http://forumfiles.ru/files/0019/58/c4/73091.css http://forumfiles.ru/files/0019/58/c4/37366.css http://forumfiles.ru/files/0019/58/c4/49305.css
http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/67894.css http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/44492.css http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/50081.css
http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/10164.css

Fables of Ainhoa

Объявление



От 07.10.19

Золотая и немного дождливая осень в самом разгаре!

Добро пожаловать на Эноа! Рады приветствовать путников и гостей ~

Жанр: фэнтези;
Рейтинг: NC-17 или 18+;
Система: эпизодическая;
Графика: аниме, арты.

Настоящее время в игре: 1203 год ~ 1204 год.

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru




середина осени 1203 года, октябрь

В мире всё хорошо, но всегда ли так будет? Что-то надвигается...



12-16 лет
Любая раса
Ученики-маги
Друзья из Башни

14-40 лет
Человек/полукровка
Аристократ
Несостоявшийся жених

14-22 года
Любая раса
Странница
Верная подруга

От 60 лет
Человек
Архимаг Башни
Отец Марии

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fables of Ainhoa » Потерянные рассказы » 18.07.1ХХХ. Придёт серенький волчок и укусит за бочок


18.07.1ХХХ. Придёт серенький волчок и укусит за бочок

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

https://funkyimg.com/i/2XUgK.gif

Место действия:
таверна где-то в срединных землях

Герои:
доктор волк & пациентка овечка

Завязка:
— Доктор, почему у вас такие большие глаза?
— Чтобы лучше видеть твои раны.
— Доктор, почему у вас такие большие уши?
— Чтобы лучше слышать стук твоего сердца.
— Доктор, а почему у вас хвост?
— Потому что я волк!

Тип эпизода:
личный

+2

2

Радо умел быть общительным и весёлым, если было нужно. Нынешний вечер выдался как раз тем днём, когда ему понадобилось это умение.
На первом этаже таверны, в просторном полутёмном зале, собралась шумная компания. Героев было около дюжины, они заняли два стола недалеко от камина и привлекали взгляд любого, кто заходил. В честь успешно завершённого задания они щедро угощали желающих выпивкой и едой, и Радо подсел к ним, подкупленный шансом оставить при себе несколько монет за ужин и хорошенько наесться за счёт других.
Он прислушивался к жарким спорам и выбирал сторону того, кто громче кричал; послушно приоткрывал рот на невероятных историях и подбадривал рассказчика. Был Радо до того славным парнем, что его усадили за стол рядом с главными героями этого дня, среди которых оказалась и одна симпатичная девушка.
Радо она приглянулась: светлая, гибкая, как молодой прут, и такая мягкая на вид, что зудели когти от желания дотронуться. Он половину вечера поглядывал поверх кружки на неё и лукаво улыбался, когда их взгляды пересекались. Увы, дальше того дело не шло: девушка — кажется, её называли Франциской — была зажата меж подруг, которые задорно тормошили её, не отпуская от себя. Улыбка Радо начинала приобретать волчий оскал, пока он размышлял, как бы половчее избавиться от них.
Кто бы знал, что именно одна из подруг поможет ему. Низкорослая рыжая лучница, говорливая и полная сил от выпивки, полезла щекотать Франциску и вдруг оттянула ворот её блузки, заглядывая бесцеремонно промеж грудей и восклицая:
— Что это? И вот здесь есть, под ухом!
Сидевшая с другого бока волшебница тоже наклонилась и ахнула:
— Выглядит ужасно! Фран, не болит? Где ты так?
Радо прищурился. След, который ему удалось разглядеть в дрожащем свете, был знакомого тёмно-зелёного цвета: такие оставляли после себя колючки одного куста, растущего в окрестностях. Удивительное дело, но на одежде пятен от этих колючек никогда не было, а вот при контакте с кожей на ней всегда оставались следы необычного цвета. Должно быть, никто из героев не жил в здешних краях, раз не смог распознать такой пустяк.
Радо фыркнул, потешаясь над людьми, что сидят вечно в своих городских клетках и лишь изредка выбираются наружу, и замер, не донеся кружку до рта. А ведь это могло бы сыграть ему на лапу.
Радо успел перезнакомиться со всей компанией, поэтому знал, какие за кем закреплены роли. Он бросил внимательный взгляд на целителя, заснувшего за столом в обнимку с кружкой, принюхался, определяя, как сильно тот опьянел. Глаза потемнели, наполнившись сытым торжеством.
Вот оно.
— Похоже на укусы морушки, — обронил Радо, пока все пытались рассмотреть отметину на шее Фран. — Видите, как оно отдаёт зеленью. Это от морушки так. Через день начинает густеть кровь, сердце колет.
Он цокнул языком и покачал головой, показывая всем своим видом, что ему нет смысла врать и только за героями остаётся выбор — верить ему или нет.
— Ох! — лучница крепко выругалась и за волосы подняла спящего целителя. Ни тряска, ни пощёчина не смогли пробудить его.
Веселье поутихло. Радо подождал, пока все проникнутся серьёзностью сложившейся ситуации, пока до затуманенных хмелем голов дойдёт, что произошло, и едва ли не проурчал в наступившей тишине:
— Вам повезло: я занимаюсь врачевательством. У меня в комнате осталась сумка с травами, которые могут помочь.
Ему пришлось приложить всё красноречие и благодушие, чтобы убедить героев, что они могут продолжать отмечать, пока их подругу вылечат, а затем она будет отсыпаться наверху, позволяя целительным силам трав изгонять болезнь из крови.
— Не переживайте, с ней будет всё хорошо. У меня ещё никто не умирал, — сказал Радо и улыбнулся по-волчьи честно, помогая своей жертве выбраться из-за скамьи.
На лестнице, ведущей на второй этаж, он положил большую ладонь на талию Франциски и чуть прижал её к своему крепкому телу:
— Осторожнее, тебя может начать укачивать после укуса.
Под рукой было упруго и горячо. В животе у него сжалось влажное тепло; пока ещё небольшим клубком, мягким — но вот останутся они наедине...
Бок о бок они дошли до его небольшой слабо освещённой комнатушки. Радо усадил девушку на аккуратно застеленную узкую кровать, сам присел у её ног, делая вид, словно и правда что-то ищет в заплечном мешке.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он участливо, глядя на неё снизу вверх. — Пока ничего странного не ощущаешь?

Отредактировано Rado (2019-10-19 22:37:01)

+2

3

— Если честно, не похож он на врача. Ни капельки. — Задумчиво рецензировала лучница, глядя за тем, как их новый знакомый уводит Франциску.
Но вскоре она напрочь забыла о сказанном.

Франциска немало приняла на душу и, верно, была хорошенько пьяна.
Она опёрлась ладошками о постель, на пару мгновений откинув голову назад, вдоволь демонстрируя тонкую шею, и довольно улыбнулась, поправляя локон да наблюдая за своим врачом. Кажется, недомогание ещё не добралось до её тела. Или же...
Девичьи пальцы бесстыдно легли на грудь, туда, где ранение, и Фран показалось, что она что-то уловила. Девушка дрогнула, склонила голову набок, словно бы прислушиваясь к себе, — пальчики свободно гуляют по открытым участкам, — и что-то уловила!
Словно бы что-то сжималось внутри, крепко-крепко, будто бы что-то эдакое.

Первым ответом на вопрос волка стал нарочито тяжёлый вздох и растрёпанная, медовая улыбка. На щеках Циски играл задорный румянец; то ли от выпитого алкоголя, то ли от чувств, то ли от болезни какой.
— Чувствовала вашу ладонь, доктор, — Тихим шёпотом заявила героиня. Беззлобно, игриво так, почти что нахально. Блеск в глазах не оставлял сомнений — дурачится. — Чувствую ваш взгляд.
Для Франциски это было нормально.
Тихий безобидный смех.
Когда-то она была невинной девочкой, даже крайней мыслью страшащейся касаться некоторых тем, но с тех пор минули многие годы, а с ними пришло понимание: флирт — это неплохо.
К тому же, врач ей достался симпатичный. Своеобразный такой, конечно, черты острые и глаза жадные, но определённо не отталкивающий.

Удивительно вязкими движениями, приковывающими любой сторонний взор своей независимостью, Франциска сняла рукавицу с правой руки, после чего коснулась пальцами щеки мужчины.
Он был совсем как пёс; случайная ассоциация стрельнула в голове, да и улетела незамеченная.
Пальцы, тем временем, не устыдились прогуляться по виску и погладить ухо.
Фран была пьяна, определённо.
— Кажется, доктор, у меня что-то в груди... — Призналась Циска, — Сложно, правда, определить, что именно... а ещё — я чувствую, как щёки горят и сердечко стучит-стучит. Сильно так, крепко. Сами поглядите!
И, схватив большую ладонь мужчины обеими руками, беззаботно положила её на грудь, слева; большому и указательному пальцам досталась честь лечь за границы блузы.
Сердце и правда стучало ощутимо.

+2

4

Радо поглядывал себе под руки, в мешок, но его взгляд — цепкий и тяжёлый — ясно ощущался на руках Фран, которые порхали от места к месту.
Девушка была подвижная, румяная и беспечно весёлая — такая живая, что и пожелать кого-то лучше было нельзя для завершения лёгкого вечера. С ней хотелось иначе; продолжать играть, притворяться кем-то, чтобы происходящее становилось слаще от обманчивого ощущения чужой шкуры на плечах. Не напрямик — растягивать удовольствие, улыбаться за маской того, кем он не был.
Франциска заговорила. Радо тонко улыбнулся ей — «Чувствую ваш взгляд» — и замер, подставляясь под прикосновение, молчаливо одобряя. Из-под опущенных ресниц он следил за своей пациенткой и всё же был застан врасплох её движением.
Вот за что он ценил женские тела: их мягкость, будоражащая податливость. Радо сдвинул руку — так, чтобы левая грудь легла в ладонь приятной тяжестью — и покачал головой, пряча в уголке рта довольную усмешку:
— И верно: так сильно стучит. Дурной знак. Я должен вылечить тебя как можно скорее.
Он извлёк из мешка на неверный свет небольшую баночку с травяной мазью от синяков. Нужно же было придерживаться игры, а безвредная приятно пахнущая мазь в этом отлично ему поможет. Встав перед кроватью на колени, Радо зачерпнул из баночки и, кинув быстрый взгляд на лицо девушки, коснулся зелёного следа на груди, виднеющегося из-за края блузы. Под пальцами было нежно и тонко, прощупывалась грудина. Он принялся втирать мазь круговыми движениями. Делал Радо это с лёгким нажимом, ласкающе, и глаза его пристально следили за местом «укуса».
— Всё-таки тебя немного шатает, — вздохнул Радо и положил свободную ладонь на талию Фран, придерживая, словно она могла  завалиться на бок, хотя сидела твёрдо и неподвижно.
Впрочем, на талии ладонь долго не пробыла. Горяча сквозь одежду, она неспешно стала подниматься, и вот уже вновь прихватила левую грудь.
Несколько пальцев, перепачканных мазью, скользнули ниже, под блузу, и стали втирать там. В последий миг рука вдруг словно ненароком дёрнулась в сторону, обласкала кружаще нежный сосок. Отстранившись, Радо облизнул палец, поймал взгляд Франциски и хрипло сказал:
— Ох, я совсем упустил из виду одно место.
Уперевшись в кровать по обе стороны от Фран, Радо раздвинул её ноги и пододвинулся на коленях, чтобы оказаться между ними, затем наклонился и обжёг горячим дыханием тонкую шею над очередной зелёной отметиной. От кожи его обветренные губы отделяло расстояние ничтожно малое, толщиной в волос, но всё же он не дотронулся, а мазнул по отметине пальцами с мазью.
На аккуратное ушко Радо зашептал:
— Уверен, я обработал не все укусы. Может, ещё один прячется где-то здесь? — ладонь с шеи скользнула на оголённую часть бедра, едва-едва приподняла подол юбки. — Как бы то ни было, придётся что-то снять, чтобы это узнать. Ты ведь не хочешь, чтобы болезнь распространялась, верно?

+3

5

Франциска подалась вперёд, совсем чуть-чуть, чтобы её врачу было сподручнее.
Мужские пальцы, кажется, сжали Цис, там, тоже немного, и она раскраснелась чуточку больше. Сердечко начало стучать ещё сильнее.
К счастью, доктор подтвердил, что опасения героини не безосновательные.
Блестящими глазами следя за мужчиной, задержав дыхание даже, Фран потешно-серьёзно кивнула его словам. Те казались вполне разумными, сейчас, и совсем никакого подвоха, и даже тень добра, застывшая на его губах — это ведь печальный оптимизм, у докторов с которым всё всегда непросто, верно?
На какой-то мгновение Франциске стало стыдно. Но это чувство быстро пропало.

Циска послушно покосилась в сторону, кажется, смущаясь.
Пока доктор с жадными глазами делал свои дела, она — свои: сняла вторую перчатку, убрала обруч с головы куда-то туда, в сторону. Не до него сейчас. Потом найдётся, если что.
Затем — выдохнула.
Слов не надо, поняла она, нужно просто довериться. Отчего-то Фран было страшно, но так, по-приятному. Верно, это всё от болезни.
С одной стороны — горячий доктор, чьё тепло оставалось мазью на её коже, с другой — дело-то серьёзное! Может быть даже смертельно опасное!

Она почувствовала как что-то трепещущее, неопределённое, провалилось в живот.
Затем — ориентир, вспыхнувший где-то в районе поясницы: новое прикосновение доктора. Фран прикрыла глаза, прислушиваясь к своему телу, и чётко ощутила яркое пятно, солнечной дорогой смазавшееся до груди.
На губах появилась трогательная улыбка.
Доктор был так нежен! И неприкаянн.
Трепетный вздох. Новый багрянец на щеках. Мимолётный взгляд и, наконец, — ненарошный мазок по напряжённому, заставляющий напрячь рёбра.
— Хорошо, — Послушно прошептала, бесстрашно-трепетно улыбнувшись, Фран, — Я поняла. Дайте мне минуту, доктор.

И в повисшей тишине застывшего мгновения Циска осторожно принялась за корсет.
Характерный скрип, ловкие движения пальцев, — для всего действа героине потребовалось сесть ровнее, и женская грудь, кажется, невозмутимо коснулась груди мужской, — в старании прикушенная губа и наконец — солнечный триумф улыбки, за которым одежды проиграли.
Сперва тело Фран покинул корсет, открывая живот и короткую блузу, затем — юбка, умело расстёгнутая, отправилась прочь, после — взяв блузу за основание, Циска одним движением, через голову, сняла и её, растрепав волосы ещё пуще, открываясь вся-вся.
Ну, почти. Разве что снизу оставались сапоги и кой-чего белое между ними.

— Я в вашей власти, доктор.
Голос звучал чисто, послушно.
Уши Франциски пылали, но она храбро смотрела в глаза своему врачу, выпятив грудь и отставив ладошки назад.

+1

6

Радо удавалось выглядеть спокойным, невозмутимым только благодаря стальной выдержке. И то — его выдавало старательно глубокое дыхание, вздымающее грудь; в покое так не дышут. Внутри у него уже давно вязким сиропом разлилось возбуждение; охватило жидким огнём низ живота да сладко, тянуще пережимало, стоило ему шевельнуться.
Радо нравились все: и маленькие, с шеями в два пальца обхватом, и равные по росту, глаза в глаза, и такие большие, что нужно тянуться для поцелуя, дёргать вниз за ворот. Девушка подле него — одетого в свободную полурасстёгнутую рубаху, а оттого кажущегося более широкоплечим — была совсем небольшой, и его затопило желанием накрыть её собой, как одеялом, опуститься сверху и... Пока Франциска снимала блузу и не видела ничего, он с нажимом провёл между ног, одёргивая тянущееся за быстрым удовольствием тело. Облегчения это не принесло, закрутило спиралью в животе только сильнее.
Взгляд отстранившегося Радо вновь прошёлся по Фран снизу вверх. Не было в нём свойственной целителям отстранённости; пылающий взгляд оставлял следы, облизывал жарко, голодно каждое местечко, каким бы укромным оно ни казалось.
Он заметил очаровательный румянец и тихо усмехнулся.
— Ты делаешь всё просто превосходно, — низкий голос ласкал так же неприкрыто, как взгляд; нежил мягкими перекатами. — Такая хор-рошая, замечательная девочка мне попалась. Мне быстро тебя вылечим, вот увидишь.
Радо, прищурившись, посмотрел на сапоги. Всё, что прятало хоть малейший кусочек этого тела перед ним, немедленно нужно было разорвать, вцепиться в них клыками и сдёрнуть, поэтому он стёк вниз, упираясь коленями в пол.
— Я помогу, — сказал он, берясь за сапоги.
Высокая обувь спасла Фран от колючек, и ноги её были чистыми, однако названного доктора это не смутило. Он взял в руки миниатюрную стопу и уделил внимание каждому пальчику, размяв его. Пояснил:
— Чтобы кровь не застаивалась.
Ладони, продолжая поглаживать и мять, стали подниматься выше, трогать повсюду невинно. Пока одна ладонь горячила  внутреннюю сторону бедра, другая вдруг скользнула выше, уверенно и настойчиво потёрла внизу белого.
— Чтобы кровь не застаивалась, — повторил Радо хрипло-хрипло и сглотнул насухо.
Пальцы после прикосновения пахли терпко, густо. Радо снова взял на них мазь, хотя больше всего хотелось слизать запах, распробовать, посмотел на Фран. И моргнул. Разлившийся чернотой зрачок сузился, перестав закрывать радужку, и хищный взгляд исчез, как и что-то тёмное в волосах возле макушки.
На рёбрах и животе было ещё несколько зелёных отметин-точек. Он потянулся к ним, приподнимаясь на коленях.
— Если вдруг тебе захочется сделать что-то странное, ты не стесняйся, — зашелестел змеем-искусителем Радо, легко поглаживая след на рёбрах. — Это ведь всё болезнь, она может толкать на что угодно, и тебе совсем не стыдно поддаться ей. Подавлять свои желания — вот что вредно.

+1


Вы здесь » Fables of Ainhoa » Потерянные рассказы » 18.07.1ХХХ. Придёт серенький волчок и укусит за бочок


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC