http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/81475.css
http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/34618.css
http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/24516.css
http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/82146.css

Рейтинг форумов Forum-top.ru Palantir

Алиса и Феликс, победив в конкурсе, решили устроить грандиозное событие - праздничный бал! Ждите свое приглашение в почтовом ящике, дамы и господа.

Также напоминаем, что на форуме объявилась всеми любимая принцесса, а это значит, что сюжет в скором времени начнёт развиваться семимильными шагами.

Жанр: фэнтези приключенческое
Рейтинг: NC-21 или 18+
Система: эпизодическая
Графика: аниме и рисованные арты

Настоящее время - 1213 год.
Конкретный момент исчезновения принцессы - март 1213 года.

Fables of Ainhoa

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fables of Ainhoa » Воспоминания » 16.12.1212 "Бледные тени среди могил…"


16.12.1212 "Бледные тени среди могил…"

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

1. Дата и время:
16.12.1212 Поздний вечер.

2. Место действия | погода:
Старые могильники, где-то к юго-востоку от Росентауна. Большое, ровное пространство, сплошь заполненное могильными плитами, изредка встречаются холмы и даже покосившиеся строения. Выпавший в больших количествах снег лежит здоровыми сугробами. Погода ясная и на небе можно легко разглядеть звёзды.

3. Герои:
Стелла Карис, Шион.

4. Завязка:
http://www.free-hdwallpapers.com/wallpapers/abstract/562997.jpg
Никто не любит некромантов. В особенности тех, которые занимаются чем-то менее безобидным, чем просто призыв призраков. В частности, одна такая вот компашка тёмных колдунов нагрянула на древнее кладбище, сочла это место подходящим для своих неприличных замыслов и стала обустраивать себе жилье. И жили себе, не тужили, поколдовывали и готовились… К чему-то. И для этого «чего-то» им потребовались души. Очень много душ, которых, к их счастью, было предостаточно в том месте.

Проблема в том, что своими приготовлениями горе-некроманты привлекли к себе ненужное внимание и вот теперь в направлении могильников движется одна леди, которую в Гильдии Героев знают под именем Стелла Карис, также известную под прозвищем «Белая». И перед ней поставлена задача от тёмных колдунов избавиться.

…А тем временем, на пару часиков раньше Стеллы на кладбище оказался тот, кто был определённо рад душам, витавшим повсюду. И был безмерно благодарен обстоятельствам, при которых их было так много. Ведь души являлись её любимым блюдом…

5. Тип эпизода:
Открытый.

0

2

- Один. Два. Три. - она стояла на улице, рядом с вагончиком, в котором добралась до Росентауна еще два дня тому назад, и считала разложенные на стоящей неподалеку железной скамье, видимо, относящейся к территории кладбища, арбалеты, водя пальцем сначала по оружию, затем по так же аккуратно сложенным в ряд болтам — Один. Два. Три. Первый комплект. Четыре. Пять. Шесть. Второй комплект. -
Конечно, все это можно было посчитать, просто взглянув на скамью — не то, чтобы арбалеты и могли спрятаться, а на скамье появиться дополнительные дикие болты, прятавшиеся все это время в кустах, но такая подготовка задавала определенное настроение. Три арбалета, два из которых миниатюрные, стандартные, помещающиеся в руке и использующиеся теми людьми, что мнили себя убийцами, крадущимися в тени. Один — большой, расчитанный на то, чтобы пробивать не столько кожу и плоть, сколько броню — Белая сама проверяла его на листе стали, и результаты не столько поражали, сколько заставляли сердце биться быстрее, а надо сказать, не каждый рыцарь или ландскнехт вообще может позволить себе сталь и предпочитали дешевое железо. Каждое оружие — по одному выстрелу, еще три болта — про запас. Времени на перезарядку не будет, но по плану вполне можно было начать с выстрела из тяжелого арбалета в голову... Нет, достаточно просто в грудную клетку — Карис наклонилась к одному из болтов и задумчиво повертела его в руках, поднося к глазам. Зазубрины, покрывающие наконечник, выглядели жестоко, но Стелле нужна была не жестокость, а эффективность, и, боже, эта штука была эффективной. Некроманты не носили броню, им было достаточно магии, но магия не спасет от снаряда, выпущенного с такой скоростью, что позволяла пробивать доспех.

Железная стрела  летит, со свистом разрезая воздух, словно хищное насекомое. Дотрагивается до ткани, проходит сквозь нее, как сквозь масло, оставляя только ошметки и добирается до кожи, превращая ее в месиво. Зазубрины рвут мясо, пробираются глубже в тело, доходят на кости, но не останавливаются, а слегка меняют направление от удара, оставляя на ней трещины, — достаточно, чтобы заставить появиться еще несколько ранок, наливающихся кровью. Алый шелк стелется по земле

Осознание, что на ее губах играет улыбка, заставило Стеллу вернуться в реальность. Белое платье, поверх которого была одета шкура чего-то мохнатого, чтобы не замерзнуть, конечно, было не шелковое, да и носить шелк в такой холод было бы опрометчиво, о чем свидетельствовали подрагивающие пальцы. Последняя проверка перед тем, как отправляться в путь — она идет к вагончику. Приоткрывает дверь, заходит внутрь, где еще есть немного тепла. Задумчиво смотрит на шарф — серый, с фиолетовыми полосками, но, кажется, не слишком необходимый — сегодня достаточно белой шкуры поверх и так теплого зимнего наряда, глаза переходят на саблю. Ножны, подвешенные за ремешок на гвоздик, как раз над входом — это оружие не так уж часто использовалось, и в последнее время Карис все чаще брала с собой различные причудливые механизмы, но раз уж ты идешь против серьезного врага — должна быть как минимум одна вещь, в которой ты точно будешь уверена на 100%, что она не даст сбой. Осторожно, будто боясь что-то сломать, Стелла сняла с крючка ножны с изогнутой саблей и повесила их на пояс, а затем медленно, ласково, вытащила клинок. Его не нужно было проверять, не нужно было изучать — достаточно было просто посмотреть на плавные изгибы и идеальное отражение света зажженной свечи, чтобы понять, что лезвие в идеальном состоянии. В конце концов, она сама точила его. И это было ее оружие. С легким звоном, будто похожим на шепот, сабля вернулась в ножны, Белая же, дунув на свечу, единственный источник света в вагончике, позволила темноте, будто смоле, заполнить временный домик. За окном послышался недовольный храп — Кривоглазка не любила темноту, и даже свечки ей хватало, чтобы чувствовать себя нормально, но стоило свету пропасть — она начинала проявлять характер. Снова улыбка, теплая, не похожая на ту, что появилась на губах, когда пришли мысли об охоте.
Пора было начинать. Скрипнув дверцей, Стелла осторожно ступила на землю, снег под ее ногами хрустел. Подойдя к скамье, где все так же лежало оставшееся оружие, она накинула на левое плечо по ремню для двух мелких арбалетов, оставляя их за спиной, предварительно зарядив каждый, а тот, что был больше всего, взяла в руки. Его зарядка занимала куда больше времени, и хотя к конструкции был приделан механизм для ее облегчения, попотеть все же приходилось каждый раз, когда его надо было заряжать. Не потратив много времени и все так же держа в руках уже заряженное оружие, героиня двинулась в сторону входа в кладбище. Она не пряталась — не нужно было, снег и так выдавал ее передвижение, и хотя белые одежды должны были служить прикрытием, черные надгробия из гранита выдавали ее положение. Нет, прятаться не нужно было, тем более когда у тебя в руках есть арбалет, способный подстрелить человека со... со скольки метров? Память подводит, двадцать? Тридцать? Карис шла вперед, цепляя взглядом три фигуры в плащах, которых выслеживала последние пару дней, и пыталась вспомнить, на каком расстоянии она все же тестировала свою игрушку.

Отредактировано Stella Carys (2017-06-01 19:03:30)

0

3

Здесь было очень тихо и пустынно. Оно и понятно – кладбище, да и к тому же древнее. Ничего, кроме снега и выглядывающих из-под него, то тут, то там верхушек могильных камней. Более-менее свободны от сугробов только большие дороги, на которых люди когда-то провожали покойников в их последний путь. Кого – в могилу, а кого – в роскошный склеп. Их тоже было предостаточно здесь. Из всего этого мрачного вида выбивалась только одна деталь – маленькая девочка, явно одетая не по погоде.

В воздухе витал очень сильный аромат душ и Шион не могла перестать принюхиваться – так сильно он притягивал к себе, что сопротивляться ему было невозможно. Он-то и являлся причиной того, что девочка находилась в незнакомом месте, в лютый мороз и в полном одиночестве. Не то, что у Шион было так уж много друзей, правильнее сказать, что их не было совсем, но это, впрочем, неважно. Поёжившись – хотя Шион не могла замёрзнуть, холод она от этого чувствовать не переставала – девочка осмотрелась вокруг и медленно, очень медленно стала пробираться сквозь сугробы в одном ей ведомом направлении – туда, откуда веяло крайне соблазнительным запахом вкусных душ.

Сложно сказать, сколько девочка, находясь по пояс в снегу, пробиралась вперёд – она и сама не знала – но важным было то, что запах души усиливался. И чем сильнее он становился, тем настойчивее прорывалась сквозь снег Шион, стремясь поскорее оказаться на месте. Наконец, девочка дошла до какого-то большого мавзолея, за которым, судя по всему, и находился источник восхитительного душевного запаха. Самые положительные предчувствия начали зарождаться в глубине души девочки. Преисполненная любопытством, она выглянула из-за стены.

Они находились посреди просторной, круглой площади перед мавзолеем. Три фигуры, укутанные в тёмные балахоны, в руках у каждой из которых было по посоху. Один из них – вероятно, самый старший, судя по его скрюченности, держал в руке странноватый фонарь, светящийся нежно-зелёным пламенем, в котором изредка вспыхивали искорки кроваво-красного огня. Двое других колдунов стояли по сторонам от старика – каждый бормотал что-то едва различимое, очень похожее на какое-то заклинание. Значение всего этого Шион не слишком понимала…

…А вот то, что они, похоже, при помощи этого заклинания, привлекали к себе блуждающие души, на кладбище – это девочка прекрасно поняла, стоило ей увидеть несколько бледно-синих огоньков, медленно подплывающих ближе. Когда светлячки оказались совсем близко, старик вскинул фонарь и духи, издавая тоскливый вой, были втянуты внутрь. Некромант опустил светильник.

- Вроде, последние, - устало произнёс он, обращаясь к своим напарникам, - по крайней мере, в этой части кладбища.

- Теперь обратно? Можно будет начинать ритуал?

- Агась. Мы здесь столько собрали, Скорм меня раздери, что с лихвой хватит, и на ритуал, и на всё остальное…

Дальше Шион не слушала. Точнее, не успела дослушать, так как один из колдунов, неожиданно взвыв и зашипев от боли, повалился на бок, ухватившись рукой за что-то, торчавшее у него из груди. Минутка заминки и один из его товарищей вскинул посох в боевом положении, выискивая атакующего. Старик, казалось, был взволнован, но лишь повернул голову в сторону раненного, а затем в ту сторону, откуда свистнул болт.

Это и была возможность, которая была необходима Шион.

Нырнув в снег, душа-химера быстро-быстро и как можно тише поплыла в сторону некромантов, стараясь максимально сократить расстояние. Оказавшись совсем близко, она взмахнула руками и…

…Когда снежное облако улеглось, Стелла и уцелевший старик-некромант увидели то, что спровоцировало его появление. Две массивные лапы, переливающиеся розовыми и фиолетовыми цветами, два сплющенных трупа под ними, а также маленькую девочку, от которой, судя по всему, эти самые конечности и тянулись.

Повисло напряжённое молчание.

0

4

«Первый пошел» - указательный палец мягко нажал на спусковой крючок, болт с еле слышимым свистом вылетел вперед, навстречу фигуре в балахоне, еле различимой в темноте на фоне мрамора и камня. Стелла не знала, кто это, она знала лишь то, что на этом кладбище сегодня должны появиться некроманты, знала, что их должно быть трое, а еще что никто не накидывает на надгробия балахоны. Поэтому мысль о том, что сейчас болт прилетит в голову одного из сторожей, не особо беспокоил совесть героини. Конечно, будет грустно, если в жертвах окажется совершенно невинный человек, но никто из добропорядочных граждан не посещает могилы родственников по ночам, так что в худшем случае Карис просто подстрелит гробокопателей. Через мгновение фигура в балахоне рухнула на землю, послышались крики — из всего этого можно было сделать вывод только о том, что болты с зазубренным наконечником страдают от низкой точности. Она делает несколько шагов вперед, все еще держа оружие в руках, но уже опустив его — без снарядов все равно оно бесполезно, но нужно подойти чуть ближе, чтобы оценить обстановку. Еще мысль — гробокопатели не носят с собой зеленые фонари.
Посох. Не лопата. Точно не гробокопатели. Белая тратит на размышления полсекунды — стоит ли зарядить еще болт или бросить арбалет? Бросить арбалет — аккуратные пальчики в белых перчатках отпускают оружие убийства, и довольно тяжелая на вид конструкция тут же падает в снег. Позже его надо будет подобрать, но это все же позже, а не сейчас. Левое плечо чуть дергается в сторону, чтобы было легче снять один из двух арбалетов, у которых с перезарядкой в любом случае все в порядке. Заметно меньше, настолько, что его можно держать одной рукой, но достаточно смертоносный для того, чтобы закончить дело, он ложится в руку Стеллы как влитой, хотя Карис и придерживает его второй ладонью, присматриваясь и одновременно делая несколько шагов в сторону площади.
Всего две цели, и судя по тому, что один уже выхватил свое оружие, второй все еще мешкает и не понимает, что происходит. «Странно, должны были быть готовы» - проносится в голове Белой, закрывшей один глаз чтобы лучше прицелиться, и тут же нажимающей на крючок. Взрыв белого заставляет тут же оба глаза распахнуть в удивлении — Карис никогда не ошибалась в подборе экипировки, но этот случай всерьез заставил ее задуматься, не взяла ли она случайно несколько разрывных болтов. Опустив арбалет и кинув на него взгляд, как будто он мог ей сказать «Нет, я не заряжен разрывным болтом», тем не менее, героиня на свой вопрос так и не получила ответ. В конце концов, такого не было ни разу, могло случиться и в первый именно сегодня, но мысли эти тут же были восприняты в штыки, хотя бы потому, что память подсказывала — все болты были обыкновенными. Снежная завеса продержалась еще несколько секунд — за это время Стелла успела упереть арбалет в землю, нажать на рычаг, при этом придерживая оружие ногой, и в результате натянуть тетиву, тут же вскидывая орудие и параллельно выхватывая из кармашка один из трех запасных болтов. Готово.
Выдох, затем вдох — к следующему выстрелу надо подходить очень осторожно. Снежная бомба могла быть результатом действий того, «оставшегося». Первые двое если были не мертвы, то валялись сейчас на снегу истекая кровью и желчью. Значит третий, скорее всего, сотворил заклинание, поднявшее завесу, чтобы сбежать или атаковать. Стелла не слышала шагов — обычно в таких случаях люди не могли сохранить хладнокровие, они бежали, спотыкались, сбивали дыхание, и их можно было легко выследить, как будто следов на снегу было мало. Но сейчас — ничего. Значит он где-то стоит, ждет и готовит засаду. Эти рассуждения были верными ровно до того момента, когда снег опустился, а вместе с ним опустилась челюсть и брови Карис, одновременно намекая и на удивление, и на замешательство.
«Герой должен быть готов ко всему» - так обычно считают все, кто пользуются их услугами. Пошел выбивать крыс из подвала — изволь ожидать там проход в древнюю крипту, чаепитие с личом и битву с драконом. Но в реальности такого никогда не случается, и если что-то идет не по плану, то первое, что нужно сделать, это бежать. Но до мавзолея была еще добрая полсотни шагов, и хотя на этом расстоянии две огромные фиолетовые лапищи были различимы, как и мелкая фигурка, к которым они тянулись, Стелла снова вскинула арбалет, готовясь стрелять.
- Гильдия Героев, Стелла Карис по кличке Белая, никому не двигаться! - «Зачем я это говорю?» - иногда люди делают глупые вещи. Чаще всего они их делают, когда находятся в стрессовых ситуациях, еще чаще, когда понимают, что их тщательно подготовленный план идет насмарку и они никак не могут этому помешать. Две лапы определенно были теми вещами, которые выходили за грань группы «возможных событий», но даже Безглазый Геддон, проповедающий, будто религию, практичность и логику, всегда помнил о том, что гильдия — не сборище оборванцев с оружием. Это обязанности, и отстрел таких тварей тоже в них входит. Даже если у тебя в руках есть только незачарованный арбалет. Пардон, два незачарованных арбалета и сабля на поясе.

+1

5

Когда снежное облако улеглось и взору уцелевших после удара людей открылась полная картина происходящего, старый некромант, кажется, не выдержал. Он оглянулся сначала на Шион, потом на Стеллу. Посох выпал из его ослабевших рук, он снял с головы капюшон, открывая физиономию, больше похожую на обтянутый кожей череп. Нервно захихикав, он размахнулся фонарём и что было силы бросил его в Шион. После этого, он истерически рассмеялся и, не прекращая хохотать, побежал прямо к Стелле. Удивительно быстро, для человека его возраста, он оказался перед ней и рухнул перед ней навзничь. Робко подняв глаза на немного удивлённую таким поведением колдуна героиню, старик прошептал:

- Сдаюсь! Всё скажу, всё! Только, - тут он оглянулся на девочку, позади него, - не отдавайте меня ей…

Стоит упомянуть о том, что злосчастный фонарь таки попал в Шион. Да ещё как попал – точнёхонько промеж глаз! Прямо в лоб несчастной девочки. Та даже не успела среагировать, поскольку осознание того, что в неё летит что-то тяжёлое, пришло в тот момент, когда до рокового столкновения остались считанные мгновения. Так что, на счастье некроманта, фонарь попал в девочку и сразил её наповал. В буквальном смысле, потому что от удара девочка свалилась наземь и, какое-то время, не подавала признаков жизни.

С трудом собрав в кучку разбросанные по различным уголкам сознания мысли, Шион с большим трудом встала сначала на четвереньки, а затем и выпрямилась во весь свой небольшой рост, всё ещё покачиваясь, словно от ветра. Приложив ладошки сначала к вискам, дабы прекратить раскачивание, а затем и ко лбу, потому что он всё ещё болел. Поморгав немного, Шион начала осматриваться вокруг и наконец заметила штуку, которой и была введена в состояние нестояния. С виду – обычный фонарь из железа. Внутри должна быть свечка. Только её там не было – источником света служили многочисленные скованные души, чей стон поминутно раздавался из светильника.

Немного покрутив находку в руках, Шион обернулась и заметила других присутствующих у мавзолея. Недоумевающе склонив голову, девочка долгое время рассматривала Стеллу, после чего, всё-таки заговорила:

- Привет, - произнесла душа-химера, с любопытством рассматривая девушку с арбалетом, - тебе тоже не нравятся эти люди с посохами?

0

6

Интерес покидал Стеллу с завидной скоростью. Она была готова драться с тремя колдунами, это должна была быть чертова дуэль, хотя вряд ли дуэлью можно было назвать схватку четырех человек. Тем не менее, в тот момент, когда старик начал бежать в ее сторону, все планы были сорваны довольно таки быстро — один оставшийся в живых точно не обладал достаточными способностями, чтобы развлечь Карис, а именно этого ей сегодня хотелось — развлечься. Старик добежал, что-то сказал, но Белая его уже не слушала — разочарованный взгляд будто стеклянных глаз уставился на некроманта, а опущенный от осознания относительной безопасности арбалет даже не дернулся, когда одна единственная цель рухнула на землю прямо перед героиней. «Ну, хотя бы один. Это тоже хорошо, но заплатят, видимо, меньше.» - подумала женщина, навела арбалет на некроманта в тот момент, когда он указывал на привидение, а именно как привидение и была воспринята девочка, укокошившая двоих других колдунов, и когда тот обернулся, в лицо ему смотрело острие болта. Впрочем, долго зрительный контакт не продолжался — щелчок арбалета, после которого из переносицы старика торчала деревянная палочка. Когда его тело опустилось на землю, тетива все еще дрожала от напряжения, а владелица оружия отрешенно подняла голову, глядя на поднимающуюся с земли девочку.
С привидениями Карис не работала никогда. По крайней мере с теми, которые могли разом прихлопнуть несколько человек. Пару раз ей встречались просто злые духи, которым очень хотелось оторвать голову живым, но разговор с ними выходил коротким, хотя бы потому, что для отрывания головы приходилось играть по тем же правилам, что и Стелла, материализуясь и тем самым подставляя себя под удар. В итоге, состязания в фехтовании с красными фантомами ничем не отличались от боев с другими людьми, но что-то подсказывало, что этот  случай будет отличаться. У нее все еще был запасной арбалет — перезаряжать тот, что был в руках, было опасно, по крайней мере в прошлый раз, когда кое кто отвлекся, двух его друзей прихлопнуло по лапище, поэтому вместо того, чтобы снова упереть арбалет в землю, сбросила с плеча ремешок и откинула орудие чуть подальше, на ходу доставая третье, уже готовое и заряженное. Вряд ли бы болт помог ей сегодня, как и сабля в ножнах на поясе, но лучше уж быть хоть с каким-нибудь вооружением, чем просто оставаться безоружной. Девочка, тем временем, заговорила, чудом не вызвав у Стеллы желание вскинуть арбалет и выпустить еще один болт — руки в перчатках еле заметно напряглись, готовясь к чему-то. Чему — Карис пока не знала.
- Симпатии тут ни при чем. - стоя столбом и чуть зарываясь в воротник платья, ответила Белая, пытаясь выдать хоть какой-то вменяемый ответ. Но нынешняя ситуация больше располагала к молчанию, а падающая с неба снежинка, так некстати плывущая по воздуху к земле прямо перед носом героини, отвлекая на себя внимание, будто бы просила «отвлекись». Но Стелла не сводила взгляда с девочки. Ей хотелось посмотреть на небо, ведь оно было ясным, и черт его знает откуда вообще тут могла взяться падающая снежинка, и ждать ли ей теперь ночного снегопада? Хотелось подойти поближе к тем двум трупам, в том, что они мертвы, сомнений не было. Инстинктивно, Карис сглотнула — ее, возможно, ждет та же судьба, и, конечно же, она сделает все возможное, чтобы это не произошло. Слова нашлись будто сами собой.
- Что ты тут делаешь? До Росентауна рукой подать, конечно, но гулять детям по ночам не стоит. - подушечка большого пальца на правой руке нервно водила по рукояти арбалета. Женщина размышляла, что ей делать, с одной стороны бежать, оставив награду. С другой стороны пристрелить чудовище, даже если оно выглядит как маленькая девочка, это долг героя. С третьей, прежде чем что-то делать, нужно сначала разобраться, а чудовище ли это? В смысле, сейчас, стоя посреди снега и чувствуя, как к ее туфельке подбирается красная полоска крови, растапливающая снег теплом медленно остывающего тела некроманта, Стелле вспоминались истории о детях, которые умеют управлять магией в раннем возрасте, но которых обошла Башня. И если это та самая ситуация, то пускать ее на самотек, оставляя кладбище и эту же девицу в одиночестве, было явно не тем поступком, за который ее бы похвалил наставник. Надо было найти ее родителей, сказать о том, что их детище стоит отправить к колдунам, и то это был тот сценарий, который вряд ли бы закончился чем-то хорошим. Возможно, у девочки нет родителей. И тогда задача отвезти ее в Башню ложится на плечи Стеллы. Да, пожалуй, именно этот сценарий и был самым вероятным.
- Где твои родители? - голос ее поменялся, стал менее.. жестким. Будто не было двух, пардон, трех трупов. Будто ничего не было. Будто перед ней был маленький ребенок, возможно, уже давно живущий в одиночестве. По крайней мере Стелле и в голову не могло прийти, что она сейчас общается с целым конгломератом сознаний и душ. И отсутствие этого знания и заставило женщину отпустить третий арбалет, оставляя его только в правой руки и направить его вниз, в землю, делая шаг навстречу маленькой девочке и обходя образовавшуюся на земле теплую лужу крови.

0

7

- Если оно так, то почему ты здесь? – спросила Шион, опустив фонарь с душами в снег, - Ты не связана с людьми, которые беспокоят мёртвых ничем, ни сутью своей души, ни даже внешним видом. Почему?

Действительно, почему? Сколько Шион не вглядывалась в незнакомку, найти какие-либо признаки того, что она владеет некромантией, она не смогла. Вместо этого, душа-химера увидела в девушке много других вещей, которые к тёмным искусствам не имели никакого отношения. От такого потока невоспринимаемой информации у Шион закружилась голова и ей пришлось сесть. А вопрос, что делает эта странная женщина здесь, учитывая, что она просто человек, всё не покидал голову девочки.

Тем временем, перед глазами Шион медленно проплыла самая настоящая снежинка. Белая звёздочка, сотканная из самых невероятных узоров, приковала к себе внимание девочки настолько, что вопрос девушки в белом она просто не расслышала. Зато вторую его часть – про то, что детям не стоит гулять по ночам, - она слышала прекрасно. Немного склонив голову набок, Шион внимательно посмотрела на белую даму.

- Детям?.. – на какое-то время девочка задумалась, после чего ответила, неуверенно, - Ну… Наверное, ты права… Ведь, если судить по человеческим меркам, то мне почти целый год…

Следующий вопрос совершенно выбил душу-химеру из привычной колеи. Родители?.. А, точно, теперь вспомнила… Несмотря на то, что Шион прекрасно понимала значение этого слова, как таковых, родителей у неё не было. Если, конечно, можно считать гигантский, пожирающий души цветок родителем…  Нет, скорее всего, нет. Не было.

Если честно, Шион иногда становилось очень грустно, когда она смотрела на других людей. Их души не были одиноки – все они составляли связь с кем-то другим. Друзья, семья, товарищи, даже враги… Всё это сплеталось в чудесную паутину отношений и связей, основанной на чувствах и эмоциях. Это то, что было у других, но не было у самой Шион.

Как бы просто и ни банально это звучало, но правда была в том, что для неё мир и всё, что в нём было, являлось не более, чем подпиткой для её собственной души. Всё это имело право на существование… Пока оно не потребуется ей, чтобы утолить её голод. Бери – не хочу!

Глубоко внутри, дух Шион скорбел об этом. Очень сильно скорбел. И девочка чувствовала себя ужасно одинокой.

- Я… - от былой бодрости в голосе Шион не осталось и следа. Вместо него слышалась только тихая печаль, будто душа-химера давно привыкла к тому что за чувство вызывали у неё вопросы, подобный которым задала Стелла, - У меня нет родителей. Никогда не было.

Обняв коленки, Шион уткнулась носом в них и горько вздохнула. Она вновь взглянула на Белую, и в её глазах плескалась такая же грусть, какая слышалась в её голосе.

- У меня нет ничего, к чему бы я испытывала привязанность… И это грустно, не правда ли? Когда тебя совсем ничего не заботит, и когда твоя судьба никого не заботит…

0

8

Ситуация постепенно выходила из под контроля, и нахмуренные брови Стеллы были тому доказательством. В конце концов, она пришла сюда ради крови и убийств, а в итоге осталась на драматическую историю о бедной маленькой колдунье-сиротке с крайне пугающей манерой речи, больше подходящей для привидений. Но, вроде бы, в понимании Белой, девочка эта привидением не была. Не то, чтобы Стелла так уж часто с ними встречалась, опять же, вспоминая все тех же злобных фантомов, но какой-никакой опыт больше подсказывал, что перед ней человек из плоти и крови. Возможно, невменяемый.
- Ну... Соболезную? - чуть пожав плечами, не нашла ничего лучше в качестве ответа женщина, поправляя шкуру, надетую поверх платья. Нужно было оттащить трупы, обезглавить их, в конце концов, рассовать по мешкам и уложить в ряд, чтобы пришедший по утру могильщик не упал сразу в обморок, а хотя бы прочитал записку, мол, «без паники, тут была гильдия героев». Но все эти процедуры были крайне нелицеприятными, и проводить их перед ребенком было бы верхом безответственности. Карис разрядила последний оставшийся арбалет в тот момент, когда Хару опустилась на снег, сняв болт и с щелчком расслабив тетиву, а затем вешая арбалет на плечо. У нее все еще была сабля при себе, на случай, если в какой-то момент безымянная сиротка все же окажется чудовищем, но что-то подсказывало, что демоны Тени, способные пришибить двух людей за раз, вряд ли будут раздумывать, пришибить ли им третьего.
Сделав несколько широких шагов по снегу, Стелла сняла с себя белую шкуру, согревавшую ее все это время. Все же версия с ребенком с магическими способностями, не особо контроллируемыми, была самой возможной, да и объясняла странную речь и отсутствие родителей — где-то Карис точно слышала истории о том, как детей отправляли в изгнание вместо Башни, и хотя Росентаун был относительно просвещенным поселением, возможно, сиротка родом не из здешних мест, и шла сюда все это время. И, видимо, одна возможность такой истории и заставила героиню опустить все ту же шкуру белого, кажется, волка, на плечи девочки и хоть как-то уберечь ее от холода.
- Лучше не сиди на снегу. Можно замерзнуть. - произнесла она, еще раз окидывая взглядом две сплюснутые котлетки из костей, мяса и тканей, на месте которых раньше стояла пара колдунов, затем на мужика с болтом во лбу. Нет, определенно, этим всем нужно было заняться чуть позже, нужно, но позже. Карис, чуть придерживая ножны с саблей, дабы не упереться ими в землю, опустилась на корточки и, чуть опустив воротник, закрывающий в таком положении нижнюю половину лица,  попыталась улыбнуться — У меня есть немного согревающих напитков, да и чай, думаю, найдется. Привязанности это, конечно, хорошо, но заболеть, как мне кажется, будет грустно и без них. -
Еще одна снежинка — Стелла тут же подняла глаза наверх — над ними облако, лениво ползущее по небу и закрывающее собой звезды. Взгляд снова вернулся к девочке, а правая рука отпустила тут же вернувшийся в изначальное положение воротник и потянулась к пока что безымянной сиротке.
- Меня, кстати говоря, Стелла зовут. А тебя как? - как можно более ласково ,стараясь не вызывать враждебности и говорить так, как могли бы говорить друг с другом именно дети, а не обремененные этикетом взрослые, спросила женщина в белом. Ее рука, ладонью вверх, была протянута в знак знакомства и своеобразного мирного договора. В любом случае, она все еще не знала, что из себя представляет сидящая перед ней собеседница. На ум приходило только два варианта — либо жертва внезапно проявившегося дара магии из какого-нибудь захолустья, и тогда их знакомство закончится, скорее всего, на подступах к Башне. Либо, и эта мысль пришла в голову Стелле только в эту секунду — перед ней была та персона, за которой обычно гоняются с факелами и вилами. Карис ни разу в жизни не встречала полудемона, но, в конце концов, все могло быть в первый раз, хотя ожидаемых рогов или острых зубов пока что у безымянной беглянки не было. Зато были две эфемерные лапищи, способные пришибить.. «Не о том думаешь.» - тут же поправила себя героиня, чувствуя, как ее пальцы деревенеют, все еще держа ножны сабли. Она пришла сюда убивать, но убийств было слишком мало. А вот девать куда-то все настроение все же нужно было, но не перед ребенком.

0

9

Не особо представляя, что будет дальше, Шион продолжила сидеть на снегу, обняв коленки. Её всё так же прочно держала в своих объятиях грусть. Ровно до тех пор, пока она не почувствовала что-то достаточно… не лёгкое и довольно пушистое. Подняв глаза, Шион увидела женщину в белом, подошедшую к ней близко. Очень близко. И теплая шкура, покоившаяся ранее на её плечах, теперь согревала маленькую девочку.
-Лучше не сиди на снегу. Можно замёрзнуть.
Последовавшая за тем улыбка и заботливые слова о том, что заболеть – само по себе грустно, обезоружили Шион. Неспособная каким-либо образом ответить, её взгляд забегал вокруг, словно девочка пыталась собрать разбежавшиеся мысли в кучку. Душа-химера удивилась такому проявлению заботы настолько, что даже её призрачные конечности растаяли в воздухе, словно их и не было. Склонив голову набок, Шион долго и внимательно рассматривала женщину.
- Я не могу замёрзнуть, - наконец произнесла девочка, - и болезни, поражающие тело, мне не страшны.
Придерживая подаренную шкуру, Шион встала и вновь посмотрела на женщину в белом. Неожиданно на грустном лице девочки появилась тёплая, благодарная улыбка.
- Но всё равно спасибо, - добавила она после этого, - ещё никто не проявлял доброты ко мне. Обычно люди не настолько общительны.
Ладонь девочки соприкоснулась с ладонью женщины. Даже через перчатки, Шион ощущала исходящее от неё тепло. Приятное тепло живого человека. Тем временем, женщина успела представиться. Её имя было Стела. И она теперь спросила имя девочки. Что же, стоило ответить…
- Я называюсь в честь цветка. Шион. Один из первых встреченных мною людей назвал меня его полным именем, но оно было слишком длинное, чтобы запоминать его. Поэтому, я думаю, что «Шион» подойдёт.
Тем не менее, несмотря на, в общем-то, радостную картину, от чувств Шион не ускользнуло странное волнение в душе её собеседницы, отражавшееся на её внешнем состоянии, что заметили глаза девочки. Судорожно сжимавшие рукоять сабли пальцы были лишь эхом того, что собиралось внутри Стеллы. И это тёмная сторона требовала высвобождения. Немедленно. Улыбка пропала с лица Шион, что снова приняло спокойно-отрешённое выражение.
- Наверное, мне нужно как-нибудь тебя отблагодарить, - задумчиво произнесла девочка, отступив на шаг от Стеллы и подняв с земли некромантов фонарь, - Ты ведь ищешь тех людей, которые беспокоят души мёртвых, да? Я могу показать тебе, где они прячутся.
Окончив небольшую речь, Шион внимательно посмотрела на собеседницу и продолжила:
- …Но тебе придётся взять меня с собой. Потому что их колдовство на меня не подействует. Я увижу их. И я найду их.
Девочка качнулась из стороны в сторону, на манер маятника. Подумав, она протянула женщине фонарь колдунов.
- Если ты готова, то, пожалуйста, разбей этот фонарь. Если тебе не сложно. Не стоит держать их здесь просто для красоты.
Дождавшись, когда стеклянный звон сотрясёт округу, девочка облегчённо вздохнула. Затем обернулась и посмотрела на Стеллу. Указав рукой куда-то вперёд, Шион медленно, сквозь снега направилась мимо мавзолея. Похоже, что некроманты обустроили логово не в нём.
- Нам придётся идти вглубь кладбища. Вряд ли они уйдут куда-то, пока мы будем идти к ним…

0

10

Знания о магии у Стеллы были все же минимальные. Конечно, каждый герой, в случае чего, мог запросто применить несколько заклинаний исцеления, но общение с магами, пусть и быстрое, так или иначе свидетельствовало, что за этим словом скрывается куда больше, чем просто исцеление царапин или метание огненных шаров. По этой причине Карис не особо обратила внимание на слова девочки, что она не может замерзнуть — в конце концов, в ее понимании матерые колдуны могли город в небо поднять и раздробить молниями, чего уж говорить о банальной защите от холода и каких-нибудь болезней? Все это должно было наводить на некоторые мысли о том, что общаться с Шион все же стоит осторожно, однако, сейчас Стелла больше концентрировалась на том, чтобы не обращать внимания на три трупа неподалеку от нее.
- Ну, было бы глупо сразу бросаться на тебя с оружием. - чуть снисходительно улыбнувшись и вполне очевидно намекая на тех несчастных, что сегодня испустили последний вздох, произнесла героиня, поправляя воротник и оглядевшись, будто бы начиная нервничать и от тишины, после всех событий ощущающейся слишком гнетуще — И, приятно познакомиться. Я бы, честно говоря... -
Закончить Карис не успела, и предложение свалить как можно быстрее с кладбища так и осталось невысказанным, во многом из-за того, что до ушей женщины дотянулась та информация, что, пожалуй, волновала ее больше всего. В целом, все было логично. Ей должны были заплатить за трех некромантов — три головы. Двое из колдунов были превращены в кашу, следовательно, полной награды Стелле точно не видать, но раз ей практически прямым текстом говорят, что где-то рядом есть еще темные маги, долг обязывает уничтожить и их. Долг, жадность... На мгновение Карис задумалась, точно ли эти две вещи ведут ее вперед, и прежде, чем она успела прийти хоть к какому-то решению, с губ ее сорвались слова, принадлежащие, казалось бы, не женщине в теплом белом платье
- О? И где же они? - словно невзначай спросила блондинка, пятерня которой стала сжимать саблю еще сильнее. Фраза, произнесенная довольно легко, таила за собой куда более мрачный смысл, и взгляд Карис только подтверждал это. Еле заметно уголки ее рта дернулись вверх на миллиметр — застывшая улыбка, присущая фарфоровым карнавальным маскам, изображающим леди.

Стальное лезвие, будто перо, рассекает воздух. Мышцы напрягаются и кричат, подводя железную грань к чьей-то шее. Рука не останавливается — сабля разрезает плоть, словно масло, слегка тормозит у позвоночника. Дальше дело не пойдет. С силой она тянет рукоять на себя. Вместе с железом шею покидает кровь, выписывающая в полете замысловатые узоры. Капли падают на пол, дуга за дугой образуя орнамент. Еще взмах пера — новые узоры. Сабля рисует вокруг нее кровью картины, словно кисть, которую обмакнули в алую краску. Алый...

- Фонарь? - слегка дернулась Карис, обнаружив, что ей протягивают светящийся предмет. Нехотя, словно спросоня, взяла за железное кольцо, за которое этот фонарик, видимо, и нужно было держать, и, ничуть не медля, поднесла ближе к глазам, нахмурившись, сияющий артефакт. Зеленый, изредка перемежающийся с синим, артефакт, светился, огоньки плясали в нем, будто пойманные светлячки. Хорошее отвлечение от того, что видела Стелла буквально мгновение назад, но как только взгляд ее сфокусировался на одном из светлячков, героиня резко отпрыгнула на полшага назад, кратко выругавшись и выпустив из рук фонарь, хотя, больше было похоже на то, что она его, скорее, кинула, как кидают подальше от себя то, что секунду назад казалось просто шкурой, а на деле было мертвой крысой. И, в целом, реакция такая была оправданной — в одном из светлячков Стелла увидела чье-то лицо.
Звон стекла тут же прокатился по кладбищу. Казалось бы, по всему, хотя в понимании Карис железная оплетка и стеклянные панели должны были выдержать падение с высоты плеча взрослой женщины. Хотя, наверное, тому виной была зеленоватая дымка, вырвавшаяся наружу, как только по одной из стекляшек пошла трещина. Более удивительных спецэффектов, правда, не было — все, что успела заметить Карис, это еле заметное шипение и растворяющийся в воздухе зеленый туман, спешно покидающий свою предыдущую обитель.
- Эээ. Стоп, кто был в этом фонаре? - во вновь образовавшейся тишине задала довольно глупый для нынешней ситуации вопрос героиня, однако, той, что могла ответить на вопрос, уже не было рядом. Быстрый осмотр окрестности, резко поползшие вверх брови и не менее спешная прогулка через глубокий снег, вслед за девочкой, довольно резво улепетывающей по сравнению с Карис, пытающейся прорваться сквозь сугробы. - Подожди, сколько всего там этих некромантов? -
Чувство самосохранения проснулось довольно поздно, но все же проснулось. Безглазый Геддон никогда не повторял так часто свои заветы, как тот, что относился к подготовке. И как раз его Стелла сейчас и готова была нарушить, не имея при себе ровным счетом никакой информации о других колдунах. И при этом направляясь в их "логово".

0

11

Теперь Шион это было совершенно ясно. Её собеседницу, также, как и её саму, терзал голод, но другой природы. Если жажда души-химеры была завязана на поглощении чужих жизней ради собственного существования, то жажда Карис была больше завязана на самом факте убийства. Иными словами, ей нравилось убивать. «Красиво» убивать. Для неё весь процесс превращался в один сплошной, завораживающий танец со своими па и прочими фокусами-покусами.

- Я же уже сказала, - спокойно повторила Шион, оборачиваясь к Стелле и указывая рукой куда-то далеко – вглубь кладбища, - они дальше. Ушли поглубже в кладбище.

Впрочем, после этого на девочку посыпалось ещё больше вопросов, на которые следовало ответить. Сразу и сейчас. Иначе обе из них рискуют запутаться и не понять друг друга. А этого Шион не очень хотелось.

- Души, - коротко пояснила душа-химера, - Те, кого колдуны заставляют служить себе даже после смерти, лишая их покоя. Освободившись из своей тюрьмы, они вернуться в те места, откуда их забрали эти нехорошие люди. Какие-то – на этом кладбище, а какие-то – где-то далеко отсюда…

Сколько там было этих некромантов?.. Шион остановилась и крепко задумалась. Сколько?.. Девочка закрыла глаза и глубоко вздохнула. Вот Стелла, вот она сама, где-то рядом разлетающиеся души… И далеко – отзвук жизни четырёх других людей. Их-то и искала Стелла.

- Четверо, - произнесла девочка, открыв глаза и взглянув на свою спутницу, - но они, скорее всего, подготовились к незваным гостям лучше, чем это сделали другие.

После этого, Шион взяла Стеллу за руку и повела её за собой, глубже на территорию кладбища. Именно туда, где и обустроились некроманты. По мере приближения к их местонахождению, шаги девочки становились короче, пока она совсем не остановилась. Приглядевшись, Шион почему-то быстро потащила за собой Стеллу к ближайшему зданию – полуразрушенному входу в склеп.

- Что-то… Не так. – задумчиво произнесла Шион, глядя на свою спутницу, - Там есть пятый… Пятое. Что-то большое. Оно только-только появилось – ещё пару минут назад ничего не было!

Будто в подтверждение слов души-химеры, в небо ударил ярко-зелёный столб света, источник которого находился впереди, неподалёку от того места, где находились Стелла и Шион. Чем бы не занимались некроманты, их план понемногу (или помногу) приходил в исполнение... Стоило поспешить, чтобы не допустить дальнейшего развития их планов…
Прошу, примите всё, как есть... =_="

0

12

Светопредставление было одним из первых звоночков, что сегодня стоит сказать «стоп», развернуться и пойти восвояси, чтобы потом придумать другой план. Проблема была в маленькой девочке, которая была рядом, и, глядя на то, как в сторону неба начинает литься поток зеленоватого сияния, Стелла прокручивала в голове возможные варианты. В конце концов, любая драка рано или поздно начинала походить не на эпическую баталию, как обычно любят описывать барды, а, скорее, на игру в карты. У врага меч — у тебя щит, у врага конь — у тебя копье, и так далее. Еще во время обучения в гильдии Карис применяла эту логику, а после наставлений старика Геддона и вовсе уверилась в относительной простоте и правильности этого принципа, всегда примерно прикидывая, какие карты на руках у нее, какие у противника, и как их правильно разыграть. И нынешняя ситуация была таковой, что на руках у Стеллы было непонятно что, а вот у некромантов, кажется, был фуллхаус.
- Четверо, значит. - напрочь проигнорировав слова о пятом, задумчиво произнесла Карис, присев на одно колено, дабы казаться менее заметной хотя бы для себя. Судя по реакции Хару, ритуал призыва только начался. И судя по тому, что некроманты все еще собирали души, или что там им еще нужно, у них было достаточно ресурсов, чтобы начать призыв какой-нибудь тварины, но, видимо, для дальнейшего поддержания ее работоспособности этих же ресурсов требовалось куда больше. На мгновение героиня позволила себе отвлечься: «Ресурсы.» Это слово было совершенно бесчеловечным, но, в конце концов, женщина мало что смыслила в магии смерти, по крайней мере явно меньше, чем стоило на данный момент. Она не знала, хранят ли души воспоминания, или просто являются отголосками чьих-то жизней, или, быть может, они и были тем самым, что делало из человека «я». Называть их «ресурсами» было действительно лишним, но еще до того момента, как мозг Карис успел уйти в дебри философии, героиня одернула себя, вздохнув и подумав еще раз на тему карт, которые ей стоило разыграть. По крайней мере об одной из них стоило позаботиться заранее.
- Хару, есть очень важное дело. - начала было Стелла, чуть пересев и все так же оставаясь на земле с преклоненным коленом — сейчас было важно наладить общение на одном уровне, по крайней мере Стелле это казалось важным — Я знаю, что ты хочешь помочь, но мне нужно, чтобы ты пообещала мне, что останешься здесь. -
Ее рука легла на плечо девочки. Бывали случаи, в которых замешаны дети, в том числе крайне кровавые и нелицеприятные, и Карис была четко уверена в том, что в тех местах, где она скоро окажется, детям не место. Вопрос даже был не столько в безопасности, сколько в том, что убийца злодеев вряд ли бы могла спокойно махать мечом, зная, что за ней наблюдает кто-то, кому лучше не увидеть крови. В такие моменты Белая чувствовала себя живой, свободной, но одновременно понимала, что большинство людей будет видеть в ней монстра, ведь она отличалась от тех людей, что обитали на больших дорогах и грабили ради своей наживы. Стелла убивала ради чего-то куда более мрачного и пьянящего, и показывать детям, что такие люди есть в мире, было бы крайне опрометчиво. Поэтому взгляд и тон Белой сейчас подразумевали отсутствие любых пререканий, не смотря на просьбу девочки взять ее с собой, и даже если бы мысль о том, что взрослых надо слушаться, дала сбой, всегда оставалась логика, и логика в словах Карис была:
- А лучше, доберись до главных ворот кладбища. За дорогой будет стоять вагончик, можешь пока отдохнуть там, пока я не закончу с делами — женщина в белом засунула руку за воротник теплого платья, только для того, чтобы достать оттуда цепочку с железным ключом — ключом от ее передвижного дома, - А чуть позже я вернусь и... -
Она остановилась. Вдохнула в легкие воздух, прекрасно понимая, что несет бред. В такие моменты герои обычно говорят испуганным детишкам, что обязательно вернуться за ними, а потом умирают под пяткой дракона. Конечно, у Карис в планах не было смерти, более того, накатывающее, словно волны, ощущение говорило о том, что, скорее всего, сегодня она выйдет из боя без единой царапины, давало некую гарантию сохранности. Но выглядело это так, будто Стелла собирается броситься на баррикады и умереть славной смертью, поэтому, сняв с лица улыбку и еще раз, внимательно и спокойно посмотрев в глаза девочки, бросать которую точно не стоило одну на кладбище, Белая закончила свою фразу
- Я вернусь через десять минут. Просто подожди немного, лучше в тепле. - и она поднялась с колен, словно отправлялась поставить пельмени вариться на плиту. В голосе не чувствовалось сомнений, не чувствовалось страха, будто подобное поведение было совершенно обыденным, и, в целом, таковым оно и являлось для Карис, которая большую часть времени проводила за тем, что лишала кого-то жизни, иногда бывших товарищей, а они-то уж точно были посильнее нескольких колдунов.
Оставляя за собой следы на снегу, женщина в Белом менялась с каждым шагом. Понять это со спины было трудно, но если в этот момент можно было взглянуть на ее лицо, то изменения были бы крайне заметны. Относительно теплая улыбка сменилась совершенно безразличным выражением, взгляд стал менее сфокусированным, пробивающимся из полуприкрытых век, будто сейчас героине предстоит заняться каким-то совершенно рутинным делом. На пятом шаге правая рука легла на рукоять сабли и медленно, смакуя каждую секунду, вынула лезвие из ножен, слегка крутанула оружие в пятерне и перехватив его чуть поудобнее, отвела в сторону, дабы кончик клинка не касался снега. Левая при этом все так же оставалась на ножнах — все равно рукоять сабли была слишком короткой для хвата обеими руками, да и еле заметный звон цепи, которая и держала ножны на поясе, мог заставить кого-нибудь все же обратить внимание на бледную, больше похожую на призрака, фигуру, двигающуюся так тихо, что только еле заметный хруст снега под ногами говорил о ее присутствии.
И долго идти ей не пришлось. Мысленно поблагодарив Хару за те сведения, что она успела предоставить, Карис дошла до того места, из которого и лился зеленый свет, поднимаясь к небу. Несколько могил, расставленных по кругу, вероятно, целый участок кладбища, отведенный под семью, слишком большую и слишком бедную для склепа или семейной усыпальницы, в центре которых и находилось четыре человека в рясах. Женщина вздохнула, прикрыла глаза, еще раз прикинула, ровно на полсекунды, с какой стороны ей лучше начать и, чуть пригнувшись, оттолкнулась от земли, ринувшись в сторону четырех фигур. Начать стоило с того, чтобы вывести кого-нибудь из игры, и чем быстрее – тем лучше, и именно в этом и заключался смысл рывка, плавно переходящего в выпад, выписывающего сияющую серебряную дугу в воздухе, задевающую то место, где у одного из некромантов были колени. Перерезание сухожилий, выбивание коленных чашечек — все что угодно подходило для начала боя, по словам старика Геддона, и удар по задней стороне колен острым предметом был одним из многих решений, которые подходили для ситуации. И, выпрямившись после того, как с сабли еще одним движением были скинуты капли крови, а тело в балахоне резко упало на землю, Карис задавалась только одним вопросом: «Кто следующий?»

0

13

- Ч-что? Почему? – просьба Стеллы вызвала у Шион, как ей казалось, справедливое недоумение, но возразить девочка не успевала. Руки женщины легли ей на плечи, а строгий взгляд отбивал всякое желание возражать… Будь Шион нормальным ребёнком. К сожалению, душа-химера являлась тем, чем являлась, хоть её форма и поведение и были очень похоже на детские. Взгляд девочки встретился со взглядом Карис. С одной стороны, Шион понимала причину, по которой Белая не хотела брать её с собой. Женщина не хотела показывать ей свою… Монструозную сторону, требующую крови. Беда в том, что Карис попросту не знала, с кем она столкнулась, не знала, что её душу успели прочесть и увидеть то, что она так старательно прятала от остальных людей.

Впрочем, тут было ещё кое-что. Хотя Стелла и понимала, что девочка перед ней была не совсем обычная, она думала о ней, как о ребёнке. А детям не стоит показывать расчленёнку, потрошёнку и прочие кровавые действа… Это было бы верхом безответственности женщины. Так что она решила отправиться одна.

Цепочка с железным ключом легла в протянутые ладони Шион, после чего та сразу же прижала ключ к себе, словно боясь, что он тут же испариться, обратиться в ничто или его унесёт внезапно налетевшим ветром. И она продолжала смотреть на Стеллу испуганными глазами. Белая говорила… Необнадёживающие вещи, честно говоря, что только подогревало в девочке панические настроения. В конце концов Шион не выдержала и попросту перебила женщину на половине речи, уткнувшись ей в грудь и крепко (даже судорожно) обняв Карис, словно та вот-вот исчезнет.

- Ты ведь вернёшься?.. – Шион подняла глаза. Было видно, что девочка может расплакаться в любой момент, но всё же она пыталась сдержаться, - Пообещай, что вернёшься, пожалуйста…

Ответила ли Стелла на её просьбу – этого девочка уже не услышала. Когда она вновь подняла глаза, Белой не было рядом. Сжав ключ в руках покрепче, Шион прислонилась к стене и медленно сползла с неё в холодный снег…

…Несмотря на потерю одного из членов, остальные некроманты отреагировали довольно спокойно для колдунов, которых, вроде как, застали врасплох. Ближайший к Белой аколит сделал резкий выпад левой рукой, в которой блеснуло медным блеском нечто, похожее на короткий клинок. Товарищи некроманта также обнажили аналогичное оружие и двое из них закружили вокруг Карис, видимо готовясь совершить удар, пока третий остался в стороне и готовился сотворить какую-то свою некротическую волшобу. Неожиданно над полем боя раздался чей-то явно недовольный голос, судя по интонации, принадлежащий, скорее всего, главарю шабаша.

- Кабздец ты, всемогущий, ну что вы за идиоты?.. Мне всё самому придётся делать, так что ли? Чтоб вас…

Зеленоватый столп ударил из центральной могилы с новой силой. Было видно, что этот таинственный колдун, которого нигде не наблюдалось, был полон решимости довести дело до конца – даже если придётся пожертвовать пешками в виде подручных аколитов. Хотя колдуны-помощники не владели оружием так же хорошо, как и Стелла, но размахивали они клинками вполне сносно, чтобы занять героиню на какое-то время, пока третий некромант не вызвал подмогу. С окрестных могил стали подниматься скелеты усопших, одетые в обмотки и вооружённые разнообразным дрекольем – серпами, ножами, дубинками, камнями… Они двигались так себе, довольно медленно, но с каждым словом, произносимым колдуном, истлевших останков становилось больше. И вот уже солидная десяточка спокойно движется к месту разборки…

А энергия, тем временем, продолжала исходить из центральной могилы. Что бы ни делал этот невидимый некромант, он неумолимо двигался к своей цели…

0

14

Ничего из этого не имело значения. Ни нарастающая армия скелетов, ни три некроманта, ни странный голос, ни зеленый свет. Ни сабля в руках Стеллы, со звоном и искрами ударившая по извилистому, будто язык, лезвию оружия одного из колдунов, напоминая о том, что проблемы нужно решать по мере их поступления. Одна из таких проблем сейчас ворочалась где-то возле ног Карис, всхлипывая и пытаясь подняться, но раз за разом сталкиваясь с тем, что ноги его превратились в бесполезные куски мяса из-за перерезанных сухожилий. Две другие пытались кружить вокруг, отвлекая на себя внимание. Но ни одна из них не имела отношения к чему либо, что могло взволновать Белую.
Безучастный взгляд упал на извилистое лезвие короткого клинка, стремящегося к телу женщины. Не было никаких грациозных уклонений или пируэтов, только удар со стороны Стеллы, назвать который ударом было довольно таки трудно — она просто повела рукой, держащей саблю, влево, ведя кончик лезвия так, будто она держала в руках не холодное оружие, а иглу для вышивания крестиком. Такая ассоциация была довольно таки верной, по крайней мере если не обращать внимания на то, что, фактически, своими действиями Карис убивала людей — для него весь этот бой, по крайней мере до наступления основных сил в лице нежити, был не более чем рутиной. От него нельзя было получить удовольствия, да, в целом, Карис и не стремилась к этому — ее больше волновала эффективность, чем удовольствие, по крайней мере на данный момент.
Иголка осторожно протыкает канву, проходит сквозь нее, ведя за собой белую нитку. Он все еще движется вперед, не понимает, что за отблеск только что пролетел на уровне его шеи. Остановился, взялся за горло. Я стою спиной, мне не нужно видеть, чтобы знать — сейчас из него, как из пробитого сосуда, вытекает жидкость. Вязкая, красная, пачкает мантию; вместе с ней уходят силы, жизнь. Кровь и есть жизнь, и в нем ее все меньше и меньше. Он теряет интерес ко мне, все уходит на второй план, когда ты истекаешь кровью, медленно или быстро, не важно. Я теряю интерес к нему — в тот момент, когда из его рук выпадет короткий меч, он перестает иметь значение. Остается двое.
Безвкусный и совершенно невзрачный удар пришелся прямо на горло одного из некромантов — того, что попытался сделать первый выпад. Клинок сабли был намного длиннее орудий в руках колдунов, Стелле даже не нужно было стараться, чтобы опередить направленный на нее удар, только вовремя взмахнуть лезвием, выписав горизонтальную дугу, и отойти в сторону. Не надо было смотреть, чтобы понять — за те полторы секунды, что прошли с момента начала выпада некроманта, до него доходит понимание, что он сейчас умрет. Звук упавшего в снег тела только подтвердил это развитие событий. Врагов оставалось двое.
И один из них остановился, тот, что был близко, по крайней мере. Скучающим, совершенно безразличным и от того все менее и менее «человеческим» взглядом женщина посмотрела на того противника, что был ближе всего. Один из его друзей лежал на земле, истекая кровью. Второй истекал кровью намного быстрее, заставляя снег таять от горячей алой жидкости. Если и был удачный момент для того, чтобы отступить, то он был сейчас, и Карис прекрасно понимала, что ей будет лень преследовать этих двоих. В перспективе, их нужно было убить, но по сравнению с неизвестным, поднимающим нежить и невесть что, их жизнь имела куда меньше значения. И, вероятно, они это тоже понимали. Как и тот факт, что никто не хотел умирать. Ни сегодня, ни завтра, ни когда либо.
- Как это остановить? - спросила женщина в белых одеждах, показывая саблей на столб зеленого света. Ее вопрос был направлен тому мужчине, что еще сжимал в руках меч, и она не делала предложений. Не обещала, что отпустит их, не говорила о том, что все делают ошибки и иногда могут связаться не с той компанией. Не угрожала расправой. Не пыталась убедить этих двоих, еще дышащих людей, в том, что они могут начать жизнь заново, но если решат атаковать ее, то сегодня же останутся без голов — а именно этим и надо было потом заняться, отрубанием голов и последующей продажей. В конце концов, Стелле нужны были всего три некроманта. Но от нее не было предложений. Только вопрос, и возможные догадки, что, если они сейчас помогут этой женщине, то не истекут кровью, как их друзья. Или же страх того, что после того, как это чудовище в женском обличии получит нужную информацию, то прирежет и их.

0

15

- Очевидно, тебе придётся убить колдуна, ответственного за ритуал.

Фраза, произнесённая таким тоном, будто сейчас происходила не резня, а какой-нибудь занудный бюрократ проверял бумажки и предъявлял счета незадачливому посетителю его конторы. Хруст снега за спиной Стеллы, означающий движение раненного некроманта… Свист воздуха и удар клинка уже ожившего трупа. После этого чья-то невидимая хватка обездвиживает героиню и поднимает её в воздух. Из тени выходит ещё одна укутанная в балахон фигура. Хотя, правильнее было бы сказать «выплывает» ибо хруста снега в её стороне не слышно. Да и костлявая рожа черепа с горящими глазницами явно выдает в своём обладателе представителя высшей нежити. Лич.

- Можешь попробовать, хоть я и сомневаюсь в твоём успехе… Я уже почти закончил.

Движение руки и зависшая в воздухе Стелла резко набирает скорость и останавливается только об стену соседнего с кругом могил склепа. Колдун бросил её не с такой силой, чтобы сломать ей кости, но солидные синяки, скорее всего, останутся. И не стоит забывать про кровоточащий порез на правом боку, оставленный только что поднятым зомби.

А пока Белая пыталась оклематься от удара об стену, лич не терял времени даром. Воздев костлявые руки вверх, колдун, судя по всему, вливал необходимую энергию в ритуал. Поток зеленоватого света расширился, дёрнулся… А потом вниз ударил импульс энергии. Земля кладбища задрожала, снег осыпался с крыш и деревьев. Скелеты, поднятые ранее, рассыпались на кучки костей, после чего их потянуло к центральной могиле… Из которой вырвалась здоровая костяная лапа!

- Ну, вот и всё… - произнёс лич, отряхнув руки, - Взгляни на моё небольшое творение! Ха! А я не растерял хватки…

Сначала была только одна лапа, затем появилась вторая, третья, четвёртая. Позже показался позвоночник, рёбра, а затем и голова с пастью, усеянной рядами острых зубов. Костяное чудовище встало на две лапы, встряхнулось и издало в ночные небеса леденящий душу вопль.

- Знакомься! Мой костяной голем. Почему бы тебе с ним не поразвлечься?

***

…От беспокойной дрёмы Шион пробудил страшный вопль, исходивший с той стороны, куда ушла Стелла и где были некроманты. Несмотря на то, что девочка помнила о том, что Стелла просила её остаться здесь, внутри неё кипели чувства. Беспокойство, страх… Но не за себя, а за единственного человека, который вообще проявил к ней что-то, не похожее на враждебность. И поэтому девочке хотелось ей верить и просто дождаться её возвращения. Часть Шион, тем не менее, настаивала на том, чтобы пойти и проверить – что же там случилось. Что если Стелла в беде? Что если ей нужна помощь?

Взгляд души-химеры долго бегал из стороны в сторону, пока не наткнулся на расположенную неподалёку статую, изображающую какого-то рыцаря…

***

- Да погоди ты! Стой! Ну, подумаешь, он тебя чуток погрызёт! Может, руку оторвёт… Ногу… Когда я тебя подниму из мёртвых, честное колдовское – пришью на место всё, чего нет и будет в сотни раз лучше! Ну, серьёзно, стой… Ты так никому не делаешь лучше – ни себе, ни мне. Ты об этом знаешь?

Костяной голем нещадно гнал раненную Стеллу из одного конца могильника к другому. Он не давал ей приблизиться к уцелевшим некромантам и их главарю и в то же время не позволял героине бежать, держа её в плотных тисках между собой и колдунами. Когда же ему представилась возможность нанести решающий удар, он не замедлил ею воспользоваться. Пасть, полная зубов вот-вот готова была сомкнуться на теле Белой…

…Только вот нечто большое и серое с размаху опустилось на позвоночник твари, вдребезги разбив его и ещё несколько рёбер заодно. Заодно удар поднял нехилую тучу снега, закрыв белоснежным облаком поле зрения как Стеллы, так и некромантов.
Что-то гибкое и сильное обхватило женщину поперёк туловища и поволокло по снегу в противоположенную от колдунов сторону. Волок прекратился тогда, когда спина Стеллы прислонилась к холодному камню. А потом на её шее, бормоча нечто, похожее на извинения, повисла Шион.

0

16

Положение ухудшалось со скоростью пикирующего орла. Или сокола. На данный момент, втыкая лезвие сабли в снег и пытаясь оправиться от удара, Стелла не была уверена в том, кто именно из этих двух птиц быстрее, но она знала одно — она в полном дерьме, и в этом виновата только она одна. То ли годы берут свое, то ли ей просто в голову ударила жадность, но факт оставался фактом — у нее уже не было шансов на победу, а шансы на побег постепенно уменьшались, хотя, слово «постепенно» здесь мало подходило. Карис попыталась подняться, все еще держась правой рукой за рукоять сабли, словно посох, торчащей из земли. Не вышло. Левая рука легла на правую, только для того, чтобы отозваться болью в районе лопатки — еще одно следствие неосторожности, напоминающее о себе тем, что никогда не стоит оставлять открытой спину. Короткий извилистый клинок ударил между левой лопаткой и позвоночником, застрял между ребрами и выдернулся только после того, как Стелла перелетела через большую часть арены, на которой она застряла в бою, и приземлилась у стены.
Лич что-то говорил. Белая не обращала внимания, для нее сейчас главным врагом была слабость, побороть которую было не так уж просто, но и не настолько сложно, чтобы упасть лицом в снег и терпеливо ждать, когда ее убьют. Закусив губу, женщина скопила в себе силы, резко дернула левой ногой, поднимаясь с колен и заставляя красное пятно на белой ткани, что образовалось на спине женщины, увеличиваться в размерах. Но на данный момент это было не важно, по крайней мере не важнее того, что постепенно извергала из себя земля, рождая на свет существо из костей и ненависти.
Вероятно, она должна была быть в ужасе. Стелла не чувствовала ужаса, даже боли уже не было, будто все просто ушло на второй план. Мысли перестали течь в сторону боя, все, что пришло в голову — только короткий монолог о том, что за безвкусица и за каким лешим все это было затеяно. Ради большой многорукой зубастой фиговины? Карис глядела на то, как лич все еще пытался что-то рассказывать, на чудовище, постепенно приходящее в себя, и все, о чем она могла подумать, так это о том, что в рамках рейда на кладбище, на котором по какой-то невероятно удачной причине оказалась только она одна, это достижение с поднятием голема кажется довольно малоэффективным. Старик Геддон всегда говорил об эффективности, и так сильно подставляться только для того, чтобы поднять из костей существо, которое при следующий схватке разнесет герой с двуручным молотом — это, знаете ли...
Они сорвались с места одновременно. Голем потому что, видимо, лич приказал, или же просто потому, что Карис была единственным живым человеком в округе, которого можно было сожрать, хотя, в необходимости в еде у этого существа героиня сильно сомневалась. Стелла потому что... Ну, это было вполне логичным — не хотеть быть сожранной странным чудовищем. По крайней мере инстинкт самосохранения хорошо объясним, поэтому, когда тварина решила таки сделать рывок в сторону женщины в белом, та уже была готова, стиснув зубы, бежать в ту часть местной арены, где целей было меньше всего. Проблема была в том, что не смотря на свой вес, голем был быстрее. Менее проворный по сравнению со Стеллой, хоть и раненой, но забывающей о боли из-за адреналина, но все равно достаточно быстрый, чтобы избавиться от героини, если та решит убежать по прямой, поэтому при любом удобном случае Карис петляла, резко меняя направление движения.
Сабля уже давно была уложена в ножны, адреналин постепенно утихал, оставляя место боли, и боль действительно не заставила себя долго ждать. C каждым шагом Белая чувствовала, как в левом бедре пульсирует ушиб от удара некроманта, как по спине стекает кровь, сочащаяся из раны, и как при каждом движении левой руки лопатка заставляет стенки раны то сжиматься то, разжиматься. Боль постепенно заменяла смысл всей этой беготни, оставляя только сам факт: Карис нужно бежать, и бежать быстро. Не было смысла подбираться к личу — у Белой все равно не было ничего магического против умертвия, да и желания тоже. Не было смысла пытаться выйти на открытое пространство, там бы ее поймали еще быстрее. Поэтому, петляя между гробниц и могильных плит, женщина пыталась запутать своего главного врага, в действительности же просто оттягивая неизбежное, и как только эта мысль пришла ей в голову, что все, что она делает — бесполезно, и ей не удастся, скорее всего, убежать, ее тело остановилось. На мгновение, возможно, даже меньше, чем на полсекунды, но этого промедления было достаточно, чтобы сковать страхом мышцы и совершенно избавить разум от мыслей. В этот же момент рядом с женщиной оказались челюсти...
...которые тут же были смяты в кальциевую пыль ударом, пришедшим откуда-то сверху. Карис не успела заметить — на момент, когда божественный кулак опустился на тварь, гнавшуюся за героиней, взор ее будто поблек, заволакивая чернотой взгляд, то ли от того, что в Стелле теперь было куда меньше крови, чем с утра, то ли от того, что в голову ударили последствия ее длительного бега — и героине действительно казалось, будто она бежала целую вечность. Но в какой-то момент все остановилось, и первое, что увидела Карис, хотя, даже не увидела, сколько поняла — это тот факт, что она была далеко от того места, где был лич, его монстр и, кажется, всего один оставшийся в живых некромант. Но, пожалуй, из всего этого ряда деталей волновало только слово «далеко». Стелле даже не важно было, как и почему она оказалась именно тут, сидящей возле чего-то, похожего на стену склепа, она просто довольствовалась фактом, что она все еще жива, и эта радость, хоть и тихая, заставила женщину с неким опозданием понять, что слух и осязание к ней вернулись, отдавая тело снова во власть боли, но по крайней мере теперь разум перестал впадать в ступор — большая часть опасности осталась позади.
А еще у нее на шее была девочка. Мозг не сразу вырвал из памяти имя, но Стелла довольно быстро пришла в чувство, и, не смотря на то, что рана на спине все еще ныла и рвала нервные окончания, будто когтями, женщина нашла в себе силы обнять девочку в ответ, хотя и не без доли дрожи в голосе:
- Тсс, все хорошо, Хару. - почему-то это было первой фразой, что пришла в голову, и первой, что смогла озвучить Карис, попытавшаяся погладить свою спасительницу — а в этом не было сомнений, если только Стеллу не спасли из лап лича и зубов его костяного песика гигантские серые орлы, в существовании которых, честно говоря, как раз были сомнения. Правая рука чуть приподнялась, отпуская девочку, хотела было лечь ей на голову, чтобы погладить, но взгляд Карис упал на дрожащие пальцы — слово «стресс» вряд ли было применимо ко всей ситуации, однако, именно он и заставлял ее руки дрожать, не смотря на то, что, казалось бы, эпизод знакомства с нежитью закончен. Хотя, закончен ли?
Белая прислушалась. Тишина, если не считать бормотания и редкого всхлипывания, возможно, принадлежащего самой Стелле, а не маленькой девочке у нее на шее, ибо страх все еще пытался обвить своими липкими пальцами шею героини, чудом сумевшей не откинуть коньки возле могильника. Но, нет, действительно тихо — будто их и не преследовали, но ощущение опасности не отпускало.
- Надо уходить. - произнесла Карис скорее для себя, дабы убедиться, что голос ее перестал дрожать, и к ней постепенно возвращается ее обычное состояние. А еще затем, чтобы с ее шеи  слезли. Потому что теперь первостепенной задачей было не закаранпуцать тех некромантов, на которых Стелла решила поохотиться, повинуясь скорее интуиции, чем логики, а добраться до лошади и вагончика возле входа в кладбище. По крайней мере, ей казалось, что раз костяную тварину размазали по земле, вряд ли лич с прислугой решаться уйти через главный вход.

0

17

- Угу, - коротко кивнув, Шион выпустила Стеллу из своих объятий и чуть-чуть отошла от неё, позволив той встать. На случай, если женщина вдруг упадёт, девочка вызвала одну из своих призрачных лап и предоставила её Карис, дабы та могла опереться на неё и таким образом идти. Сама Шион шла чуть позади Стеллы, видимо для того, чтобы подхватить её, если она вдруг начнёт заваливаться в какую-нибудь сторону. Никого позади, впереди и где-либо ещё, кто мог бы представлять для них угрозу, не было. По крайней мере, пока.

- С-стелла? – робко позвала женщину душа-химера, протягивая ей ключ, который та отдала ей, до злосчастного столкновения с некромантами. Теперь, когда они обе были близко к выходу с кладбища и вагончику героини, стоило вернуть вещь её владелице, - В-вот, возьми…

К счастью для Белой (да и Шион, наверное), вагончик никуда не исчез. Пожалуй, единственным, что здесь изменилось – количество снега на крыше фургончика, да обеспокоенное ржание лошади. А вот чем было вызвано это беспокойство – сказать сложно. Присутствием странного существа, выдающего себя за девочку, тем, что с хозяйкой было что-то не так, или же просто никтофобией Кривоглазки. Как бы то ни было, пришла пора уходить.

- Тебе больно? – обеспокоенно задала вопрос Шион, наблюдая за расплывающимся красным пятном на спине женщины, - Сильно? Я могу тебе чем-то помочь?

Девочка чувствовала себя очень виноватой. Ведь, в какой-то степени, раны Стеллы были на совести самой души-химеры (по крайней мере, она так считала). Если бы Шион всё-таки пошла за ней сразу, то, возможно, всего этого можно было избежать… Но это всё «если бы» да «бы». Поэтому, дабы загладить вину перед Стеллой, Шион пыталась помочь чем-нибудь ещё. Чем угодно.
А тем временем, погода явно собиралась испортиться. В небе сгущались серые тучи, а на земле начал завывать ветер, вздымая облака снега, захлёстывающие неосторожного путника с головой. Вообще, следовало сваливать на всех порах отсюда, а то заявятся старые знакомые Стеллы и начнут взымать с неё долги за покрошенного в кальций голема. А этого лучше избежать. А ещё лучше – вообще не сталкиваться с ними.

Чтобы Стелла, не дай бог, не замёрзла, Шион попросту накинула ей на плечи ту же накидку, которую ранее женщина ей передала. А потом залезла под неё, прижавшись к Стелле поближе. Благо она оказалась достаточно большой, чтобы вместить ещё и маленькую девочку. Получилось, наверное, мило, но кроме, собственно, парочки мерзнущих девушек, некому было оценить весь градус умиления. Фыркающая лошадь и жмурящийся на соседнем дереве филин за зрителей не считались.

0

18

Она не помнила, как дошла до входа на кладбище. Такое иногда случалось, и, в какой-то момент Карис просто начала списывать подобные случаи на защитную реакцию организма, своеобразную способность отключать мозг и делать то, что ей нужно, а сейчас все, что нужно было Стелле, это дойти до своего дома. И хотя домом официально для нее являлся Рекн, дойти героиня смогла только до небольшого вагончика. Пустой взгляд упал на запертую дверь, затем на Кривоглазку — та явно выглядела обеспокоенной, на скамью, на которой выпавший снег уже успел частично скрыть следы от лежащих болтов и арбалетов. Действительно... У нее же были арбалеты. Не зачарованные, конечно, но стоило ими воспользоваться. И, кажется, они остались на кладбище. Как и несколько трупов. Плату без голов получить будет трудно...
- С-стелла? - вывел из забытия Карис голос девочки, и женщина все с тем же пустым взглядом посмотрела на свою спутницу, сначала пытаясь вспомнить все события этого дня, а затем стараясь остановить поток воспоминаний, хлынувших, словно толща воды из пробитой плотины.
- Д-да.. Сейчас. - Карис осторожно, с одной стороны выглядя так, будто готова свалиться, приняла с ладони девочки ключ, взяв ее правой рукой, хотя стояла Хару по левую сторону от героини — боль за время перехода сквозь беспамятство дотянулась до плеча, и теперь каждое усилие в левой руке давалось с трудом. Красное пятно же, тянувшееся от плеча, доползло до пояса, и теперь было заметно даже под шкурой, что лежала на плечах женщины, с трудом попадавшей в замочную скважину куском бронзы, который представлял из себя ключ в вагончик. Если бы не боль, хоть и тупая, нависающая, как Дамоклов меч, и не багряный след в половину спины, Стеллу вполне можно было принять за пьяницу — та даже уперлась головой в дверь, поднявшись на две ступеньки, дабы не свалиться окончательно, и когда дверь все же была отперта, больше всего усилий охотнице понадобилось для того, чтобы не рухнуть прямо на пол ее дома.
- Очень. И, думаю, скоро мне станет легче. - все так же опираясь только правой рукой на идущий вдоль стены шкафчик, произнесла Карис, медленно подходя к тому месту в вагончике, где лежали зелья — Заходи, тут хотя бы тепло. Наверное. -
Было холодно. То ли Карис плохо чувствовала тепло, то ли вагончик промерз, но она мерзла. Сил на то, чтобы дрожать, не было, да и тот факт, что небольшой фонарик, в котором вместо пламени дрожал красный кристалл, служащий и предметом освещения, и своеобразным обогревателем, говорил о том, что в вагончике было тепло. Просто жизнь постепенно покидала Белую. И когда та дошла до шкафчика, закрепленного в углу вагончика, под потолком, открыла его и достала красную склянку с зельем, это опасение только подтвердилось.
Ноги подвели первыми. Затем подвела рука — на этот раз левая, ибо правая держала в пальцах склянку, та не смогла выдержать вес героини, из-за чего женщина в некогда белом платье медленно сползла, осев на полу и открывая на ходу зубами бутылку, выдергивая пробку, сплевывая ее и тут же опрокидывая содержимое себе в глотку. Вкуса не было, опять же — просто жидкость, как вода, хотя Карис не раз говорила алхимикам добавить в те зелья, что она покупает, хоть немного фруктов. Или сладкого. Что угодно, только чтобы не ощущать эту безвкусную субстанцию, что они называли гордо «Зелье Здоровья». Но хотя бы оно действовало. И спина, нывшая все это время, то ли от того, что Карис действительно умирала, то ли от того, что она исцелялась, постепенно прекращала посылать в мозг сигналы о боли. Пальцы на левой руке сжались в кулак, а затем, спустя полсекунды, разжались. Рана под лопаткой же угомонилась, и начала чесаться, но сил на это, опять же, не было — Карис просто знала, что это говорит о заживлении. И хотя зелье дало восстановиться тканям, силы, что она потратила на дорогу, и кровь, что она потеряла, не вернутся еще долго. По крайней мере до того момента, пока она снова не сможет подняться и взять из шкафчика тоник.
И вот, сидя в таком виде на полу, запрокинув голову и слегка подрагивая от неприятных ощущений под лопаткой, Стелла смогла выдавить из себя только одну фразу, которую обычно говорят таким же уставшим, злобным и побитым жизнью путешественникам, хотя в этот раз она была адресована маленькой девочке, поверить в принадлежность которой к душам, чудовищам и странным ритуалам, Белая до сих пор не могла:
- Спасибо, что прикрыла. Без тебя я бы не ушла оттуда. - глаза героини медленно открылись, и в них ударил тусклый свет фонарей, из-за зелий приобретший яркость уровня сверхновой, заставляя Стеллу снова сомкнуть веки и ждать, когда побочные действия закончатся — Ты молодец. -
И действительно. Говорить с закрытыми глазами было легче. В конце концов, Хару вряд ли хзахочет ограбить вагончик. Максимум, что она могла бы отсюда взять, так это кошелек с деньгами, ну, может, пару экспериментальных ковырял, над которыми Карис еще работала, да и то вряд ли. Сейчас вообще не хотелось думать о рисках, честно говоря. Хотелось просто посидеть и почувствовать, как в тело Стеллы снова возвращается жизнь.

0

19

Стелле становилось хуже с каждой минутой – это Хару прекрасно видела. И самое паршивое, что с этим она ничего не могла поделать. Душа-химера не умела (точнее, не знала, как) исцелять раны и единственное, что она могла, так это наблюдать за тем, как кровь, а вместе с ней и жизнь, медленно покидала Карис. Всё это очень сильно давило на Хару, настолько, что, когда дверь в вагончик открылась, она зашла без слова, на чистом автомате. Настолько глубоко она была погружена в свои сожаления.

В вагончике было тепло, но это слабо волновало. Всё внимание девочки было приковано к слабеющей Стелле. Вот она подходит к какому-то шкафчику, открывает её и достаёт склянку с красной, словно кровь, жидкостью. В этот момент тело подводит женщину, и она оседает на пол. Из последних сил она откупоривает пробку и залпом выпивает содержимое…

На мгновение Хару подумала, что ей почудилось. На всякий случай протерев глаза, девочка пригляделась получше. Да нет, не почудилось. Рана, через которую кровь и силы покидали Стеллу затянулась. Это от той бутылочки?.. Скорее всего… Да, именно так. Немного не веря в реальность происходящего, Хару подошла к женщине совсем вплотную. Маленькая ручка легла на плечо Белой…

«Тёплая…»

…Затем, уже обе руки обвивают шею женщины. Хару уткнулась Стелле в плечо, крепко обняв её.

«Живая».

Тонкое и сильное волшебное щупальце, вызванное Хару, подхватило вторую склянку и положило её в руки постепенно отходящей от потрясений девочки. Она аккуратно протянула её Карис.

- Н-н-нам нужно у-уходить, - заикаясь, произнесла Хару, время от времени протирая от слёз глаза, - Е-е-если от этого тебе становится л-л-лу-лучше, то может быть, тебе надо выпить е-е-ещё одну?..

Когда зелье оказалось на руках у Стеллы, девочка, всхлипнув, тихо и робко прошептала:

- Только не умирай больше…

В общем и целом, Хару была права в одном – надо было уходить. Ещё неизвестно, направился ли лич в их со Стеллой сторону или нет, выяснять это не было ни малейшего желания. А значит, надо было выходить наружу и пустить вскачь лошадь. Ну или хотя бы шагом. Всё-таки кладбище с ожившими мертвецами – не самое лучшее соседство. А уж когда они растревожены, как дикие осы… Ууу…

0

20

Слабость. Это было основной темой мыслей на сегодняшний вечер, плавно перетекающий в ночь. О ней Карис думала, когда девочка обняла ее, о ней же она думала, когда грудь женщины наполнялась воздухом, поднимаясь, и опускалась, выдыхая его. О слабости она думала каждую секунду, и на ее фоне остальные размышления были несколько незначительными, поэтому, когда Хару хоть что-то говорила, отвечала ей Стелла не сразу. Далеко не сразу.
- Не поддавайся панике. Если я встану сейчас, то свалюсь еще до того, как дойду до Кривоглазки. - открыв глаза, произнесла женщина, взглянула на девочку и чуть приобняла ее свободной рукой, настолько, насколько ей хватало сил, то бишь, не слишком сильно, но хотя бы показывая, что теперь она не полный трупик — И, передозировка зельями, поверь, не та вещь, от которой я бы хотела сейчас страдать. -
Левый уголок губ чуть дернулся вверх. Шутка. Стелла про себя заметила, что раз она пытается отшучиваться, значит, ей легче, поэтому, когда волна сил еще раз прошлась по ее телу, заставляя взгляд возвращаться, героиня чуть наклонила вперед голову, видимо, пытаясь понять, где именно в вагончике она находится. Первой глаза заметили склянку в руке — ее Карис поставила на пол, - затем девочку, что охотница на всякую дрянь встретила сегодня. Казалось, это было целую вечность тому назад. В смысле, у Стеллы и до этого были моменты, когда он встречалась в своих походах с детьми. Иногда в сожженных деревнях. Иногда в пещерах. Иногда в куда более диких местах и при куда более диких обстоятельствах, не всегда заканчивающихся так же удачно, как сегодня, но в общем и целом, такое уже было. Иногда с ранениями. Но вот ощущение, что с этой девочкой Карис находится куда больше, чем пару часов, были впервые, и единственное объяснение, которое для себя нашла Стелла, это то, что ей в очередной раз продали некачественное зелье здоровья, явно влияющее на мозг. Либо же у нее просто постепенно едет крыша, раз идея отправить Хару в какое-нибудь безопасное место не пришла ей в голову сразу. Хотя, кажется, именно туда она ее и отправляла. Сразу перед тем, как Белую чуть не выпотрошила какая-то костяная тварина, а также лич и парочка некромантов. Правая рука, в которой до этого была поданная склянка, будто сама легла на голову девочки, чуть поглаживая ее, видимо, дабы успокоить. И Хару, и Стеллу.
- И, не бойся. Потребуется побольше вещей, чтобы меня убить. - Белая задумалась. Рука остановилась, затем, чуть потрепав волосы на голове девочки, героиня дополнила, стараясь снова свести все к шутке — Ну, как минимум, два лича. Помереть от всего одного как минимум будет стыдно. -
Черный юмор не был сильной чертой Стеллы, но хотя бы она пыталась. Поставив себе в голове заметку о том, что шутить подобным образом при детях и стараясь не замечать тот факт, что где-то в вагончике еще находилось щупальце, подавшее ей зелье, Карис чуть получше села, перейдя из того состояния, когда ее можно было назвать «развалившейся на полу», и легонько поцеловав Хару в лоб, похлопала девочку по плечу, видимо, в знак того, что ей уже лучше и пора бы действительно заняться делом. Дел было много. Первое, что приходило в голову — три пролюбленных арбалета. Из всего арсенала до конца путешествия дожила только сабля, слетевшая с ножен еще на середине пути в вагончике и лежащая сейчас посередине на полу. Второе — несколько трупов, которые надо было обезглавить. Чтобы получить деньги. Больше денег, чем обычно, но идти сейчас туда было самоубийством. Поэтому, вместо того, чтобы исходить из жадности, Карис мысленно плюнула на всю эту беготню, решила для себя получить оплату как за миссию по разведке, что была чуть меньше,  и написать позже отчет, что некромантов было не три, и поэтому зачистить все кладбище ей не удалось, и вообще неплохо бы туда отправить целый отряд героев, ибо в одиночку подобное вытащить не в силах никто. Ну или кто-то крайне безумный. А еще хотелось есть. Но это позже...
- Так. Ладно. - отстраняя от себя Хару, произнесла Стелла и, глядя на свою попутчицу, ибо не оставлять же ребенка на кладбище, чуть привстала — Мне уже лучше. -
А еще попутчица... Карис нужно было что-то делать и с ней, и вариантов было не так уж много. Оставлять девочку не был один из них. Ее надо было взять с собой как минимум до ближайшего отделения гильдии. А что потом? Отправиться к Башне, чтобы ее научили пользоваться магией? Проверить, не полудемон ли она? А важно ли было все это? И нужно ли было ее куда-то везти. Все эти мысли пронеслись разом в голове Стеллы, пока та пыталась встать, опираясь на один из шкафчиков. И на все эти вопросы у нее не было ответов. Но, похоже, родителей у нее действительно не было. И это вполне могло означать, что ей некуда идти. Но в самом худшем варианте идти бы никуда и не надо было, ибо и Карис, и Хару превратили бы в нежить, поэтому, все еще чувствуя слабость, Белая пришла к единственному выводу, что казался ей на тот момент правильный, учитывая погоню из толпы некромантов и ее недееспособность на данный момент:
- Пойдем, мне нужна будет твоя помощь с повозкой. Я покажу что делать, просто я все еще чувствую, что могу свалиться в обморок. Ох. - она подала девочке руку, дабы та тоже встала. Естественно, ее стоило оставить в вагончике. Не то, чтобы там было безопаснее, но по крайней мере теплее, чем на улице. И дабы загладить хотя бы вину за эту холодрыгу, на которую Хару тащила все еще чувствовавшая себя как крайне побитую, Стелла собирала с тех шкафчиков, что встречались им по дороге всю теплую одежду, что еще могла пригодиться на улице.
Тихо. Только ржание Кривоглазки. Вышедшие наружу женщина и маленькая девочка, к тому моменту уже одетая в некое подобие накидки из очередной шкуры, делающей из Хару крайне укутанного ребенка, не застали ровным счетом ничего. Ни нежити, ни редкого пения птиц. Просто ничего. И, не особо церемонясь со своей лошадью, выверенными движениями пристегивая ее к вагончику, не смотря на редкие брыкания, вызванные, видимо, появлением странного конгломерата душ, которого посадили прямо за спиной лошади, Карис села на небольшую скамью, с которой управлять этим транспортом было легче всего и, дождавшись, пока рядом окажется ее спутница, легонько щелкнула поводьями. Животное двинулось вперед. Следом — вагончик, оставляя за собой на снегу следы колес и копыт Кривоглазки. Тишина не прервалась ни на мгновение, будто не было никакой засады и не было никаких некромантов в кустах. Хотя, быть может, их действительно не было. И постепенно расслабляющаяся хватка Стеллы, удерживающая левой рукой ножны с саблей, а правой поводья, убеждала героиню в том, что сегодня, вполне возможно, она будет жить.
Прошла минута. Затем вторая. Тихо. Ноющая боль в спине напомнила о том, что первичные эффекты зелья закончились  - обезболивающее прекратило свое действие, и теперь телу надо дать восстановиться, просто избегая конфликтов. И, чуть откинувшись к стенке вагончика, что был за спиной у Стеллы, женщина еще раз щелкнула поводьями в воздухе, заставляя Кривоглазку снова набрать скорость, ибо там стала двигаться чуть медленнее.
- Фух. Кажется, все. - прокомментировала Белая, морщась от того, как при каждой кочке мышцы под лопаткой слегка дергались, все еще завершая процесс восстановления — Есть какие-нибудь предложения, куда бы ты хотела поехать, Шион? -
Наверное, стоило спросить по-другому. О том, к примеру, куда девочку стоит отвезти. И оставить. Там. Без Стеллы. Но Карис помнила про имя так же хорошо, как и про то, что у девочки нет родителей. И кого-то, к кому она привязана. А это значило, что у нее, скорее всего, не было дома. Или вообще хоть кого-то, что, конечно, безудержно грустно. И именно поэтому что-то в голове Стеллы заставило ее забыть о том, чтобы хоть немного поговорить о том, что им надо будет расстаться. В конце концов, рано или поздно такое время настанет, но не в тот же день, когда Хару видела, как Стеллу чуть не завалили. И не в тот день, когда она спасла Белую, фактически. Лучше вообще не на этой неделе.

0


Вы здесь » Fables of Ainhoa » Воспоминания » 16.12.1212 "Бледные тени среди могил…"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC