http://forumfiles.ru/files/0019/58/c4/73091.css http://forumfiles.ru/files/0019/58/c4/37366.css http://forumfiles.ru/files/0019/58/c4/49305.css
http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/67894.css http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/44492.css http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/50081.css
http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/10164.css

Fables of Ainhoa

Объявление



От 07.10.19

Золотая и немного дождливая осень в самом разгаре!

Добро пожаловать на Эноа! Рады приветствовать путников и гостей ~

Жанр: фэнтези;
Рейтинг: NC-17 или 18+;
Система: эпизодическая;
Графика: аниме, арты.

Настоящее время в игре: 1203 год ~ 1204 год.

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru




середина осени 1203 года, октябрь

В мире всё хорошо, но всегда ли так будет? Что-то надвигается...



12-16 лет
Любая раса
Ученики-маги
Друзья из Башни

14-40 лет
Человек/полукровка
Аристократ
Несостоявшийся жених

14-22 года
Любая раса
Странница
Верная подруга

От 60 лет
Человек
Архимаг Башни
Отец Марии

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fables of Ainhoa » Потерянные рассказы » 25.03.1215 "Казалось бы, обычный дружеский визит..."


25.03.1215 "Казалось бы, обычный дружеский визит..."

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

1. Дата и время:
25 марта 1215-ого года, день, около 15:00.

2. Место действия | погода:
Аваринский дворец, один из множества залов для приема гостей. Довольно солнечно для марта, хотя  назвать погоду теплой не поворачивается язык - весь день столицу продувает холодный восточный ветер.

3. Герои:
Корса Йор, Август Виндзор

4. Завязка:
Очередной приезд очередных дворян. В целом, ничего нового для короля, который всегда должен быть готов к тому, что к нему приедет какой-нибудь граф-герцог-барон и попытается склонить на свою сторону. И в последнее время, спасибо событиям в Крествуде, таких визитов было немало. Часть из них брал на себя лорд-регент, часть сам Август. Но, последний из них, запланированный для семьи Йор, что проживала на западе, целиком и полностью лег на плечи молодого короля. Возможно, потому, что именно с ним хотел пообщаться глава семейства, зачем-то притащивший еще и свою дочь во дворец. А, возможно, еще и потому, что уже пару месяцев между Бенджамином Йором и регентом проходила переписка, касающаяся крайне щекотливого вопроса.

5. Тип эпизода:
Открытый.

0

2

[icon]http://s3.uploads.ru/P2Wht.jpg[/icon]
Она стояла у окна и упорно отказывалась в него смотрят, обращая свой взгляд к пышной юбке, что начиналась у талии и, расправляясь, превращала Корсу в ту самую особу, которую как раз ожидают увидеть на балу или каком-нибудь официальном приеме. Статная, элегантная, красивая, одетая в красное платье с открытыми плечами, светловолосая дочь семьи Йор уже минут двадцать стояла в полупустом коридоре, заполненном картинами, статуями, бюстами и еще кучей других вещей, явно служившими украшательствами, однако, внимание Корсы все эти вещи обходило. Все же, у нее было достаточно поводов для того, чтобы поразмыслить над действительно важными вещами, тем более учитывая тот факт, что сегодня был первый день за последние пару недель, как она увиделась с отцом, и единственное, на что его хватило, так это на пару слов.
А потом они пошли во дворец.
Вот прямо так, вышли из экипажа, он подал ей руку, и они вдвоем потопали в массивное здание со шпилями, башнями и, конечно, тронным залом, будто к себе домой. Ну, Бенджамин по крайней мере заходил как к себе домой, Корсу же всю слегка трясло, но, кажется, такое состояние мало кто замечал. И при всем этом – ни слова. Ни крупицы информации, кроме того, что ей надо держаться… Ну, держаться того образа, что не бил людям кулаком по лицу, а был смиренными, грациозным и красивым. Цивилизованным.
Не то чтобы Корсе  не хотелось быть таковой, просто за пару лет прогулок по континенту с целью вырезания всех, кого сочтут “злом”, платья постепенно перестали быть частью ее гардероба. Манеры тоже. Вероятно, именно по этой причине ее долго выхаживали в родовом поместье, делая снова из рыцаря даму, возвращая ее к тому образу, что был ранее, но вот то, что было внутри, переделать было куда труднее.
Поэтому, она молчала.
Молчала, когда они пришли в небольшую комнату, возле дверей которой стояла стража. Молчала, когда отец начал что-то рассказывать о том, что ему нужна будет его помощь, и что, пожалуйста, ему очень нужно, чтобы Корса его послушалась. Не “выслушала”, но именно “послушалась”, что само по себе было воспринято как оговорка. Она молчала, когда двери напротив распахнулись, и в комнату вошла молодая девушка. Молчала даже когда Бенджамин Йор всплеснул руками, низко поклонился и произнес
- Ваше Величество, я сердечно рад тому, что вы приняли нас. -
Молчала даже когда ей самой пришлось поклониться, закрывая глаза и тщательно пряча невероятно удивленное выражение лица за маской безразличия. Потому что это был король. Это был тот самый Август Виндзор, который был последним человеком, что вошел на трон, хотя, стоит сказать, на короля он похож не был. Скорее, на принцессу. Проблема была в том, что высказать эту мысль означало быть выкинутой в окно, так что, пока проходила процедура приветствия, расхваливания и плавного подведения к делам, Корса просто продолжала молчать.
Потому как, в общем-то, именно в этом и заключалась ее роль, похоже. Прийти, побыть сопровождающей, уйти. Конечно, она была бы более эффективной сопровождающей в доспехах и с мечом, а не в красном платье, да в пышных рукавах, без намека на оружие, но, вероятно, за безопасность отвечала стража. По крайней мере, именно роль сопровождающей и казалась Корсе логичной. А потом папа завел разговор о женитьбе…
- ...аше Величество, полагаю, лорд регент уже успел рассказать о цели моего визита. - краем уха, не особо обращая внимания  на то, о чем говорят мужчины, слышала светловолосая девушка с зелеными глазами, выглядящая скорее как кукла, нежели как живой, дышащий человек – Нас всех беспокоит произошедшее в феврале, и как старые друзья семьи Виндзор, мы хотели бы предложить свою посильную помощь в укреплении отношений с другими домами. -
Мужчина в черном. Так его можно было описать. Примерно пятидесяти лет, с морщинами, зализанными назад волосами без единого седого, и видом уже изрядно посидевшего на всяких подобных встречах. Бенджамин Йор был, в целом, интересным человеком. С точки зрения внешности, по крайней мере, потому как выбор костюма у него всегда отличался мрачностью, и сегодняшний день не был исключением – черный фрак, черная рубаха, черные брюки, обязательная трость – следствие давней травмы. Но, пожалуй, как только взгляд поднимался к лицу, у собеседников появлялось подозрение на тему честности намерений старого герцога, и виной тому была именно что внешность. Морщины говорили о мудрости и старости. Но вот аккуратные усики над верхней губой, за неимением бороды, делали из него довольно лукавого, хоть и крайне вежливого, на вид человека. Впрочем, основной проблемой были не они, а отсутствие зрения и хоть сколько-нибудь вменяемого цвета радужки на левом глазу и черные, словно специально сделанные, чтобы вызывать ассоциации со смертью и черепом, мешки под глазами, кажется, вызванные болезнью. Кажется.
- Налаживание связей всегда было вопросом при смене правителя, и, если позволите, я всегда выступал на стороне вашей семьи. - говорила смерть, глядя на Августа одним мертвым, белым и невидящим, и одним живым, кариим глазом, - Поэтому в этот раз я хотел бы предложить свою помощь. Видите ли, у нас есть крайне тесные связи с другими домами. -
Они продолжали говорить. Корса же вспоминала. Двое ее сестер теперь носили другие фамилии. Такие же важные, и все же оставались сторонницами своего дома. Тети, дяди, множество родственников, также распиханные по другим семьям. Словно несколько поколений кто-то пытался расставить сети, Тень его знает для какой добычи,
- Понимаю ваше беспокойство на этот счет. - продолжал тем временем папа, на которого светловолосая бросает короткий взгляд. Сейчас он был в своей тарелке. Уговаривал, рассказывал, предлагал. Делец по натуре, разве что не занимающийся сделками. Скорее, “предложениями”. Теми, которые будут выгодны всем, но в большей степени тому, кому это самое предложение делается. С оглядкой на долгосрочные перспективы. Наверное, это было в крови у всех Йоров.
- В свою очередь, единственное, о чем я прошу, это рассмотреть кандидатуру моей дочери в качестве вашей супру- … - звук оборвался.
Корса четко слышала разговор до этого момента, но на последней фразе резко стало тихо. Наверное, так бывает, когда кровь приливает к голове от приступа гнева настолько сильно, что забивает какой-нибудь канал и в итоге перестаешь что-то слышать. Нет, конечно, со временем слух вернулся, притом, довольно быстро, но в эту самую минуту Йор-младшая медленно повернула голову к своему отцу и взгляд ее был не просто обеспокоенным… Так смотрят люди, которые только что услышали от своего давнего знакомого, что он зарабатывает каким-то странным трудом на грани легального бизнеса, связанного с пытками и, возможно, услугами интимного характера.
- ...езусловно, я не говорю о нынешнем дне, но, скорее, предлагаю вам рассмотреть такую перспективу. - все с той же уверенностью, с которой обычно обсуждают браки по расчету, заканчивает Бенджамин и бросает встречный взгляд на свою дочурку, чуть приподняв брови и все так же сидя в расслабленной позе на диване, ожидая скорее не ее реакции, но реакции Августа на предложение, сделанное без особой настойчивости. Так. Предложеньице. Вполне нормальное для семьи Йор.
Что, впрочем, не отменяло того факта, что прямо сейчас в своей голове Корса отбирает у бати его трость и с особым остервенением бьет по его левому, больному колену. Его же тростью. Не то чтобы именно в этом была ее задумка, но эмоции диктовали свои правила, и сейчас эти правила подразумевали только насилие. С особой жестокостью, насилие.

+1

3

Даже самое безумное времяпрепровождение, кажется, могло стать рутиной. Поразительное, но вполне реальное явление, которое разрывало любые шаблоны. Август думал, что никогда не сможет привыкнуть к бремени правления и к тому коллективному сумасшествию, которым ему казалось любое собрание дворян и советников. Но, несмотря на все свое скрытое неприятие и нежелание править он продолжал в этом участвовать день за днем, неделя за неделей, начиная постепенно представлять, что вот это и есть королевская доля – постоянно руководить этой оравой порвавших все связи с реальностью людей.
И вот сейчас очередная встреча с герцогом, который решил о чем-то поговорить на аудиенции, вместо того, чтобы заболтать его на очередном званом вечере, которые были чуть ли не каждую неделю по любому мало-мальски важному поводу, а иногда даже такового. С одной стороны это было хорошо тем, что этот разговор произойдет на свежую голову и не должен выйти особенно кошмарным, как это бывает, когда таких вот встреч по шесть штук за час. С другой стороны, разговор мог выйти по-настоящему  кошмарным, раз он предназначался только для его ушей. Когда его доставали на светском рауте, у дворян было какое-то чувство меры, продиктованное скорее холодным расчетом, нежели состраданием, но все равно они как-то сдерживались и не слишком терроризировали Августа. И не поднимали тем, которые могли бы выставить их в дурном свете.
По поводу этой конкретной встречи его даже Эдвин предупредил, что ее игнорировать не стоит, но и ничего хорошего ждать тоже не стоит. А если уж его дядя регент счел что-то грядущее плохим, то вариант притвориться больным, слабым и немощным казался не таким и бестолковым. В результате Август перед встречей с Йором не стал особо сильно стараться приводить свой внешний вид в порядок и как-то маскировать бледность своей физиономии и синяки под глазами. Будет возможность попытаться сократить эту аудиенцию, сославшись на нехватку сил, времени.
– Добро пожаловать, дорогой герцог, рад вас видеть, - стараясь держать непринужденный вид, последний из Виндзоров прошествовал по залу, оглядывая довольно странную парочку. С отцом семейства Йоров он был знаком, но вот его спутницу видел впервые. И если сам герцог часто вызывал у него какой-то дискомфорт из-за своего какого-то полуживого вида и жуткого взгляда, то девушка вызывала почему-то легкое веселье. Она носила платье, что было на ней, как будто это был какой-то латный доспех. Он не был хорошим специалистом по этикету знатных дам, но бывал на стольких разных встречах, что уже как-то бессознательно воспринимал то, как герцогини, графини и виконтессы себя вели. А тут было что-то явно выделяющееся из этой общей тенденции. Не говоря уже об общем внешнем виде, до аристократичной хрупкости и элегантности спутнице герцога Йора как до Синегорья пешком.
– События в Крествуде это, безусловно, трагедия. Для нас, для жителей этого многострадального города, да и для всех остальных, - ответил Август, стараясь не звучать чрезмерно безучастно. Ему эти разговоры о Крествуде надоели еще в первую неделю после того, как мятежный граф был убит. Чем все закончилось, конечно, было печально, но это уже был решенный вопрос, и никаких сомнений в его власти не было. Никто не думал открыто выступать и демонстрировать хоть какую-то непокорность. Видимо, предполагали, что в случае неповиновения и их найдет кинжал убийцы. Осталась лишь проблема появления чрезмерного количества разбойников и мародеров в тех районах, но это уже что-то, с чем можно работать.
Потому Август вежливо улыбался и слегка кивал на бесконечные заверения в верности и предложениях вечной дружбы между семьями, не прерывая речь герцога Йора. Конечно, можно было поддакнуть пару раз, но вроде как тот и так хорошо все проговаривал, не требуя дополнительных слов. Болезнь многих дворян – любят говорить больше, чем слушать. Август, подозревал, впрочем, что тоже ей был подвержен, особенно с учетом того, сколько людей хотело вливать ему в уши всякую гадость.
Однако к чему-то это все должно было прийти и обычно за всем этим потоком сладких речей должно быть что-то очень плохое. И Август ждал этого. Но когда услышал, замер на несколько мгновений в ужасе. Да, вроде как его предупреждали, да и подобные предложения он слышал не первый раз за время своего правления. Но каждый раз, когда какой-нибудь герцог или граф пытался подсунуть ему свою дочурку, племянницу или еще кого, у Августа все внутри сжималось. Эти предложения, которые он вежливо «принимал к рассмотрению», думая отложить куда подальше и забыть как страшный сон. Эти предложения были таким очень ярким, очень болезненным напоминанием о том, что брака по любви не бывает в принципе и никакой «личной жизни» у Августа нет и не будет никогда. Даже в своих покоях он будет должен вести себя как король, пряча за маской свои несчастья.
– А чью кандидатуру вы мне хотите предложить? Насколько мне известно, у вас довольно много дочерей, - уточнил Август. Конечно, он не страдал слабоумием, не был слепым и глухим. И так понятно было, кого ему хотят предложить. Хотя, конечно, с учетом того, как спутница герцога отреагировала на предложение, возможно, какая-то интрига все-таки сохранялась. Во всяком случае, шок Августа был куда более тщательно замаскирован, чем шок светловолосой девицы. Да и она весь разговор стояла молча, как будто в рот воды набрав. Хотелось бы услышать, как хоть зовут ее и что она собой представляет.

+1

4

[icon]http://s3.uploads.ru/P2Wht.jpg[/icon]
Она в буквальном смысле видела, как машут ей платочком знакомые из гильдии. Рядом с ними — знакомые из последователей. Где-то поодаль такими же белыми шелковыми платочками махали толпы разбойников, орков, гоблинов, кучка чудовищ, легион нежити с некромантом во главе и, конечно же, дракон. Корса всегда мечтала завалить дракона, потому как этот поступок почему-то считался обязательным для всех толковых героев. И вот, все это сборище друзей и непобежденных врагов, что ожидали ее в будущем, сейчас прощались с Корсой. Прощались и прощались, потому как на этом ее деятельность героя закончилась.
Конечно, она понимала, что у нее есть варианты. Можно притвориться сумасшедшей, можно сделать вид, что она не заинтересована в браке с королем, что, собственно, так и было. Можно было бегать и дальше от брака хотя бы потому, что, судя по всему, ей самой были не особо рады во дворце, и, в общем-то, мысль о том, что жить теперь Кори придется с розововолосым пареньком как-то не слишком удачно поселилась в голове. Нет, это не была выверенная договоренность. Не была сделка. Это было закидывание удочки. Которое было достаточно дерзким, чтобы подразумевать отца в том, что на успех, ну или хотя бы на его половину он все же расчитывал.
- И только одна из них не замужем. - произнесла Йор-младшая, глядя на Йора-старшего, не сводя с него взгляда, наполненного одновременно разочарованием и некой долей отвращения, только для того, чтобы вскоре отвести его, уставиться в пол, поджать губы, слегка зажмурить глаза — Корса Йор, Ваше Величество. -
Август все же был достаточно умным человеком. Тем более постоянно варящимся в котле из знати, требований, догадок, предположений, каких-то своих игр, от которых Корса, в свое время, решила отказаться. Не интересно, не подходит ей, не хочется. Но при этом такие вещи всегда остаются в крови, и, возможно, родись она в какой-то другой семье, сейчас бы действительно взяла ту самую трость и выбила все плохое из человека, который сейчас пытался ее продать. Но, нет. Она должна была быть вежливой.
Это странное чувство, когда , с одной стороны, ты понимаешь, что ничего хорошего, как бы ни прикрывались словами «это для твоего же блага», тебе не делают, но при этом у тебя нет возможности взять и кулаками отстоять свою точку зрения. В гильдии все было куда проще. Здесь же, ей надо было говорить. Надо было выглядеть сдержанной и крайне спокойной, потому как за ее спиной была не только ее папа. Нет, там была вообще вся семья. Обе старшие сестры. Те же дяди-тети. Поэтому, вернув себе толику самообладания, выдержав паузу, Кори заставила появиться для себя в этой комнате все то, что хотела игнорировать. Мальчика в кресле, своего отца напротив него, стражу, проклятое окно и это не менее проклятое алое платье, которое уже хотелось стянуть, заменив на более привычную одежду.
- То есть, я. - закончила девушка, глянув на монарха, но в следующую же секунду взгляд ее перешел на отца, также решившего открыть рот.
- Ну, милая, я вполне в состоянии тебя представить подобающим образом. -
Зря решил.
- Я уже представилась, папа. - слегка кивнув, произносит дочка, голос которой был ужасающе спокойным по сравнению с тем взглядом, что был у Корсы до этого.
У нее было еще много слов. Очень много, далеко не самых лестных, но выносить которые вместе с сором из дома не хотелось. Не говоря уже о том, что Виндзор вряд ли имел желание общаться с двумя ругающимися родственниками. Тем не менее, делать что-то надо было хотя бы с точки зрения того, чтобы понять, как глубоко вляпалась девушка в красном платье, и делать это что-то надо было прямо сейчас.
- Конечно. - тоже кивнув и легко улыбнувшись, произнес в ответ Бенджамин, снова поворачивая голову к Августу, будто извиняясь за то, что отвлекся на мгновение на мелкую ссору — Ваше Величество, я всецело понимаю ваше положение. И не прошу от вас сиюминутного решения. Не стоит рассматривать мои слова как обязательное условие. Скорее, как просьбу.. -
На этом фраза должна была закончиться. Должна была, как и этот вброс информации, призванный заставить задуматься  Августа над ситуацией и поселить в его голове мысль о безнадежности поставленного перед ним вопроса. Рано или поздно. Рано или поздно, и, скорее всего, поздно, ему так или иначе надо будет выбрать себе супругу, и, в целом, у него не было иного варианта, потому как Виндзорам требовался наследник. Всем королевским родам нужен был наследник в свое время. И материал для его создания был вот тут вот, рядом, вопрос только был в том, чтобы правильно выбрать того, кто будет его предоставлять. Выгодно ли это будет самому Виндзору, выгодно ли его семье. И вот этот нейтральный вопрос должен был остаться завершением, чтобы в итоге привести к логичному выводу. Да, Йоры выгодны. Или же, нет, не выгодны, но их вполне можно использовать.
- Мой отец хотел сказать, что ему будет крайне приятно, если он сможет выдать еще одну дочь замуж, Ваше Высочество. - резко, словно тут же перекрывая сказанное, обратилась Корса уже напрямую к Августу, делая несколько шагов к тому дивану, где сидел ее отец, и встала так, чтобы быть чуть левее, позади спинки, видимо, чтобы Бенджамину было тяжелее повернуть голову и бросить на нее взгляд — Но мы в любом случае заинтересованы в сохранении спокойствия в королевстве. Уверена, мои сестры думают точно так же, и смогут потушить любой пожар, если его очаг будет в их семьях. -
В этом были все Йоры. Узкий круг, разделенный меж другими кругами, но все еще остающийся единым, неразрывным, и, видимо, именно эту особенность и хотел продать Бенджамин, сначала слегка опустивший голову, затем поднявший левую руку так, чтобы она могла нащупать, одетая в перчатку, руку дочери, и, чуть сжав ее, позволила выглядевшему не менее больным, чем Август, мужчине снова попытаться вернуть себе инициативу
- Конечно, Ваше Высочество. Как и любой подданный короны сделал бы на нашем месте. -

+1

5

Августу казалось, что он пришел принимать аудиенцию. Во всяком случае, в его чудовищно сжатом графике именно так значилось то, что должно происходить в этом приемном зале в это время. Можно было бы уточнить у одного из своих секретарей, но Август был достаточно натренирован, чтобы держать хотя бы свой график в своей голове без особого труда. Вот только происходящее перед ним немножко напоминало спектакль. Где-то между драмой и фарсом, если пытаться нормально определить жанр.
«Вы кого ко мне привели?»  В голове Виндзора крутился вопрос, пока он смотрел на герцога, который стоически терпел то, как вела себя его дочь. Август не возмущался или паниковал, он скорее тихо старался справиться с удивлением. Среди знати бывают эксцентричные выходки и причудливое поведение. Однако это все предсказуемо и является некоторой частью программы на вечер. Словно негласное представление, которое оговорено в программе и делается по заказу. Есть некоторые люди среди знати, которые определенным образом себя рекомендуют  как таких вот эксцентриков. И на их выходки либо смотрят сквозь пальцы, либо и вовсе подыгрывают.
Вот только дочка герцога не была оговоренным «шутом», пусть, судя по виду и собиралась закопать своего отца прямо в приемном зале сквозь дорогую мраморную плитку пола. Август не знал что и думать. Наверно, если бы Август на днях не встречался одним оружейником из простых людей, наверно совсем впал бы в ступор. А  так он был немножко морально подготовлен и более того, начал что-то понимать. Например, ему казалось, что он понял, почему Бенджамин Йор просил аудиенции ради такого вопроса. Потому что если бы он привел Корсу на званый вечер и перед всеми сватал бы ее королю, то дочь позорила бы его перед всеми, а не только перед Августом. Тогда даже теоретическая возможность чего-то подобного была бы за гранью чуда. Он бы отказал не глядя, просто потому что не стоило бы присоединяться к позорящимся людям и подыгрывать в их фарсе.
– Рад знакомству, миледи, - мимоходом отозвался на «представление» Август, старательно пряча улыбку от этой фразы «то есть я». Это звучало так мило и глупо. Было бы еще что-нибудь в духе «то бишь, как его там», было бы замечательно. Август сложил руки на груди и пристроил на тыльной стороне ладони свой подбородок, наблюдая за семейной драмой и прислушиваясь. Ему было любопытно, настоящая ли это дочь герцога. Судя по разгорающейся драме – настоящая. Потому  будь это какая-нибудь незаконнорожденная девчушка, она бы наверно вела бы себя тише и трепетала бы от того, что ее жизнь может внезапно подняться на принципиально другой уровень. А эта чуть ли не ругается. Судя по виду, Бенджамин ее вытащил из каких-нибудь походов, торговых экспедиций или вообще какой-нибудь работы типа охотиться на чудовищ. Внешний вид из слегка обветренной кожи и некоторого загара очень на это походил.
– Какое условие, дорогой герцог? - спросил Август неожиданно, очень сильно прицепившись к слову, которое выскользнуло из уст старика. Вопрос звучал очень отчетливо и крайне любезным тоном. Вроде доброжелательно и дружелюбно, но Август взял специально на полтона выше, чтобы очень акцентировать внимание на самой сути этого слова. Да, герцог использовал отрицательное предложение и по сути никаких условий не имел ввиду. Но он подумал. И Август ему очень ясно указывал, что он отметил это. Думать вредно. Особенно думать о том, что можно ставить какие бы там ни было условия королю. Виндзор пристально смотрел на герцога, желая убедиться в том, что тот намек понял.
Однако фарс продолжал набирать обороты. Что младшая Йор, что старший городили чушь одна другой краше. Кажется, на самом деле они не думали просто выставлять себя плохо перед монархом, скорее друг другу много чего хотели  сказать. Такое бывало. Август уже потерял счет случаям, когда выступал чуть ли семейным целителем, который разбирался бы в людях, у которых проблемы в отношениях с родственниками. Будто именно за эту работу ему платили королевскую десятину, чтобы он не давал распадаться бракам, детей мирить с родителями и все в таком духе.
– Нам стоит пройтись. Королевский сад только-только начал цвести и это начало очень мимолетно и очень красиво, - Август сделал приглашающий жест в сторону одной из дверей и даже сам пошел первым. Надо было как-то разделить отца с дочерью, пока они не устроили ему драму похлеще придворного театра.
– Круг семей, которые имеют подобное положение и состояние, не очень велик, по большей части все друг друга знают. Люди встречаются, общаются, узнают друг о друге больше. Вы прекрасно понимаете, что вы не единственная семья, которая была рада сделать мне какое-то такое предложение. Только их варианты партии мне прекрасно известны. О вас же, миледи, я не знаю почти ничего, - со слегка примиряющей улыбкой заметил Август Корсе, после чего повернулся к Бенджамину. Наверно, это был какой-то редкостный садизм со стороны юного монарха – звать хромого на прогулку. Но после того, как тот ему выдал столько дерзких слов, пусть терпит. – Я думаю, вам лучше позволить своей дочери пожить в столице, не только же со мной ее знакомить. Можете договориться с моим управляющим, наверняка несколько гостевых домов при замке сейчас свободны, - предложил Август герцогу как можно вежливей свалить куда подальше. Потому что конечно это мило – видеть его выведенным из равновесия, насколько это уместно говорить о человеке с тростью. Но если он сцепится с дочерью прямо в его присутствии, это будет совсем через край.

+1

6

[icon]http://s3.uploads.ru/P2Wht.jpg[/icon]
Продолжительное поглаживание самой себя по голове со словами “ну-ну, все будет хорошо”,  затягивалось, притом, уже слишком сильно. Настолько, что в какой-то момент Корса захотела влепить себе пощечину только для того, чтобы наконец-то переключиться с самобичевания и постоянного нытья “бедная я, никому не нужная, засватали меня непонятно к кому” и вернуться к своему обычному состоянию. Обычному. Желательному, тому, которое не предполагало платье или что-то в этом роде. И хотя куски ткани, которые были на ней сейчас, в общем-то немного выводили из равновесия, пару спокойных вдохов-выдохов спустя Йор-младшая почувствовала, что ей легче. Да, ей намного легче хотя бы потому, что Тень его знает, как она здесь оказалась. Быстрый анализ всего произошедшего, вместе со сдержанной реакцией отца говорил о том, что это не была четко выверенный сценарий. Скорее, импровизация, в которой Бенджамин явно ставил на то, что дочка его не будет пытаться отказаться от такого вот предложения, просто потому, что выдать замуж ее пытаются не за абы кого, а за короля.
В конце концов, кто не мечтает стать королевой.
Корса не могла сказать, что это было бы плохое стечение обстоятельств, но, скорее, все это время оно оставалось на уровне детских фантазий, которые были уже давно забыты. И лучше бы им таковыми и оставаться, если бы не план отца, который имел ряд своих огрехов. Это было видно по его сдержанной улыбке, по короткому кивку в ответ на вопрос Августа, который можно было трактовать как “понял, не дурак”. Слова монарха, в целом, воспринимались девицей довольно спокойно, его-то вывести из себя было трудно, но вот глядя на реакцию мужчины болезненного вида, тот явно старался сейчас найти лазейки в разговоре, дабы в своей обычной  манере начать подводить к мысли, что вот эта вот молчаливая особа в красном платье – на самом деле лучшая партия для молодого короля. И таковой останется вплоть до момента, пока тому не понадобится наследник.
- Как пожелаете, Ваше Высочество. - поднимаясь не без труда, без такого вполне очевидного видимого труда, которое было неожиданным даже для Корсы, еле-еле сдерживающейся от того, чтобы с неприкрытым удивлением взглянуть на своего отца и задать ему вопрос “И давно ты стал такой такой развалюхой?” Нет, конечно, быть может, за то время, что ее не было дома, у того действительно начались проблемы со здоровьем, но вот то, как он лихо обгонял свою дочурку в платье, с непривычки пытающейся не наступить на подол, говорило о том, что все это было частью довольно странного представления, цель которого стала ясна довольно быстро, по мере разбрасывания реплик между Августом и Бенджамином
- В таком случае, Ваше Высочество, с вашего позволения я именно этим бы и занялся. - поднявшись, опираясь обеими руками  на трость и чуть горбясь, произносит Йор-старший, кивая в сторону Корсы, все это время стоявшей молча хотя бы потому, что в ее сторону не задавали какого-то конкретного вопроса, да и наставление “Не открывай рот, пока с тобой не заговорят”, снова врезалось в память.
- Боюсь, мои старые кости только будут вас задерживать, но Корса вполне сможет составить вам компанию. - быстрый взгляд на девицу в красном. Девица в красном в ужасе, но вида не подает, только кивает, чуть поклонившись.
- Как пожелаете. - бросает она коротко, стараясь не думать, о том, не является ли эта фраза частью еще какого-нибудь плана, в который ее решили не посвещать. Потому что в конечном счете ей действительно довольно мало чего рассказывали. Потребовали вернуться, затем нарядили, вбили в голову, что если она не начнет разговаривать нормально, то ей же будет хуже. В конечном счете просто рассказали о том, что она отправляется в Аварин, там же встретится с отцом, и уже после этого ей скажут, что нужно будет делать. Но, в конечном счете, информации было ноль. А за неимением информации, все, что могла делать Корса, это либо расспрашивать, либо делать догадки самой. И, в конечном счете, ни одна из ее догадок не выглядела как “Меня отправляют в Аварин, чтобы предложить в качестве пары новому королю”. Был вариант, что, возможно, отец решил прислушаться к ее “маленькому хобби” и хотел предложить устроить дочку куда-нибудь, где нужно было махать мечом – в конце концов, не всю же жизнь ей прозябать в гильдии. По мере приближения к замку эта версия постепенно переросла в тот сценарий, когда ее силком запинывают в королевскую стражу, что, правда, было так же невероятно, как вариант с помолвкой. И не объясняло, почему она в платье, а не в доспехах, в которых было бы куда проще доказать свою профпригодность.
Но теперь, когда цель визита была ясна, все, что могла сделать Корса, это подыгрывать. Все же, она была достаточно образована для того, чтобы хоть как-то выдать себя за вполне цивилизованную представительницу далеко не последнего рода. Плевать, что уже несколько лет она не вертелась в этих кругах. Плевать, что на теле еще было несколько мест, посмотрев на которые, можно было сразу определить, с кем дралась Кори. Плевать. Она справится. Она умница. Она сильная. И она справится.
Даже не смотря на то, что когда она сделала несколько шагов в сторону Виндзора, буквально почувствовала затылком слова своего отца. “Не упади в грязь лицом.” Четкие. Ясные. Словно он их вбил в голову Корсы каким-то волшебством, хотя, в данном случае это были вполне очевидные родительские наставления. И по мере того, как Корса приближалась к Августу, удары трости по полу ощущались все менее угрожающими. Кажется, ее оставили одну.
Что могло быть и плюсом, и минусом.
- Ваше Величество, это большая честь. И я крайне благодарна за это приглашение. - произносит вскоре светловолосая кукла с зелеными глазами, шедшая чуть позади вышагивающего паренька. Скромно. С куда меньшим вызовом в тоне голоса, чем в тот момент, когда Бенджамин Йор был рядом. Будто его отсутствие было действительно тем фактором, что выводил девицу в красном из равновесия, хотя та прекрасно понимала, что дело не в нем. Может быть, это было напряжение. Может быть, еще что-то. Но к тому моменту, как эти двое, проходящие сквозь двери, по обеим сторонам которых стояло по стражнику, оказались уже на свежем воздухе, тени той раздраженности и некоего шока в движениях Йор уже не читалось. Скорее, она начала себя чувствовать достаточно спокойно, чтобы просто отыгрывать роль очередной потенциальной невесты, притом, заранее с расчетом на то, что эта самая роль в конечном счете провалится. Останься она в каком либо гостевом доме, или же нет.
Просто потому, что пока что не могла представить, зачем вообще могла понадобиться этому пареньку, который был ниже ее ростом, и, вдобавок, явно довольствовался своим положением монарха.

Отредактировано Corsa Yor (2019-06-13 12:36:03)

+1

7

Довольно дурной, но вполне привычный спектакль продолжался. Августу он был привычен также, как выражение самоуверенной непринужденности, маской застывшей на его лице. Также, как щуплые расправленные плечи, которым так и хотелось сгорбиться под весом мантии и тяжелого воротника. Юный Виндзор наблюдал за тем, как герцог Йор изображал едва живую развалину, которая готова была ступить уже одной ногой в могилу. Чушь да нелепость. Конечно, старик хотел свалить куда подальше, оставив свою дочь наедине с Августом. Дурной прием. Он прекрасно понял, что вместе с Корсой образует крайне плохую комбинацию и его попытки как-то расположить Августа будут уничтожены собственной дочерью. А так можно хотя бы оставить их наедине и сделать ставку на то, что подростки очень примерно схожего возраста смогут найти общий язык. Знакомый прием, причем крайне действенный. Во всяком случае как минимум потому что Август сам либо им пользовался, либо наблюдал его в действии. Да и испытывал что-то подобное на себе.
Подобные мысли натолкнули Августа на то, что он каким-то образом очень резко изменился за короткий срок. Казалось, что где-то был еще тот момент, когда он был ребенком. Беззаботным, пусть и не очень веселым, но ребенком. Он мог себе позволить очень многое и не задумывался о слишком сложных вещах. Но все растворилось как-то само собой, стоило на его голову водрузить корону. От него сразу стали столько всего требовать, в стольких делах он сразу должен разбираться, о стольких вещах думать, что нельзя было быть ребенком. Он не мог себе позволить ребячество, сраженный наповал грузом ответственности, который он не мог не воспринимать. Он слишком много видел, как этот груз ответственности лежит на плечах других членов его семьи и не мог позволить себе ребячество и несерьезность.
А очень хотелось. Очень хотелось, чтобы эта магия, на которую сделал ставку Бенджамин, имела хоть какой-то шанс. Но его не было. Август смотрел на Корсу Йор, младшую дочь и понимал, что скорее всего, она его старше чуть ли не лет на десять. Но при этом в его голове не было ощущение, что он ее младше. Потому что груз ответственности заставил его быть взрослым. Заставил рассуждать и думать, постоянно. Без цели, без четкого понимания, зачем ему это, воспринимая это как невозможную ношу.
– Да, так будет лучше, - легким взмахом руки Август отпустил старого герцога, больше погруженный в свои мысли, нежели всерьез размышляющий о том, что Йор говорил и что планировал. Ему было совершенно неинтересно, договорится ли старик об заселении дочери в гостевой дом или нет. Надо расставлять приоритеты и это явно не было на первом месте по важности. В конце концов, он сам все сделал так, чтобы старик ушел и тот ему подыграл. Осталось только как-то разобраться последней визитершей и вернуться обратно в рутину его королевских дел. 
Некоторое время он шел в молчании, не особо поглядывая на свою спутницу, делая вид, что сосредоточен на дороге до сада. Внутри же Август погрязал все глубже в меланхолии. Почему-то ситуация казалась ему нелепей и нелепей. Йоры были далеко не первой семьей, которые решили попытаться построить партию с Виндзорами. Это еще началось при Каролине даже, когда некоторые аристократы поняли, что Август сходить в могилу из-за своей болезненности не собирается. А раз не собирается, значит повязать следующего претендента на престол – это очень серьезное дело. Разве что в большинстве своем как-то это выходило более серьезно, девушки выглядели хотя бы похожими на аристократок. Эту же  вроде как выдернули непонятно откуда. Из Башни Магов или какой-нибудь Гильдии? Или просто из каких-нибудь постоянных путешествий и развлечений? Неясно. Обычно все выглядело куда более старательно. Знакомства, что выглядели как случайные, множество устроенных в нужном месте  в нужное время ситуаций, чтобы сходу расположить Августа к какой-нибудь девице. Эдвин по этому поводу его достаточно хорошо предупреждал и приучил к некоторому цинизму и подозрительности.
А здесь же это выглядело как что-то очень поспешное, очень неуклюжее и жалкое. Попытаться подсунуть ему девушку, которая от него была не восторге, да еще и сходу начала ссориться с отцом, почти что наплевав на манеры – ну это как-то совсем грустно. Даже слова, которые она все-таки смогла из себя выдавить звучали как-то немного неуклюже, что заставили Августа слегка усмехнуться. Губы дрогнули в грустной, почти сардонической улыбке, а в голове играла мысль, а почему он должен играть хорошо свою роль, если с ним свою роль играют кошмарно?
- Не нужно благодарностей. Я прекрасно видел, какая это честь для вас минут десять назад, когда ваш отец озвучил свою просьбу. Надо полагать, он с вами вообще ни о чем не договаривался, а просто привез сюда. Не подскажете, кстати, чем вы занимались до этого приезда? Вы так ходите, будто на вас надо надеть полный доспех и дать в руки меч потяжелее, - выдал в ответ Август, повернувшись к Корсе, переменившись в лице. Если до этого он был слегка рассеян и весел, то сейчас же казался довольно собранным и серьезным, хотя выглядело так, будто ему сохранять концентрацию стоит определенных усилий, дабы не выглядеть усталым. Хотя куда больших усилий стоило не выглядеть подавленным и разбитым, каким он и был уже слишком долгое время.

0

8

[icon]http://s3.uploads.ru/P2Wht.jpg[/icon]
Вдох-выдох. Спокойно, без напряжения – все напряжение было внутри, среди нервных клеток, но не в мышцах, костях и сосудах. Привычное напряжение, в том плане, что что-то подобное Корса уже испытывала, кажется, на первых своих заданиях, которые проводились в одиночестве. Когда Дэя рядом не было, когда она была одна, и расчитывать можно только на себя. Здесь была похожая ситуация, хотя бы потому, что и сейчас Йор была один на один с чудовищем, разве что этим чудовищем теперь был розововолосый паренек, смахивающий на девушку и имеющий при себе слишком много власти для своего возраста. И победить его силой не представлялось возможным – нужно было использовать мозг. Который, благо, не отсох за время прогулок по болотам. Ведь, в конце концов, она была бы плохой героиней, если бы была тупой как пробка.
- Так и есть, Ваше Величество.  - сухо ответила девушка, пожав плечами и сложив руки на подоле, что только прибавляло ей напускной скромности, хотя, в действительности, так она скорее пыталась себя настроить на спокойный разговор, потому как главный раздражитель исчез – Довольно очевидно, учитывая реакцию. -
“...нас обоих.” - продолжила фразу Корса, все еще оставаясь той самой куклой, которая не особо показывала эмоции, вглядывающейся в лицо паренька, пытаясь прочитать его мысли, эмоции, какие-то движения. Думая, размышляя как подойти, как вырвать эту самую победу, которая была где-то впереди, и за которой было… Стоп, что было?
Мысли были странной штукой, если задуматься. Вроде бы, они должны были принадлежать Корсе, и тем не менее, сейчас она четко ощущала, что именно в этот момент кто-то думает за нее, одновременно оставаясь самой собой. Осознание, что она воспринимает Августа Виндзора как врага, пришло довольно быстро, стремительно, как удар молнии в безлунную ночь, и следом за ней – раскатистое, грохочащее понимание текущей ситуации.
Он же не был ее врагом. Вообще ни разу. Его не надо был побеждать. Никого вообще в этом городе не надо было побеждать. Ни Августа, ни Бенджамина Йора, ни кого-то еще. Она была в безопасности. Она была  среди тех людей, которые не будут бросаться на нее с оружием. НО, опять же, главной мыслью было то, что ей не нужно было вступать в конфронтацию.
Она немного опускает головы, чуть сжимает руки.
Да, все в порядке.
Чуть поднимает ее, встречается взглядом с монархом. И ответ на его вопрос, который был произнесен… по-другому. Не так, как она раньше отвечала на вопросы. Не сдержанно. Не скромно. С толикой гордости и определенной любви к своему делу. С теплотой, честностью, с желанием поддержать разговор.
- Помогала людям. - снова коротко, но на этот раз не с ноткой стали в голосе, а с той добротой, что встречалась у редких защитников слабых – Иногда мечом, да. Обычно просто словами. -
Йор делает пару шагов в сторону сада. Предлагает пройти дальше, хотя бы потому, что стоять у входа, в самом начале, казалось расточительством. Просто потому ,что сад был действительно королевским. В плане красоты, с обилием зелени, цветов, растений, которых Корса не видела еще ни разу в своей жизни. Ухоженный, аккуратный. Крайне сильно отличающийся от того сада, что был в ее доме, по крайней мере, пока она еще жила в Ллинлейке. Затем, она тоже останавливается, делает небольшой оборот, просто для того, чтобы можно было снова взглянуть на Виндзора, еще раз окидывает его взглядом.
Небольшой ростом. Кажущийся уязвимым и с точки зрения физического воздействия, и ментального. Больше напоминающий девушку. Корса тратит полторы секунды на то, чтобы попытаться оценить его, его мотивы. Его реакция на предложение Бенджамина, до того, как все внимание и силы Кори ушли на то, чтобы прожечь в папе дыру, тоже была довольно таки нерадостной. Что было вполне очевидно – Йоры точно не были первыми, кто делал такое предложение. И, что еще хуже, не последними. Потому как такие предложения продолжат и продолжат прибывать, пока Август не женится на ком-то, а потом пойдут вопросы о наследнике. Раз за разом, от одного собрания к другому. От одной встречи к другой.
Корса выдыхает. Позволяет себе небольшую улыбку. Чуть самодовольную.
- Готова поклясться, что никто из аристократов не пытался сосватать вам дочку из гильдии героев. - шутит Корса, хотя, в целом, ее слова были чистой правдой. И желания как-то увиливать теперь у нее не было. Просто потому, что партия была заведомо провальной.
Ей не нужно было долго размышлять и что-то придумывать. Действия отца были понятными для той, что жила с ним достаточное время. Это не был четкий план, не был какой-то замысел. Это было отчаяние. Отчаянная попытка, скорее, со словами “Вдруг сработает”. Нет. “Должно сработать”. И роль Корсы в этой авантюре была предельно ясной, она должна была всеми силами попытаться выставить себя, как девушку, вполне подходящую под роль хорошей жены. Проблема была в том, что сама Йор себя таковой не видела. И не задумывалась о том, чтобы становиться чей-то женой вовсе, по крайней мере сейчас. И вот, она стоит перед человеком, который вроде как должен сейчас думать о том, стоит ли брать ее в качестве супруги, думая лишь о том, что натяни она любую маску, провал ее будет все так же неминуем. Он лишь оттянется ненадолго. Может, на неделю. Может, на месяц.
Нет, не было ровным счетом никакого смысла играть роль пай-девочки. Она была Корсой Йор. Той, которая решила встпить в гильдию. Той, чье имя было в списках последователей Перегрина. Она любила помогать тем, кто попал в беду. Она могла сыграть роль аристократки, но при этом всегда оставалась собой. И ей нравилось быть собой. Она и была собой. Вряд ли ей хотелось быть кем-то еще.
И все же, это не значило, что она не старалась. Вежливость. Взгляд без какой либо враждебности. Честность. Это были ее черты, которые либо сработают, либо… Ну, либо она просто отправится обратно на болота, в леса, на большие дороги. Пока ее снова не позовут свататься с кем-нибудь. Вероятно, кем-то положением явно пониже, чем король.

+1

9

Думать, планировать, просчитывать свои шаги, взвешивать собственные слова и возможную реакцию на них. Для Августа это было чем-то привычным, даже слишком въевшимся в глубоко в сознание. Несмотря на то, что он ненавидел это делать, в его голову слишком плотно заколотили подобные вещи. Меньше всего ему хотелось заниматься постоянной оценкой и планированием манипуляций, но именно этим он и занимался. Наставники и советники уже довольно ясно показали, что честность и прямолинейность может и хороша, но только на публике, в глазах простого люда. Дальновидный монарх должен быть готов при необходимости даже нарушить свои собственные обещания и пренебречь собственными клятвами, если в конце концов сможет выйти победителем. Август ненавидел подобные рассуждения всей душой и старался не думать об этом.
У него было два варианта. Либо просто поддержать на определенном уровне диалог с дочерью и в какой-то момент просто отстранить от себя, оставшись на нейтральных настроениях. Из этого будет ноль выгоды и ничего хорошего, но и плохого тоже ничего не случится. Разве что наверняка Корса просто в какой-то момент довольно быстро умотает обратно в родное герцогство или где ее там носило все это время и Йор быстро поймет провальность своей затеи. Не великая потеря, но не очень хорошо.
С другой стороны, он может попробовать найти к ней подход и попытаться расположить к себе. Да, это несет определенные риски, но в целом, если он не будет говорить ничего особо плохого, что его могло бы дискредитировать, то это может пойти на пользу. И у Йора-старшего будет меньше поводов для разочарований,  если его дочь довольно долго будет находиться в Аварине. Если даже год или полтора она просидит в столице, то Бенджамин может расценить, будто Август серьезно рассматривал ее кандидатуру, как супруги, а значит высоко ценит герцога. Если к таким выводам придет старик, для Виндзора это будет наилучшим исходом.
– Ну, мы все не всегда получаем то, чего ожидаем и чего хотим, - пространно ответил Август на согласие Корсы, прогуливаясь по саду. Руки он сцепил за спиной под мантией, чуть опустив голову и разглядывая цветы, что начинали потихоньку распускаться. Нежные, хрупкие, они должны были уже к середине весны закончить свое цветение и уступить место другим, более ярким и пышным растениям. Это был один из немногих коротких периодов, когда сад был по-настоящему приятным взору для Августа. Потом он становился слишком пестрым, слишком уж сильно пахнущим и торжественным. Как громадная праздничная зала. А сейчас первые белые, иногда розовые, иногда светло-желтые цветы не вызывали пресыщения и не заставляли внимание разбегаться по сторонам.
– Доброе дело, - одобрительно кивнул Август, поддерживая диалог о том, чем занималась Корса, вместо того, чтобы стать очередной пустышкой, которые бывали на каждом званом вечере аристократов, пытаясь урвать себе жениха посолиднее. Даже постарался не слишком сильно приукрашивать свое мнение, – я бы вообще ввел среди знати это в качестве обязанности – какой-то период своей жизни провести в Гильдии Героев или еще в каком-то таком месте, среди простого люда. Дабы не слишком сильно от него отрывались и представляли, как живут те, кем им доведется управлять.
Август мысленно был в какой-то степени рад, что Корса оказалась такой. Не то, чтобы ему было нужно особо знакомство с выпускницей Гильдии Героев или в его окружении было мало хороших добрых людей. Просто ему казалось, что к таким людям легче найти подход. Да, они иногда чуть менее предсказуемы, чем всякие корыстные эгоцентричные графы и герцоги, но при этом их легче в чем-то убедить.
– Да, вроде нет. Многие готовят специально своих дочерей в основном для брака с кем-либо, решая, что лучше всего, что лучшая супруга должна быть красивой, любезной и уступчивой. Словно не думая о том, что красота мимолетна, любезность пуста, а от уступчивости растет непонимание, - Август чуть наклонился над одной клумбой с нежными белыми цветами, любуясь их цветением.  Его одолевала меланхолия, пока он говорил о таких вещих и потому он старался хотя бы любованием своим садом удержать свое настроение на должном уровне.
– Я думаю, кстати, вы меня поймете куда лучше, чем любая из тех кандидаток, раз знакомы хорошо с жизнью нашего народа. Я пошел навстречу просьбе вашего отца, не потому что вы замечательная партия для меня.  И не потому, что мне хочется попусту тратить свое и ваше время. Просто это одна из вещей, что нужна простым людям. Королевству в целом. Я потакаю просьбе вашего отца именно ради хороших с ним отношений, не хочу давать поводов для недовольства мной. Разумеется, у меня нет поводов сомневаться в верности Йоров. Но также не было поводов сомневаться в верности Омнара, графа Крествуда. Погибло и пострадало много людей. И я не хочу, чтобы страдало еще больше из-за того, что кто-то из власть имущих имеет что-то против меня, - негромко рассуждал Август, поднеся руку в перчатке к цветку, аккуратно проводя пальцем по листьям. Не то, чтобы все происходящее было каким-то умелым спектаклем для Корсы, но юный Виндзор, все-таки старался немного приукрасить свои мотивы, скрывая за ним еще другие расчеты, не столь благородные и приятные. Например такие, что в случае, если вдруг по какому-то ужасному стечению обстоятельств Йоры вдруг последуют за Омнарами, то дочь герцога, находящаяся в столице, будет полезным инструментом для любых переговоров.

+1

10

[icon]http://s3.uploads.ru/P2Wht.jpg[/icon]
Шаг за шагом, медленно, они все же двигались вперед, не торопясь и не пытаясь оббежать абсолютно все клумбы. Серьезный разговор, без смешков, без каких-то завуалированных оскорблений и яда в словах. В каком-то смысле крайне скучный, но от чего-то радующий Корсу хотя бы потому, что сейчас она говорила открыто, и куда более открыто, чем несколько минут назад в присутствии отца.
- Тогда рано или поздно нас будет ждать еще один ордена Арклана. - не пряча ухмылки от своих слов заметила девица, продолжая двигаться вперед вслед за Виндзором, разве что теперь не позади него, а сбоку, хоть и на некотором расстоянии – К тому же, обязательное участие вряд ли будет воспринято как жест доброй воли. -
Самоуверенная, что-то знающая о мире, но все же неопытная, как в своих действиях, так и в словах, сейчас Йор-младшая показывала себя с той стороны, с которой ее видели чаще всего. Все же, она не была полным психом, которого стоило бы отправить на плаху, поэтому ее и не беспокоила особо возможная реакция Августа. Уже по первым его словам, произнесенным вдвоем, было понятно, что к таким же сумасшедшим, отправляющим кого только не к палачу, он тоже вряд ли относится. Его вообще было трудно представить злящимся, и хотя сделать это действительно было трудно, проверять, пожалуй, такую реакцию Корса не хотела. Из-за чего и попыталась довольно быстро сменить тему, внимательно следя взглядом за действиями монарха, когда тот заговорил про ее семью.
Он заходил с точки зрения восстания. Маленькой революции, свергающей бедного монарха с престола, будто именно он был причиной всех бед. Нет, конечно, в случае королевы, что занимала трон до этого, такой порыв был вполне оправдан, по крайней мере со стороны взгляда гильдии героев, в итоге получившей развернутый ответ, почему это в центре Аварина кто-то решил развести костер и поставить туда кого-то из Виндзоров. Проблема была разве что в том, что по крайней мере среди соратников, и имелись ввиду и герои, и последователи Перегрина, было довольно мало разговоров о том, что вот этот вот новый правитель, что сейчас стоял рядом с Корсой, тоже злобный тиран. И, глядя на него, представить Августа в виде тирана, та не могла вовсе.
Это был вполне обоснованный страх и следующая за ним осторожность, скованность. Те вещи, которая Кори не любила в своей жизни, хотя бы потому, что крайне сильно ценила свободу, которой ее лишили буквально пару недель тому назад. Вздох, затем чуть отведенный взгляд, бросаемый в сторону дорожки, ведущей вперед, дабы не смотреть на паренька, что склонился над цветком. Это было, в конце концов, слишком мило, чтобы думать при взгляде на него, о чем-то мрачном.
- Не думаю, что моим словам стоит доверять, учитывая кровные связи, но сомневаюсь, что па-.. отец на это способен. - ее руки все еще за спиной, пальцы чуть сжимают кисть.
Простой вопрос. “А если способен?” Не менее простой вопрос “Что тогда буду делать я?” Ответ на него не хотелось искать сейчас, учитывая, что за отцом тут же возникали фигуры и других членов семьи. И возникающий конфликт интересов в виде отсутствия ужасов кровавого восстания и сохранения своей семьи как-то не радовал, от слова совсем, из-за чего на какое-то время взор Корсы стал жестким. И крайне опасным, будто пронзающий удар обоюдоострого меча, который не успеваешь заметить.
- Честно говоря, я думала, что вы хотите просто оттянуть вопрос помолвки, поставив рядом с собой кого угодно, кто хоть немного подходит на эту кандидатуру. - продолжает она, чуть приподняв брови и снова вернувшись в разговор в своей обычной манере, без такого взгляда, по которому крайне плохо узнавалась аристократка, и но зато вдруг появлялся рыцарь с мечом.
И действительно. Останься эти двое друг с другом на длительный срок, и рано или поздно слухи сами поползут о том, что между ними есть тайный союз. Или не тайный. И с этого момента уже не будет никаких вопросов о том, чтобы выбрать невесту, чтобы найти подходящую кандидатуру. Никакого беспокойства до того момента, пока кто-то не заикнется о свадьбе, но, опять же, проходи все в тайне, что мешает в какой-то момент просто сказать о том, что договоренности были нарушены, и вернуться обратно в стезю периодических встреч такими вот кандидатками.
В конце концов, Корса не могла сказать, что такой расклад был бы плох. По крайней мере для нее. Пару недель, может месяцев, покрутиться в Аварине. Затем, изжив свой потенциал “хорошей невесты”, отправиться на восток. В то самое место, где, по словам Августа, пострадали люди.
Поправка, все еще страдают люди.
Еще пару недель назад она наводила справки. Выясняла подробности. Не тайны уровня “Как Онмар решил предать корону”, но, скорее, бытовые вопросы. Например, чего ждать от местного населения. Есть ли какие-то отдельные места, нуждающиеся в защите. Есть ли вообще какой-то смысл двигаться в сторону Крествуда. На каких дорогах сейчас опасно. Организованы ли набеги или они разрознены. Не в целях  избегания таких вот опасных мест, нет. А затем, чтобы именно туда и ринуться с шашкой наголо.
Но это потом. Далеко не скоро, учитывая, что прямо сейчас она находилась в саду, а не где-то в поле, вдыхая благоухающие ароматы и ни в коем случае не гарь и запахи, витающие в местах, где умерло много людей. И вот эти вот мысли, вернувшиеся в спокойный момент, когда в руке не было рукоятки меча, заставили думать снова в ключе куда более серьезном.
- Вы… Были там, Ваше Величество? - спросила она, чуть выдохнув и интересуясь исключительно тем, наблюдал ли Август за Крествудом сам. Быть может, видел что-то, чего не видели другие. Или же напротив, решил оградится от такого события во дворце, отдав все на руки каких-нибудь своих подчиненных, которые и привели к тому, чем сейчас был Крествуд.
Вряд ли это было ее дело. Но ей было интересно. И она хотела понять, насколько близко человек, который решил, что Корса нужна ему рядом на какое-то время, ради безопасности своего королевства, подошел к вопросу нарушения этой самой безопасности.

Отредактировано Corsa Yor (2019-06-14 13:35:54)

+1

11

Разговор о создании очередного ордена был в некотором роде занимательным, но на самом деле совершенно пустым. Как минимум по той причине, что у Августа есть куда более важные дела, чем выдумывание какого-нибудь занятия для аристократии, чтобы избавить ее от безделья. Конечно, можно подумать, что чем дольше они будут заняты всякими разными делами тем меньше они будут думать о всяких там революциях и мятежах, но это было очень поверхностным суждением. Ну и к тому же Август, будучи далеко не самым решительным подростком, обычно старался не трогать то, что не сломано и не нуждается в его немедленном внимании, решив, что так всегда будет лучше.
– Аристократия часто не хочет внимать в жизнь простого люда, так что доброй волей тут и не пахнет, - спокойно пожав плечами, заметил юный монарх, занимая довольно отстраненную позицию, довольно справедливо полагая, что именно с Корсой такой вариант будет куда лучше. Хотя бы потому что ей явно были чужды те ценности, которые были привычны для большинства аристократов. Август предполагал, что если выбирать между ценностями обычных людей и ценностями знати, то Корса Йор выберет первое. В конце концов, она пошла не в какой-нибудь орден, а именно в гильдию героев, куда берут независимо от звания и положения в обществе.
Август продолжил гулять по саду, стараясь как-то отвлечься от размышлений о провалившемся восстании. Но тщетно. Несмотря на то, что Крествуд это далеко не все королевство, даже не близко, но все равно он чуть ли не каждый день уделял произошедшему очень много времени, раз за разом спрашивая себя, мог ли он как-то иначе поступить, мог бы он предотвратить трагедию, что разыгралась в графстве к югу от его столицы. Но ответов на свои вопросы так и не находил.
– Я верю вам, миледи. Но человек с моей ответственностью и властью не может руководствоваться просто сомнениями и предположениями. Тем более в такие неспокойные времена, - ответил Август, чуть печально улыбнувшись, стараясь удержать диалог на миролюбивых интонациях, несмотря на очень непростую тему. Мало кто может адекватно и спокойно выслушивать то, что его семью могут подозревать в государственной измене. К счастью, похоже Корса была из их числа. Немногие могут похвастаться такими вещами, для немалой части аристократов сама озвученная мысль, что они могут оказаться вероломными предателями слишком возмутительна. И даже тот факт, что один из них таким оказался, ситуацию никак не скрашивает.
– Вопрос моей женитьбы неизбежен и будет меня беспокоить независимо от того, есть ли рядом со мной кто или нет. Наверно он утратит актуальность только если наследник появится. Потому что всякую помолвку можно разорвать, свадьбу отменить. И все это знают. И даже если рядом со мной будете вы, то остальная знать только усилят натиск, - чуть нервно усмехнувшись, заметил Август, больше растерянный и встревоженный, нежели развеселившийся от таких разговоров. Да, в какой-то степени он смирился с тем, что ему придется жениться – в этом плане у него было меньше возможностей для выбора чем у кого бы то ни было в его стране. После него нет прямых претендентов на престол совсем. И если с ним что-то случится – в стране точно будет бардак. И потому женитьба была не просто важна – она была абсолютно необходима.
– В Крествуде? Нет, к сожалению. Я общался с графом, но в жизни не поверил бы, что он способен на мятеж. Не знаю, что сподвигло его на этот поступок. Прискорбно, что так все обернулось. Для своих людей он был героем, неудивительно что они последовали за ним, - задумчиво сказал Август. Подобные проблемы лояльности часто беспокоили его, однако от них тяжело было куда-то деться. Всегда должны быть доверенные люди, на которых надо полагаться, нельзя привязать всех к себе одному. А уж тем более когда человек становится героем на своей земле, то все становится совсем сложным. Именно таким героем был покойный граф.

+1

12

[icon]http://s3.uploads.ru/P2Wht.jpg[/icon]
Постепенно, разговор затягивался, замыкался на себе, без продолжения, без каких либо вопросов или уточнений. Плавно переходя в ту стадию, когда повисает неловкое молчание, и именно оно, в общем-то, и повисло, прерываемое только звуками тихих шагов по вымощенной дорожке. Просто шаги по мере того как они двигались мимо клумб, кустов и цветочков в полном молчании. Август, похоже, окончательно погрузившийся в свои размышления, потому как, собственно, это уж точно не ему надо было себя рекламировать как хорошего супруга. Нет, ему достаточно было просто “быть”, чтобы его захотели связать такой вещью как брак. Даже стараться не надо. Просто не позволять использовать себя, отодвигать тех, кто был бы потенциально опасен, как близкий человек, да периодически напоминать о том, что он главный.
Корса же… Ну, она тоже размышляла о своем. Разве что мысли ее как раз касались Виндзора, поэтому молчание, поначалу казавшееся просто бесконечным, вскоре было прервано словами девушки, продолжавшей беззаботно прогуливаться, задумчиво запрокинув голову так, чтобы взгляд ее падал исключительно на кроны редких ухоженных деревьев в саду.
- Ваше Величество, очень много связей можно разорвать, отменить или предать. Вопрос только в том, как далеко можно зайти в своих попытках это сделать. - произносит она, опуская голову, понимая, что они снова остановились, и на этот раз посмотрев на Августа с таким видом, будто ответ ей требовался не столько честный, сколько хотя бы без этого расплывчатого тона, за которым трудно было понять, чего именно хочет король.  По крайней мере, ей хотелось, чтобы он дал какой-то заинтересованный ответ, но требовать его было определенно не в праве, из-за чего глаза были единственной вещью, своеобразным намеком, прямолинейным и ясным.
- Я имею ввиду, аристократы всегда будут плодить свои интриги… - приподняв обе руки, наконец расцепив замок из пальцев за спиной, и поставив их ладонями вверх, в жесте “не знаю”, при этом пожимая плечами, чуть более живо ответила Корса - ...кто-то будет пытаться делать намеки, кто-то будет подсовывать своих дочек, а иной и вовсе будет угрожать. Это в их природе, но важно что именно вы сделаете, а не что они будут предпринимать. -
Она сломалась. Окончательно, бесповоротно, та самая куколка, которая была в начале, покрылась трещинками, сквозь которые поначалу виднелась живая кожа, пока, наконец, фарфоровые черепки не начали падать на землю с тихим звоном, от ударов превращаясь в пыль. Это было видно по самой Йор, мимика которой преобразилась, казалась более явной и очевидной, чем обычно. Она не скрывала эмоции, не пыталась лгать, или же как-то прятаться, но и ее слова и жесты нельзя было назвать вызывающими или неподобающими. Фамильярными. Простачка с одной стороны, но при этом знающая свое место в мире, и от того общающаяся соответственно. Простачка только потому, что роль сложная и витьеватая ей претила, и, судя по всему, выбор этот был сделан сознательно.
Плечи чуть опускаются, правая рука падает вниз, левая же упирается ладонью в бедро, а торс чуть наклоняется. Расслабленная поза, привычная.
- Ваши желания и планы это то, что стоит на первом месте. Как бы глупо это ни звучало, учитывая кучу подхалимов и ответственность, но в конечном итоге не королевство выбирает свой путь, а вы сами делаете это за него. - кажется, для нее это было не впервой. Не поучать, но воодушевлять. Говорить те вещи, что она считала абсолютной истиной, пусть и эгоистичной, на фоне убеждения в том, что король никогда не принадлежит самому себе, и каждая частичка его плоти – собственность государства.
“Так-то оно так” - говорила себе в таких случаях, когда эти вопросы еще волновали ее, Корса - “Но ведь без короля не было бы королевства,” И это было логично. В ее глазах Август был важен. Важен сам по себе, и его решения в конце концов весили куда больше, чем ее. И никакие враги, никакие козни не могли их перевесить не смотря ни на что. Слепая убежденность, возможно, наивная, сейчас сочилась из ее речи, пока, наконец, она не остановилась, отвела взгляд и, чуть сжав губы и вытянув их в кривой улыбке, подытожила:
- Просто, я действительно не могу представить как кто либо вообще может желать вам зла. По крайней мере после личного знакомства, если только для этого не было каких-то невероятно важных причин. - слегка сумбурно закончила Корса, выдохнув и тут же добавив – Простите за дерзость, Ваше Величество. Вероятно, эта тема задела меня за живое. -
И, вот она вернула самообладание. Честность и расслабленная поза постепенно сошли на нет, а замок из пальцев на подоле восстановился, разве что теперь появился спереди, а не за спиной, в то время как плечи слегка виновато опустились еще ниже. В конце концов, это в какой-нибудь таверне она могла бы так говорить с новым знакомом. Здесь же были определенные правила. Правила, которые ей не нравились, не с точки зрения вкусовщины, а с точки зрения их практичности. В конце концов, ей надо было оказывать почтение, уважение. Молчать больше, чем говорить, уж точно не пытаться кого-то воодушевлять. Нужно было молчать. И судя по легкому румянцу, этой вот рыцарше в платье было совестно. Немного. Во многом потому, что та самая кукла была вполне рабочим сценарием, которого надо было придерживаться. Сейчас же… Ну, сейчас, даже восстанови Корса этот образ, Август уже увидел ту ее сторону, что хотела общаться с людьми, отправилась в свое время в гильдию героев, дралась на мечах, одевалась в доспехи, участвовала в приключениях Не полностью. Только чуточку. Но и этого уже было вполне достаточно, чтобы понять, чего ожидать от нее в дальнейшем, как бы грустно это ни звучало.

+1

13

Наверно, это было удобно и полезно – когда кто-то со стороны может взглянуть на события, явления  и дать свою оценку. Иногда Августу казалось, что он блуждает во тьме, потерянный и заплутавший в паутинах интриг и политических игр. В конце концов, он был всего лишь подростком, на которого нацепили корону и заставили управлять страной. Не должно быть ничего удивительного в том, что он кажется себе забитым, униженным и потерянным.
На слова Корсы он мог лишь чуть растерянно и немного грустно улыбаться. Ему совершенно не хотелось спорить с ней и цепляться к словам, ибо в этом не было никакого смысла. Пусть даже какая-то неведомая гордыня просыпалась в нем при каждом слове о его жизни. Наверно это было от того, что у него вечно возникала мысль, мол «ему лучше знать, как обстоят дела» и что он не спрашивал сейчас у Корсы советов и воодушевляющих слов, в которых не нуждался. Потому он просто поднял руку, жестом призывая остановиться и не пытаться расписать темную натуру знатных людей. Это излишне, он и так знал об этой натуре слишком много.
Хотя один момент во всех этих рассуждениях цеплял куда сильнее прочих. Это о том, что Август мог бы просто делать что захочет и когда захочет, планировать все, что его душе угодно. Мол, королевство должно следовать за ним, а он пусть поступает так, как ему вздумается. Август бы в таком случае тут же бы снял корону и свалил бы прочь из Аварина куда-нибудь в Рекн, чтобы там сесть на корабль до Иш-Калафа. Все, что угодно, дабы быть подальше от этого безумного королевства и его проблем. Но он так до сих пор не сделал, хотя очень хотел бы совершить что-то подобное.
– К сожалению, здесь еще не хватает ответственности. Желания и планы без ответственности могут привести лишь к дурному. Я в любом случае должен поступать в интересах королевства, а не в своих собственных. Есть разница, - заметил Август достаточно четко, акцентируя внимание на ответственности. Все-таки он старался указать Корсе, что король на самом деле без королевства не проживет даже в большей степени, чем королевство без короля. Даже с учетом того, что он является последним Виндзором, королевство выживет, даже если с ним что-нибудь случится. Да, возможно будет сложней  с определением того, кто следующим будет коронован, но это решаемый вопрос и с ним как-нибудь, да справятся.
– Но, как вы знаете, как минимум один граф может выступить против меня. И нет причин предполагать, что не может и кто-нибудь еще, - ответил Август на слова о том, что его, видите ли, все любят и все желают ему только добра. Почему-то при общении со знатью у Августа все время возникала мысль в том, что они хотят использовать его или же подозревают, что кто-то другой может пытаться манипулировать им против них самих. Обычного искреннего дружелюбия, в котором не таился расчет что-то получить взамен он практически не встречал. Корысть и жадность всегда просвечивали за этой любезностью и  радушием.
– Спасибо в любом случае за теплые слова, миледи. Но не уверен, что это то, что сейчас мне нужно. Вам бы лучше о себе подумать в данный момент – все-таки ваша жизнь в столице будет сильно отличаться от той, к которой вы привыкли, - попытался аккуратно перевести тему  Август, стараясь соскочить с этого раздражающего разговора, который он сам и начал в каком-то смысле. Это вечная проблема, когда он хочет на самом деле выговориться, поделиться своим отношением к жизни, но все время не находит того самого человека, который сказал бы правильные слова, вместо этого диалог обычно уходит в совершенно не ту стезю и становится обычно куда более неловким и неприятным.

0


Вы здесь » Fables of Ainhoa » Потерянные рассказы » 25.03.1215 "Казалось бы, обычный дружеский визит..."


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC