовуху, - бросил Вазгул. Отправился в соседнее помещение. Лаборатория, кажется, где принялся разглядывать полки и шкафы. Не мог же он не выпивать время от времени…

0

14

Глубокий вдох, затем выдох. Странная ситуация, в которой начинало казаться, что Спинмарк сегодня все будет делать наперекор, постепенно становилась для Эрис реальностью, хоть и субъективной, и эта субъективность была единственной причиной, по которой женщина вообще смогла вернуть себе самообладание в полной мере. В конце концов, что он тут вообще делает? Совпадение, что за пропавшей Цветочком послали именно Вазгула, было довольно таки сомнительным, и дело было даже не в том, что Тегуэн была какой-то сверхумной девицей-детективом, которая могла по волоску на манжете определить, что человек работает в конюшне, а просто в том, что миссии по спасению, вероятно, полудемону обычно не давали. На этой мысли Эрис зажмурилась и помассировала виски — почему-то думать в этом направлении было тяжело, но останавливаться ей не хотелось. Если обычно таких миссий Вазгулу не давали, то это означало либо что все палачи заняты, либо что он пришел сюда сам, и судя по его словам он предполагал худший сценарий, в котором Эрис, вероятно, сидит в клетке, а злой Беруин превращается в лича и хочет принести бедную волшебницу в жертву. Или еще что-нибудь. Честно говоря, до таких подробностей Тегуэн не додумалась, но примерно понимала, почему Вазгул именно так решил высказаться о покойном.
- Зато они нужны мне. - ответила женщина, слушая звук удаляющихся шагов и еще раз выдохнула. У этой фразы было продолжение, в частности, ей хотелось отчитать палача за необдуманность, связанную с подбором варианта побега из башни, в особенности если тот подразумевал, что они весело пойдут по снегам до Нортрана. На что бы ушел как минимум день, если они соберутся  в дорогу в тот момент, когда погода будет ясной. И это был самый лучший вариант — с большей вероятностью они скорее потеряются в метели, и придется искать кров, а там, где кров — там долгое ожидание. А ожидание требует еды. И воды. Конечно Эрис знала о том, что, вроде бы, какое-то время без них человек может прожить, но всегда считала, что это относится к «среднестатистическим людям» - той особой касте, у которой всегда все получается в рамках нормальности, и таковой себя Тегуэн не считала. Это, а еще ей не хотелось голодать. Совсем. Она и так последние пару дней жила на довольно таки стремной диете, и уже давно мечтала о том, чтобы вернуться в Валхейв или Нортран и съесть все, что найдет в том или ином трактире, но чем больше думала о подобном, тем больше ей хотелось есть, так что в какой-то момент все эти мысли были запрятаны поглубже.
Все же надо было проверить версию с телепортом. Вид старика, пробирающегося через снега, не мог не вызывать вопросы у Эрис, да и та вообще с трудом представляла, чтобы Беруин, любящий организованность и эффективность, просто ходил туда-сюда, когда мог телепортироваться без каких-либо проблем, так что вариант, что где-то есть отдельная комната с телепортационным кругом и прочими устройствами, казался ей самым вероятным. Именно эта догадка и заставила женщину подняться на ноги, оставляя инструкцию по обращению с мечом на полу, рядом с медвежьей шкурой. Но перед тем, как идти искать сам телепорт, нужно было сначала найти от него ключ.
Ключом могло быть, по сути, что угодно. Как и любая «дверь», круг в данном случае наверняка предполагал, что тот, у кого этого ключа не будет, никуда попасть не сможет: ни войти, ни выйти. Это была вполне себе обычная практика для отшельников-исследователей, ведь кто угодно тогда мог бы ворваться к любому заклинателю и помешать его работе, и, конечно же, обычно ключи носили при себе владельцы домов. А это уже предполагало наличие нужной вещи у самого Беруина. Точнее, у его трупа. Мысль о том, что придется спуститься вниз и подойти непосредственно к смертному одру, заставила Эрис еле заметно дрогнуть и немного задуматься, глядя на пламя. Она сможет, да. Она сильная. Она справится. Уже справилась. Еще один глубокий вдох.
- Я пока схожу вниз. - бросила Тегуэн, все еще глядя на огонь и попытавшись свыкнуться с мыслью, что сейчас ей предстоит сделать что-то, что ей не очень понравится. Кивок. Да, она вроде бы готова. Быстрым шагом волшебница направилась к лестнице, и, не сбавляя хода, спустилась на этаж ниже, затем прошлась по тому же коридору, где встретила Вазгула, приняв его за галлюцинацию, после этого открыла дверь к той лестнице, что уже вела на нижние уровни и продолжила свой путь.
Она не останавливалась ни на секунду. Остановка означала неминуемый переход мозга из режима «как не навернуться с лестницы» в «задуматься о том, правильно ли я поступаю», а в этот момент Тегуэн не могла позволить себе в себе самой сомневаться. Поэтому она чуть ли не бежала, перепрыгивая ступеньки, пока, наконец, не добралась до самого нижнего этажа, на уровне земли, где был заваленный снегом выход из башни в виде двустворчатых ворот с характерными массивными кольцами на каждой из створок, и где был коридорчик, ведущий к пристройке с импровизированной кухней и спальней. План был простой — дойти до тела, осмотреть его и проверить, нет ли на нем колец или еще чего, что могло бы выглядеть как нужный ключ, но на деле это наверняка окажется куда сложнее, чем на первый взгляд. Или на второй, если считать, что Эрис уже была здесь. Тем не менее, ее страхи и ее боль была куда меньше по сравнению с голодной смертью, которая наверняка бы постигла такими темпами и Вазгула, и ее саму, если они останутся в башне. Не то чтобы Тегуэн рассчитывала на смерть именно от голода, но проверять уж точно не хотелось. Да и мысли о смерти на самом деле мало способствовали попытке Цветочка зайти снова в спальню, где лежал Беруин. Точнее его тело.
Всего лишь тело.
Эрис поджала губы, стоя вполоборота к двери, ведущей в коридор. Вазгул там уже был, и вернулся. Чего она боится? Боится ли вообще? Вряд ли, просто ей не хочется туда идти. Не хочется иметь ничего общего с тем, чем стал ее друг. Но разве не это определение страха — отдалиться как можно дальше от чего либо, вне зависимости от логики и рациональности. Это напоминание заставило колдунью снова зажмуриться — ее воспитывали куда лучше, чем какую-нибудь суеверную бабку. Трупы не испугают Эрис Тегуэн. И не заставят ее остановиться. С этими мыслями женщина сделала несколько шагов к двери, открыла ее, и не сбавляя шага направилась к небольшой комнате, где была кровать, и тут же зашла в нее...

0

15

Вазгул был на нервах. Осознание этого факта его сильно раздражало. Даже злило. Он чувствовал недомогание из-за недостатка алкоголя. Ощущал раздражение из-за сложившейся ситуации, которая сильно диссонировала с тем, что он сам себе представил. И в нем закипала злоба из-за предположений, которые ему казались исключительно реальными. Точнее он уже убедил себя в их реальности.
А вдруг она и до этого использовала ментальную магию? Этот простой вопрос заставил Вазгула поморщиться.
Он, наверное, из-за этого решил попытаться завязать. Поддался чертовому внушению. Теперь картина становилась более четкой за счет примкнувших к ней дополнительных паззлов.
Сейчас стало корить себя и за какое-то доверие оказанное Эрис. В конце концов, как вообще можно доверять ментальному магу? В голове даже проскользнула мысль, что запросто может убить ее, а потом свалить все на покойного отступника.
Вазгул покачал головой, отгоняя эти мысли.
Пусть он и опустился очень низко, но дело никогда не доходило до убийства тех, кого Вазгул не считал «злодеями». И, пожалуй, он находился не в том положении, чтобы сходить с ума.
Нашел какую-то бутылку. Узнал стертую тканевую обертку. Сорт вина. Плотно закупорена. Не факт, что хозяин этой башни хранил там вино, но проверить ведь стоило…
Решил отправиться вниз. Эрис спустилась уже давно. Спускался не слишком быстро. По дороге пытался открыть бутылку, что отказалось довольно трудно. Вазгул и сам не понимал, в чем проблема. Обычно магия крови его не подводила, а сейчас он попросту не мог выдернуть пробку.
Эмоции не всегда прогнозируются рационально. Особенно, когда они теснятся в уже давно изувеченном разуме. И сейчас Вазгул чувствовал как на него накатывает раздражение из-за, казалось бы, такой ерунды.
Он уже был прямо у открытой двери в покои покойного колдуна.
«Да на кой тебе сдался этот гребаный колдун?!» - голос в собственной голове был озлобленным.
- Проклятье! - Вазгул бросил бутылку на пол прямо у порога. Она раскололась, но осколки ему никакого вреда не причинили. Хоте некоторые и застряли в накидке. В комнату вроде не залетели, хотя Эрис могла почувствовать аромат старого вина.
Вазгул зашел. Тяжело дышал. Сердце бешено стучало, но уже не из-за магии крови. А из-за некоего возбуждения, не имеющего ничего общего с сексуальным.
Вспоминая собственные мысли о жене, которые, как ему казалось, были присланы ментальной магией, он злился. Как она вообще посмела трогать его жену.
- Ты использовала свою магию на мне, - тоном не терпящим возражений заявил Вазгул. Он не кричал. Хотя говорил достаточно громко.
- Что я вообще тут делаю? Это тоже из-за твоей гребаной магии? И часто ты с другими колдунами залезаете в мой мозг? Что тебе вообще от меня надо? Я просто хотел исправить одно недоразумение, просто спокойно подохнуть: от рук какого-нибудь демона или колдуна… - он хотел что-то сказать, но мысли метались так хаотично, что Вазгул оборвал себя на полуслове. 
В этом есть смысл? Она ведь прямо сейчас может попытаться разрушить его разум.

+1

16

В конце концов это был всего лишь труп. Эта мысль была той, что заставила волшебницу зайти, она помогла ей остаться и в итоге стала действительностью, фактом. Когда Эрис зашла в комнату, на кровати не лежал Беруин, это был просто труп, и это было настолько успокаивающей деталью, что, стоя перед кроватью, где лежал старый маг, все еще в своей мантии, Тегуэн не почувствовала ровным счетом ничего. Ну, по крайней мере по началу. Потом она заметила, что в том месте, где должна была быть шея, зияет довольно таки заметный разлом, оставленный, похоже, мечом, которого раньше не было, и в этот момент у колдуньи появилась понимание, что именно здесь делал Спинмарк. Ну, в каком-то смысле это была его работа. Это был профессионально — отрубить голову, чтобы проверить, что кто-то точно мертв. Да и, глядя на это зрелище, Цветочек почему-то не чувствовала отвращения. Ей было просто все равно, и она смотрела на эту рану, как на разрезанный кусок мяса. Да, это точно уже не был Беруин.
Вздох. Вероятно, уже сотый за этот день. Двухсотый, если за этот и прошлый день, не меньше. На этот раз связанный с тем, что поверхностный осмотр не выдал никаких результатов. Но, в конце концов, на что она надеялась? На табличку, что висела бы на шее у мертвого колдуна, которая бы гласила «Используйте эту табличку, чтобы запустить телепорт»? Было бы забавно. Мрачно, но забавно, в лучших традициях черного юмора. Поэтому, свыкнувшись с мыслью, что простым осмотром дело не поправить, волшебница наклонилась и начала с того, что принялась ощупывать тело на предмет карманов на мантии, в которых могло что-либо быть. И это тоже было в лучших традициях черного юмора, учитывая, что в данный момент вполне цивилизованно выглядевшая женщина, которую вряд ли можно было бы принять за воровку, шарилась по карманам мертвого старика, как последний мародер. И чем сильнее Тегуэн пыталась ускорить процесс поиска, тем больше суетилась, в итоге понимая, что если сейчас кто-нибудь зайдет, то первой мыслью зашедшего будет действительно догадка про убийцу или мародера. «Странная неизвестная обезглавила старика и хочет забрать все его деньги!» - эта мысль почему-то проступала на фоне остальных внутренних рассуждений куда сильнее, заставляя Цветочка и вовсе начать паниковать, переходя от кармана к рукам, где, обычно, можно было найти кольца — ведь если и делать что-то зачарованное, на манер ключа от телепорта, то для этого лучше использовать какую-нибудь неприметную драгоценность. Например, кольцо. Кольцо ,которое было на пальце Беруина, и которое Эрис хотела была снять, когда звук бьющегося стекла заставил ее подпрыгнуть на месте, одновременно покраснев и поджав губы, примеряя на волшебницу виноватый вид, который был для нее редкостью.
Беглого взгляда хватило, чтобы понять, что со Спинмарком что-то не так. Не то чтобы Вазгула можно было назвать абсолютно нормальным с его-то тягой к смерти и самобичеванию, лишенного смысла, но в данный момент его состояние резко отличалось от «обычного» для него, из-за чего по спине Эрис пробежал холодок. В общем-то, она бы соврала, если бы сказала, что не боялась его, тем более сейчас, но страх в данном случае не был основополагающей эмоцией. Возможно, это можно было бы назвать жалостью, но она обычно направлена на какого-то конкретного, в то время как сама волшебница, глядя на Спинмарка, скорее, ощущала, что ему нужна помощь не из-за этого странного чувства, или потому, что ему плохо, а потому, что если так дальше продолжится, то, скорее всего, в этой башне будет еще два трупа. И далеко не потому, что в какой-нибудь последний момент, перед тем, как испустить дух, Эрис проткнет Вазгула волшебным мечом или что-то в этом роде. Скорее, сценарий с убийством и последующим самоубийством был бы более вероятен, по крайней мере именно это стечение обстоятельств заставило женщину сделать осторожный шаг назад и согнуть в локтях обе руки, повернув ладони к потолку, будто показывая, что у нее нет оружия и она не опасна
- Если ты действительно так думаешь, то я бы на твоем месте уже бежала. - сказала она довольно спокойным тоном вместо «Давай успокоимся и все обговорим». В конце концов, это было логично — если бы кто-то из них желал другому смерти, то, вероятно, сейчас бы они не стояли в какой-то заброшенной башне, а один из них бы уж точно лежал в гробу. Или где-нибудь в лесу его доедали волки. Вариантов было много, но тот факт, что сейчас ни он, ни она еще не были мертвы, говорил все же о чем-то. Хотя, слова полудемона заставили Эрис даже не столько задуматься, сколько допустить мысль, из-за которой магичка чуть нахмурилась и отвела на мгновение в сторону взгляд.
Это было возможно. Позже она будет пытаться разобраться в себе, еще раз пройдет всю эту сцену с первого шага до последнего, но это было возможно. Она вполне могла желать ему чего-то плохого, как желают чего-то плохого своему обидчику другие люди. С той лишь разницей, что Эрис имела вполне крепкую связь с магией, и действительно могла навлечь беду, а не просто ограничиться парочкой слезинок. Потому что так уже случалось. И она молилась Вайне, чтобы не случилось снова, но, видимо, не всегда подобные молитвы, вкупе с самоконтролем, приносят хоть какой-то результат. Но была и хорошая новость...
- Я... - женщина не сразу нашлась, что ответить. Размышления и самобичевания будут позже, когда настанут моменты покоя, сейчас же ей надо было запустить тот механизм, что начал давать сбой, и именно на этом она решила сконцентрироваться — как двигаться дальше, а не рассуждать о том, почему так вышло — Позволь мне помочь? -
Легкий шаг вперед. Он мог бы убежать. Ну или выхватить оружие. Сделать что угодно. А мог бы согласиться. Тегуэн не знала и не хотела знать, если честно, что сделает Вазгул — примет ли ее помощь или убежит, но это было нужно для того, чтобы им обоим стало легче. По крайней мере, такими были мысли Эрис, когда та сделала еще один шаг и, моргнув протянула руку, ту, что все еще была из плоти, в сторону палача. Осторожно, как будто она пыталась коснуться не человека, а оскалившего зубы волка.

0

17

Вертикальные зрачки были сужены. Наверное, из-за участившегося сердцебиения. Вазгул был напряжен. Пытался предугадать потенциальное воздействие на рассудок. В голове даже была мысль о том, что он может атаковать ее первым. Она всяко не успеет среагировать. Но что-то сдерживало Спинмарка.
Он и сам не мог понять, что именно. Может быть, тут уже была замешана Эрис?
Ее слова могли показаться угрожающими, но отчего-то Спинмарк не чувствовал угрозу. Что-то наоборот кольнуло в голове, заставив его поморщиться. Это было больше похоже на упрек самому себе.
Он постоянно срывался, но все эти срывы задевали самого Спинмарка. Они выражались в беспробудном пьянстве и самобичевании. А теперь вот он сорвался совершенно иначе. И на ум даже приходила мысль о том, что в сущности нет никакой разницы: действительно ли Эрис вторгается в его разум или нет. Собственная жизнь давно уже стала безразлична Вазгулу.
Вазгул криво усмехнулся.
Помочь?
Он протянул свою руку в ответ, но не взял Эрис за ладонь, а опустил ее, касаясь тыльной стороны запястья. Не слишком резко.
- Проехали. Я немного сорвался, - проворчал Вазгул, который все еще не отпустил догадки о воздействии Эрис на его рассудок.
Огляделся. Не слишком активно. Глянул на покойника снова. Труп как труп. Ничего особенного. Она ведь не просто, чтобы с ним повидаться спустилась? Отчего-то Вазгул надеялся, что так оно и было, испытывая какое-то глупое подобие ревности к трупу толком незнакомого ему старика.
Да, покореженный рассудок и не такое может выдать.
- Я… хм… я случайно узнал, что ты отправилась в эти края. Искал тебя в башне со своей портнихой, а там и нарвался на других наставников… - почувствовал потребность перейти к какой-то отвлеченной теме. И довольно резко оборвал себя. Эта история казалась совершенно глупой. Особенно если учесть, что в ней участвовал сам Вазгул.
Наверное, он ощущал какую-то неловкость, усиленную и собственным срывом, и ситуацией, и собственной глупостью.
- Зачем ты сюда спустилась? – одна догадка уже была в голове у Вазгула…

+1

18

Его самоконтроль был потрясающим. Возможно, тому виной виной была разница полов, ведь Эрис, для того, чтобы научиться контролировать свои мысли, напрямую связанные с магией, потребовалось много времени. Действительно много, и это было крайне тяжело, ведь любая ее идея, даже та, которая родилась на задворках разума, могла навредить. Может быть, у других ментальных магов было с этим проблем меньше, но та самая черта, что позволяла залезать в чужие головы и при этом не ломать их, будто молотком, в процессе, приносила Тегуэн множество неудобств сейчас, и требовала огромных сил для того, чтобы не сделать волшебницу опасной. Но она привыкла. Она умела справиться с собой, по крайней мере в большинстве случаев, и когда Вазгул опустил ее руку, все, что смогло промелькнуть на лице из того набирающего силу вороха эмоций , это обеспокоенный взгляд и чуть приподнятые, сложенные домиком, брови.
Она убрала руку. Кивнула, чуть потупив взгляд, но в следующее же мгновение вернув его к полудемону. Сглотнула, выпрямилась, затем, чувствуя определенную неловкость, согнула правую руку в локте и взялась за внутреннюю сторону локтя на левой, придавая себе какой-то виноватый вид. Ей было стыдно. И было больно. Не так, как в прошлый раз, скорее, сейчас это чувство было направлено на нее саму, а не кого-то из окружения, и, как и в прошлый раз, причиной боли была мысль. О том, что с Вазгулом, кажется, общение закончится довольно быстро. Скорее всего, сегодня. Может быть, завтра. Но суть в том, что оно так или иначе кончится, и довольно быстро.
Взглянем правде в глаза: никто не любит ментальных магов. Никто не любит людей, которые могут залезть в твою голову, прочитать мысли, увидеть воспоминания, потому что подобное должны делать только те люди, которым ты доверяешь. Тегуэн это прекрасно понимала, окружающие это понимали с некоторым опозданием, уже после того, как волшебница успела показаться им очаровательной собеседницей, и в этом случае базовые инстинкты подсказывали им бежать от подобных отношений. В конце концов, именно по этой причине у нее не было друзей. По этой же причине у нее не было мужа или спутника. По этой же причине она старалась не рассказывать Гримм о том, что она именно умеет, и как, боясь потерять и ее. Спинмарк знал о том, на что способна Эрис, вероятно, уже давно — не раз они общались, поначалу, правда, только на тему дел Деорсы, и то только для того, что северянка могла безболезненно и незаметно проверить, не сдают ли нервы у Вазгула окончательно; позже чуть более тесно. Но одно дело знать и не замечать влияние и совсем другое почувствовать на себе, что кто-то лезет в твою голову. И из-за этой своей ошибки, из-за этой потери того самого самоконтроля Цветочек чувствовала сейчас себя отвратительно.
Переключиться на другие мысли помог вопрос. Предшествующую ему фразу Эрис прослушала, видимо, сконцентрировавшись на своей неловкости, однако, сам вопрос вернул волшебницу в старую колею, заставляя поднять взгляд на полудемона, затем проследив, куда смотрит он и будто очнувшись:
- А.. Точно. Я вот о чем подумала... - начала Цветочек, отпуская локоть своего протеза и поднимая обе руки так, будто у нее было что-то важное, что она хочет показать, и для полноты рассказа ей нужно было бы показывать еще и жесты — Беруин был помешан на эффективности, и я сомневаюсь, что он топал сюда ногами каждый раз, когда возвращался в башню. Наверняка он перебирался как-то по-другому, и, думаю, часто выходил за припасами, а это знааачит... -
Ее правая рука скользнула по воздуху к руке мертвого старика и попыталась снять кольцо с его руки. Вроде успешно. И как только оно оказалось в руке волшебницы, та почувствовала... Ну, это трудно описать, но создалось такое впечатление, будто сквозь нее и сквозь эту безделушку идет поток воздуха, ветра, тянущийся к стенам башни, проходящий сквозь них. Оно точно было зачаровано. И было привязано, благо, не к владельцу, а к этой башне, что говорило о том, что догадка, в целом, была верна. И еще это значило, что где-то здесь точно есть выход
- ...Это значит, что он наверняка пользовался телепортатором, завязанным на каком-то конкретном месте и на этой башне. - закончила фразу женщина, выпрямилась и, повертенув в правой руке кольцо, переложила его левую, ту, что была железной, и когда металлические пальцы аккуратно ухватились за драгоценность, поток воздуха перестал «течь» - в протезе магии было куда меньше, чем в теле Эрис, поэтому, видимо, ключ перестал реагировать, вызывая на лице северянки легкую улыбку — Ключ, кажется, у нас есть. Надо только найти телепорт. Тебе не попадалось ничего такого по пути.. сюда? -
Она старалась не глядеть на труп. Это было видно по тому, как взгляд ее не сходил с Вазгула, а все попытки отвести его приводили к тому, что волшебница нервно поглядывала в сторону, после чего возвращалась к полудемону. Ей хотелось уйти. После того, как кольцо нашли, делать в этой комнате ей было нечего, и все, чего хотелось сейчас Цветочку, чтобы Спинмарк заметил это и предложил, к примеру, пойти поискать тот самый телепорт.

0

19

Вазгул глянул на кольцо. Глянул куда-то в сторону. Даже задумался немного.
Спинмарку отчего-то и в голову не пришла мысль о телепортере. Сам Вазгул настолько привык к пешим прогулками и выслеживанием отступников по следам, а также ночлежкам прямо в дороге или в лесу, что и забыл о том, как многие колдуны сумели упростить себе жизнь.
И, кажется, эта догадка и привела Эрис в покои старого отступника.
Вазгул едва не закатил глаза, поражаясь собственной глупости. Он ведь еще и какое-то подобие ревности к этой почти мумии чувствовал. А на деле – даже при наличии у него хоть какого-то права ревновать ее к кому бы то ни было – причин для ревности не было совсем никаких.
По счастью придаваться самобичеванию не было времени.
- Эту башню точно не для отдыха на природе использовали. Я думаю, что она была рабочей. Тогда логичнее иметь телепорт возле лаборатории. Это наверху, идем.
Она отправились к вершине башни снова.
- Никогда не понимал любви магов к таким башням, - проворчал Вазгул.
Они с Эйлин собирались перебраться в какой-нибудь небольшой домишко под боком у филиале Деорсы, чтобы не оказаться ненароком среди магов-отступников. В итоге, правда, Вазгул поселился в Деорсе, не ощущая какой-то потребности в отдельном жилище.
Впрочем, и в Деорсе он не так часто ночевал. Обычно находился на заданиях, выполняя работу карателя для темных магов, не желающих жить под надзором.
Догадка Вазгула оказалась правильной. Алхимическая лаборатория – точнее помещение прямо перед ней – было снабжено даже символами, которые, отреагировав на приближение кольца, начали искриться голубым свечением.
Сомнений в том, что это портал не возникало. Кажется, маленькое приключение – если его можно было считать таковым – подходило к концу.
Вазгул резко остановился прямо на пороге помещения в портах. Перегородил путь. К Эрис стоял спиной.
- Я… хм… я виноват. Думал, что выйдет лучше, но все испортил, - не оборачиваясь, довольно сухо произнес Вазгул. Но уже больше из какого-то глубинного страха показывать какие-то эмоции. И именно извинения произнести не получилось.
Еще и корил себя за формулировку. Она ведь может попытаться взглянуть на это самое «лучше»…
С этими мыслями Вазгул шагнул в сторону портала.

0

20

Вероятно, на этом путешествие должно было бы завершиться. Они довольно таки быстро поднялись до этажа лаборатории, где воздух дрожал от присутствия кольца настолько ощутимо, что даже любой человек, не связанный с магией, мог бы его заметить, и, в каком-то смысле, на этом все. Стоило попрощаться, шагнуть в телепорт и разбежаться по своим делам, но если бы все было так просто, и если бы все каждый раз выходило так просто, то жизнь была бы, по крайней мере к Эрис, крайне скучной.
- Я… хм… я виноват. Думал, что выйдет лучше, но все испортил, - в тот момент Эрис стояла по правое плечо от палача и, честно говоря, была готова расплакаться от счастья, что они действительно нашли телепортатор, а не активировали какую-то ловушку или что-то в этом роде. Что они выберутся из чертовой башни, вернутся домой, и постепенно вся эта история сойдет на нет, оставляя после себя только горькие воспоминания и ощущение одиночества. Но эти слова вывели ее из состояния, в котором на тот момент пребывала волшебница, заставляя ее резко поднять брови с плохо скрываемой ноткой беспокойства и повернуть голову в сорону Вазгула
- Эй.. я... - попыталась она сказать что либо, согнув протез в локте и будто стараясь ухватиться за уходящего Спинмарка, но к этому моменту полудемон уже успел сделать шаг и раствориться в воздухе в тот момент, когда шагнул в небольшой круг, нарисованный на полу. Тегуэн не успела. Трудно было сказать, что она хотела сказать, но в ее понимании сказать хоть что-то нужно было. Например, что он молодец. И что он пришел ей на помощь, хотя она не думала, что Вазгул вообще обратит внимание на ее пропажу. Много вещей, слишком много, но как только вихрь возможных фраз начал набирать силу, одна из них, выбивающаяся из общей колеи, заставила Эрис остановиться.
Они больше не встретятся.
Вероятно, теперь между ними образуется та же пропасть, что окружала Эрис и в отношении других людей.  Причина была проста — никто не хочет дружить с тем, кто может читать твои мысли. Поджав губы, опустив взгляд, Цветочек замерла, все еще протягивая руку в сторону телепорта, где исчез Вазгул, а затем ее левая рука взялась за правую на уровне локтя, и чуть сжала. Немного больно. Просто для того, чтобы почувствовать эту боль не только в сердце, отвлечься от нее, потому что плакать снова Тегуэн точно не хотела.
Это было в порядке вещей. Это было нормально. Одним меньше, одним больше. Ничего страшного. Она повторяла себе это раз за разом, чтобы успокоиться, но ни окружающее пространство, ни сами эти мысли не помогали. Вздох. Все в порядке. Она в норме. Еще вздох, поднятая голова, взгляд, устремленный к телепорту. И теперь уже единственная мысль сменилась другой:
«Надеюсь, что телепорт работает в обе стороны»
Когда она не хотела думать о чувствах, когда не хотела концентрироваться на том, что, скорее всего, с Вазгулом теперь будет общаться разве что на рабочие темы, а никак не на хотя бы относительно дружеские, она переходила к вопросам насущным. К рутине, к беспокойству о чем-то, что проще решить, чем человеческие отношения. В конце концов, для данной истории, что разворачивалась в этой башне, Цветочек уже была не нужна. Вряд ли ее допустят к расследованию судьбы Беруина, ведь он уже мертв, и, значит, необходимости в использовании друзей или родственников уже нет. Это значило, что волшебнице просто пора забыть обо всем и заняться своими делами. Например, уехать куда-нибудь.
Да, уехать было бы хорошей идеей. И с этими мыслями справиться было уже куда легче. Настолько, что на лице Тегуэн появилась улыбка. Жизнь продолжалась. Пусть в одиночестве, скорее всего, пусть с болью, но она шла вперед, по крайней мере для нее, и это уже радовало. Осталось только выжать из этой жизни все счастье, что только можно, перед смертью, а что будет дальше волновало Эрис уже меньше. С одной стороны это было довольно таки мрачно, но даже такая мелочь, как надежда на что-то хорошее, уже позволила женщине сделать шаг в тот же круг, куда зашел Вазгул минутой ранее, и почувствовать, как магия телепортатора переносит ее куда-то за пределы заснеженной башни мертвого колдуна.

Конец.

+1


Вы здесь » Fables of Ainhoa » Потерянные рассказы » 19.11.1213 - Много-много снежинок


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC