http://forumfiles.ru/files/0019/58/c4/73091.css http://forumfiles.ru/files/0019/58/c4/37366.css http://forumfiles.ru/files/0019/58/c4/49305.css
http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/67894.css http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/44492.css http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/50081.css
http://forumfiles.ru/files/0018/28/7e/10164.css

Fables of Ainhoa

Объявление



От 07.10.19

Золотая и немного дождливая осень в самом разгаре!

Добро пожаловать на Эноа! Рады приветствовать путников и гостей ~

Жанр: фэнтези;
Рейтинг: NC-17 или 18+;
Система: эпизодическая;
Графика: аниме, арты.

Настоящее время в игре: 1203 год ~ 1204 год.

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru




середина осени 1203 года, октябрь

В мире всё хорошо, но всегда ли так будет? Что-то надвигается...



12-16 лет
Любая раса
Ученики-маги
Друзья из Башни

14-40 лет
Человек/полукровка
Аристократ
Несостоявшийся жених

14-22 года
Любая раса
Странница
Верная подруга

От 60 лет
Человек
Архимаг Башни
Отец Марии

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fables of Ainhoa » Потерянные рассказы » 05.07.1213. Под сенью сожалений.


05.07.1213. Под сенью сожалений.

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

https://magic.wizards.com/sites/mtg/files/image_legacy_migration/images/magic/daily/features/feature159_forest.jpg

1. Дата и время:
05.07.1213, утро.

2. Место действия | погода:
Аортэн, солнечно, ясная погода.

3. Герои:
Сумеречный Шепот, Кернунн.

4. Завязка:
Где-то там, на грани безумного напряжения, тяжелых испытаний, жестоких, ранящих душу переживаний и отчаянного противостояния находится место для покоя и размышлений о вечном.

5. Тип эпизода:
Личный.

0

2

- Видел ли ты причины этого? - спросил Шепот у Хозяина леса. Он сидел у ручья, вглядываясь в свое отражение. С его темно-серой шкуры время от времени падали крупицы черного праха, пропадая в журчащей водной глади. Последнее время магия Кернунна помогала ему исцелиться, благодаря тому, что Шепот освоил баланс в своей натуре. Его темная натура могла поглощать жизнь и становиться сильнее от этого, но и светлая его сторона могла получать силы от единения с природой. Хрупкое равновесие позволяло ему держаться, позволяло медленно, но верно затягивать рану, что до сих пор была у него на груди.
Колючие тернии опутывали его тело, но не доставляли каких-либо неудобств, являясь видимо подобием той зелени и цветов, которые раньше прорастали прямо на него, порожденные магической натурой. По крайней мере, они были живыми, пусть и жесткими. Он был другим, нежели его братья и сестры по стае, но по крайней мере, хотя бы больше не казался таким больным и немощным. 
– Наши судьбы, подобно листьям, подхваченным течением, несутся вперед, ведомые руслом божественной воли, предназначением, предписанным нам. У каждого события есть причины и последствия, - задумчиво говорил он, продолжая вглядываться в воду, которая текла перед его глазами, поблескивая в солнечном свете всеми цветами радуги. Жалко, такое умиротворяющее зрелище не могло принести покой его измученному рассудку. Ужасы и безумные видения до сих пор преследовали его. Попытки заглянуть в будущее ни к чему хорошему не приводили, потому он предпочитал размышлять о прошлом. Даже несмотря на то, что оно уже произошло и его невозможно изменить, Шепот считал, что в нем хранятся не менее ценные знания, чем в будущем и внимание событиям минувшим надо уделять самое пристальное, разбираясь во всем, что произошло, вникая в причины, детали, познания. Потому он даже решил найти Кернунна, дабы с ним поговорить на эту тему.
Он прошел тенью через Аортэн к своему другу, не потревожив ни животных с птицами, ни деревья с цветами. Он не пытался сковать себя, заключить себя в оковы контроля. Он больше направлял свои силы, создавая для них русло, через которое его губительная жажда могли принести благо. Он вытягивал жизнь из больных растений, добивал умирающих животных, помогая вечному циклу жизни и смерти в Аортэне, а никак не расшатывая его. Все можно обратить во благо. По крайней мере, Шепот на это надеялся.
– Я видел то, что со мной произойдет, но не смог понять, что мне надо было сделать, чтобы это исправить. Мне не хватило мудрости, чтобы начать действовать, чтобы это изменить. Наверно из-за этого я теперь ничего не могу разглядеть в будущем – наказан за то, что не мог воспользоваться полученным даром. Теперь видения стали еще хуже, - прикрыв глаза, он попытался всмотреться в будущее, прислушаться к тому, что этот пронизанный магией мир может поведать ему о днях грядущих. Но вместо этого он увидел лишь свет далеких звезд, неестественный, сверкающий тошнотворными цветами, преломляющийся каким-то неправильным образом. Богиня страха видимо смеялась над ним, демонстрируя вместо видений будущего нечто далекое, непостижимое и поражающее своей неопределенностью. Не в силах смотреть на столь странные образы, он вернулся к медитативному созерцанию ручья, сидя рядом с Хранителем Аортэна.

+1

3

Керннун слушал своего стража, прикрыв глаза. Он лежал у берега ручья, подобрав под себя ноги, но даже так его высоко поднятая оленья голова возвышалась над головой сидящего рядом волка. Ветвистые рога раскинулись над ними, и их тень на земле сплеталась с тенью ветвей старого раскидистого дерева, что росло над ручьем.
Погожее летнее утро казалось удивительно безмятежным. Теплые солнечные лучи играли бликами в течении ручья, и Семирогий чувствовал, как отраженный от воды свет легко касается его опущенных век. Это напоминало ему о сиянии эйва, таком же теплом, чуть озорном, внушающем надежду и легкость. Семирогий вспомнил о Лихт, о том, с какой готовностью она пришла на помощь ему и Шепоту, и прочно поселившееся в груди тревожное чувство снова чуть отступило.

Хозяин леса открыл глаза и взглянул на своего пепельного волка. Сумеречный Шепот выглядел значительно лучше с тех пор, как минула его встреча с Лихт. Куда сложнее обстояло все с раной, нанесенной самой душе стража. Но нынче Шепот перестал избегать Кернунна, и теперь сам стремился говорить с ним, и это означало, что он готов ступить на долгий и непростой путь исцеления своей души. И Семирогий чувствовал, что эти беседы нужны были не только волку, но и ему самому.

- Причины... Я много размышлял об этом, друг мой, - подал голос хранитель, когда волк в задумчивости умолк. - Отец мой Йииль учил меня еще на заре времен, что причина всего сущего на свете есть равновесие сил созидания и разрушения, света и тьмы. Следом за днем наступают сумерки, а следом за ночью приходит новый рассвет, и это движение порождает тот самый поток, что несет наши судьбы.
Олень опустил мерцающий взгляд на воды ручья, и проследил за уплывающим по течению листиком.

- И если в мир приходит тьма, значит для нее есть предназначение... есть место в вечном равновесии... И если за ночью наступает рассвет, то может ли тьма оказаться путем к свету?
Кернунн взглянул на стража, присматриваясь к его глазам.
- Было ли твое провидение предупреждением, или же было указанием пути, которого ты не должен был избегать? Вот что тревожит меня, друг мой...

+1

4

Тихое и спокойное утро в Аортэне было по-своему прекрасным. Цветущие растения, трава и деревья, цветущие, шелестящие от легкого ветерка, пение птиц где-то вдалеке – подобная картина казалась столь умиротворяющей, столь невинной. И при этом по-своему вечной. Шепот понимал, что наверно иначе и быть не могло. Они провели в этом мире бессчетное количество лет, охраняя эту красоту от невзгод и испытаний, что уготовили им боги. Наверно только в таком месте и можно было провести такое количество времени.
Шепот чувствовал, как ветерок сдувает немножко праха с его шерсти. Хотелось думать, что этот ветер может стереть все, что с ним произошло. Возможно, так и будет. Время лечит все и плетение судеб возвращает мир на круги своя. Да, не таким образом, как им хотелось бы, но обычно так, как нужно. Плетению судеб такое понятие, как ошибки, не ведомо.
- Верно. И одно без другого невозможно. Всегда будет и свет и тьма. И они должны друг с другом сосуществовать, - ответил волк своему другу. Вопросы света и тьмы легче всего было понять им, защитникам природы. Потому что в природе есть место и для тьмы и для света. И для радости рождения, процветания и для ужасов смерти и разрушения.
- Не познав тьму, нельзя познать свет по-настоящему. Ложью является то, что тебе будет кто-то доказывать обратное. Не существует настоящих поборников добродетели и света, которые не ступали в самые глубины тьмы и злобы. И наоборот, - терния поползла от его тела, пока не превратилась в небольшой колючий куст на берегу, отбрасывая тень на ручей. Шепот глянул на нее, после чего повернулся к Хранителю леса, – была бы эта тень без солнечного света? И понял бы ты, что есть солнечный свет, если бы не было теней, в которые он не мог попасть? - спросил Шепот у Кернунна.
Если бы так просто можно было бы рассуждать о том, что произошло с ним в капище. Это было бы куда легче. Ему было тяжело возвращаться к мыслям об этом. Взваливать на себя эту ношу. Потому он наслаждался краткими мгновениями этого диалога, пускался в длинные, пусть и довольно простые рассуждения. Да, они не раз говорили о чем-то таком и все обо всем знали.
Понурив голову, он понял, что должен. Должен объяснить. Должен истолковать свои видения, описать то, что творилось в его уме. Прикрыв глаза, Шепот практически лежал у ручья, почему-то в этот миг чувствуя себя уставшим. Но он все-таки начал говорить.
- Мы хозяева своей судьбы и безвольные ее слуги. Видение не было предупреждением или убеждением. Оно показало мне последствия нашего выбора. Твоего выбора и моего, выбора каждого члена Стаи. Могли ли мы поступить иначе? Наверно нет. Но это не повод снимать с нас ответственность за наш выбор, - тяжело он вздохнул. Описать столь пространными словами было легко. Но истинное мужество требовалось, чтобы вернуться туда. Голос Стража Леса стал другим. Теперь он шептал, как и соответствовало его имени.
- Когда я пришел в святилище темной богини, мне пришлось столкнуться с этой бездушной жестокой волей, повелевающей кошмарами. Она пыталась влезть меня, наполнить мою душу отчаянием и скорбью. Я был твердо уверен, что мою волю нельзя сокрушить таким образом, что моя вера и мои убеждения не будут сломлены. Но оно нашло лазейку. Эта тьма нашла то маленькое зернышко сомнения. Что я буду покинут. Брошен. Предан тобой. Совсем как Туман. И тьма поглотила меня в этот же миг с головой, - закончил он. Он смотрел на Кернунна снизу вверх. Без гнева или скорби. Шепот не обвинял или жаловался. Он пребывал в смирении. Смирении с той ношей, которую он вынес и которую ему предстояло еще вынести.

+1

5

- Но это не повод снимать с нас ответственность за наш выбор… - произнес волк и замолчал на время. Семирогий не торопился  с ответом, понимая, что вопрос был риторическим, и его другу нужно время, чтобы подготовиться для тех самых слов, ради которых и затевалась беседа. Кернунн не торопил его. Он разглядывал выросший на берегу ручья терновый куст и щурился, наблюдая, как крошечные зеленые искорки витают вокруг колючего растения с опаской. Волшебство природы будто присматривалось к порождению шкуры проклятого волка, будто размышляло, получится ли его оживить. Несколько огоньков медленно опустились на колючие веточки, но Кернунн не увидел результата - перевел взгляд на волка, который вновь заговорил.

Напоминание о Тумане заставило Кернунна опустить голову.
- Хумм… - прогудел он в раздумьях. - Туман… Нашему с ним разладу были причины, которые ты сам видел, друг мой. Он знал, на что идет, когда упрямо вставал против меня... Я не единожды предупреждал его, и лишь исполнил свое обещание, изгнав его прочь. - в голосе лесного духа скользнули сердитые нотки, а густые белые брови нахмурились. Однако, сердился он вовсе не на Шепота и не на его вопрос. - Но теперь… Выходит, в глубине души ты считаешь, что я могу отречься от тебя так, как некогда отрекся от твоего брата… - Семирогий снова поднял взгляд на волка. В голосе лесного духа, как и в голосе Шепота, не было обвинения, но было задумчивое сожаление. - Но что же заставляет тебя тревожиться этой мыслью? Если ли что-то, что может расколоть нас с тобой? - Сияющие глаза прищурились, вглядываясь внимательно в глаза стража. Он будто высматривал какие-то мысли в его голове, но читать их он, в отличие от своего стража, был совершенно неспособен. - Из маленького зернышка вырастает великое сомнение, и коль уж оно пустило корни в твоей душе, поведай мне, друг мой... Есть ли что-то, о чем ты не должен мне говорить?

Отредактировано Cernunnos (2018-11-11 22:46:01)

+1

6

Мнения и взгляды, они так витали в воздухе, укутывая действительность покровом тайны. Интересно, как вели в таких ситуациях недолговечные смертные, чей срок конечен и у которых, наверно, нет времени на все это, ведь им оно так важно? Шепот не знал. Он сам путался в мнениях, пусть даже почти всегда молчал, предпочитая высказываться другим. Да, другие члены стаи говорили, что он немного умом набекрень, ищет потаенный смысл и волю богов там, где ее в помине не было. Но он верил. Шепот верил не так, как другие, почитая и молясь богам, прося их о помощи. Он был убежден, что мир, построенный божественной волей, имеет смысл, имеет предназначение и в нем не бывает вещей «просто так».
- Ты думаешь, что Йилль совершил ошибку? - в лоб спросил Кернунна Шепот, подняв голову и всматриваясь в него. Его взгляд был ясен, с него сошла пелена дремы и неги. Наверно он был сам на себя не похож. Но Шепот понял, что он не может сейчас смолчать. Не может сейчас тихо понурить голову и утонуть в меланхолии своего проклятья. Он должен был сказать. Даже если это закончится тем, что он отправится за Туманом вслед, – ты думаешь, он был неправ, создавая нас такими? Что тебе в подмогу нужны были одинаковые, покорные стражи, молчаливые и безликие? Ты действительно думаешь, что Туман действовал не в интересах Аэльтели, не в твоих интересах? Что этот «разлад» был не только в твоей голове, Кернунн?
Он поднялся. Его лапы чуть дрожали, боль еще давала о себе знать. Но такие вещи надо было говорить именно так. Пусть Шепот не был оратором и не умел хорошо подбирать слова, но он старался. Его собственное проклятье, безумие, раскалывающее его разум, в каком-то смысле давало ему сил. Он почувствовал течение времени, почувствовал дыхание жизни в новом ключе.
- Дело было не в том, кто в ваших спорах был прав, а кто нет. Дело было в них самих. Туман должен был это делать. Наверняка он даже понимал не хуже меня почему. Потому что пока есть в твоей стае, кто может выражать сомнения, можно верить, что ты будешь действовать мудро. Как различить, что решение, которое ты принимаешь, правильное, если никто не может увидеть другого решения, неправильного? Туман был твоим испытанием, посланным тебе Йиллем, он помогал тебе не сбиться с пути. Своими сомнениями, своей непокорностью. А ты его прогнал.
Он глянул на ручей. Он почувствовал в этот момент невыносимую скорбь. Ему было жалко не себя, а своего друга. Сейчас он прочувствовал это  большей степени, чем тогда, многие годы назад. Он чувствовал, как слезы текут из его глаз, пропадая в его шерсти, чтобы затем упасть черными, полными праха каплями на серый камень.
- Ты лишил одного из нас его роли, его места в Стае, его предназначения, данного ему богом. Сейчас стою я, мое место затерялось в вихре этого проклятья. Когда-то я думал, что мы не должны думать, поступаем ли мы правильно? Сомнения вкрались в мою душу. Наверно они есть у каждого члена оставшейся стаи. Скажи мне Кернунн. Могу ли я что-то сделать такое, из-за чего ты меня лишишь предназначения?

+1

7

Кернунн тяжело вздохнул и покачал головой.
- О, друг мой, прошу тебя, будь милосерден…. Ты знаешь, я верю в мудрость отца Йииля. И помню, что всякий, созданный им, создан таким, каким предназначен этому миру.
На лице оленя появилась чуть заметная горькая улыбка.
- Не было и века, чтоб я не считал Тумана сущим испытанием моего терпения. И до сих пор считаю. И если на то воля Отца, то, воистину, испытание это до сих пор не закончено, а предназначение - не исчерпано…

Семирогий ненадолго умолк в задумчивости, размышляя о чем-то своем. Мысли его, вполне закономерно, вернулись к тому дню, когда он изгнал Тумана из стаи. Кернунн часто вспоминал о своем страже-изгнаннике. Искал блики зеленых глаз в темных зарослях. Вслушивался в тихие звуки шагов в ночном лесу. И нет-нет, да грезилась ему в рваной пелене утреннего тумана пепельно-белая волчья шкура. Где же он был теперь? Что делал? И вспоминал ли о хранителе леса так же, как тот вспоминал о нем? И сожалел ли? Семирогий того не ведал. Равно как и не ведал, готов ли сам встретить лицом к лицу тот миг, когда блик солнца в листве взаправду окажется взглядом потерянного стража.

- За свою долгую жизнь я не единожды ошибался, друг мой, - продолжил Кернунн. - И я не готов поклясться, что в тот недолгий срок, что мне остался, не ошибусь вновь. Волею Отца я наделен способностью мыслить и чувствовать, и, пускай боги указывают мне путь, ступаю я по нему сам. Так же как и ты. Как и Туман. Сегодня мы с ним по разные стороны пропасти, и нам еще только предстоит ее преодолеть...

Лесной дух вновь вдохнул. Было заметно, что разговор о волке-изгнаннике дается ему тяжело. Сумеречный Шепот заставлял хозяина леса заглянуть во тьму собственных сомнений и сожалений, заглянуть туда, где не было ясных для него тропинок, где он блуждал, будто в тумане, в поисках ответа. И никто, кроме самого Тумана, не в силах был помочь ему в этом.

- И все же... Все же я верю, что расколы даны нам, чтобы сшивать их, - вновь заговорил Кернунн взволнованно. - Что предназначение, дарованное свыше, не может быть отобрано, а во всяком шаге, верном или неверном, есть часть великого смысла. - Семирогий поднял голову и взглянул на волка, что стоял перед ним на дрожащих лапах и ронял на землю черные слезы. Он был настолько отчаянным, что хозяину леса вновь стало невыносимо жаль его, и вместе с тем он чувствовал восхищение и уважение к своему стражу, что не отступал даже теперь, когда иной сдался бы, оставив свою душу на растерзание медленно гниющих в молчании сомнений. Семирогий набрал в грудь воздуха, чтобы вернуть голосу ровный спокойный тон.

- Я не хочу, чтобы мысль о возможном разладе меж нами изводила тебя, позволяла воле Акрахе разрывать твое сердце тревогой и страхом. И одно могу наверняка сказать тебе - я не ищу раскола с тобою, друг мой, и если есть ему предвестие - то я хотел бы увидеть его прежде, чем разверзнется пропасть. Я не хочу потерять тебя.

+1

8

Можно представить, что судьбу нельзя изменить, нельзя ничего исправить. Что воля богов неотвратима и неумолима и можно лишь принять судьбу такой, какая она есть. Но Шепот видел иначе. Он видел судьбу не только как неизбежное течение, но и как возможности. Причины складывались и превращались в следствия и каждая череда событий имела свое начало и свой конец. Так было раньше.
Сейчас же его надломленный рассудок мог лишь складывать несовместимые парадоксы и идиомы, его разум мог проникаться невозможным, ранее непостижимым. Восторгаться и ужасаться превратностям судьбы, которые не складывались, не совмещались. Есть ли на ком-то вина того, как сложились обстоятельства? Есть ли вина и ответственность вообще? У богов? У них? У смертных?  Или потоки судьбы сплетаются по своим причудливым законам, не слушая никого и ничего? Был ли Кернунн прав, когда выгонял Тумана? Была ли это часть божественного провидения и она и должна была привести одного стража к  изгнанию, а другого – к проклятью? Какая-то часть Шепота отрицала это. Какая-то воля к жизни, дикая, первобытная, отрицала такую судьбу. Она хотела жить, хотела порядка, справедливости и гармонии. Не боли, безумия и проклятья. Другая же часть Стража леса принимала эту роль, со смирением выдерживая то, что ему предназначено.
- Возможно ты прав. Предназначение, возможно, нельзя отнять. Но предназначение – не догма и не каменная твердь. Оно подобно воде, текущее разными путями и имеющее не законы, но принципы формирования. Они никого не обязывают, но невозможно их нарушить. Но можно поторопить или задержать, направляясь быстрей по течению воды, - задумчиво сказал он, его голос давился в легких из-за тяжелых эмоций, давивших на разум. Шепот с трудом понимал их природу, но не мог им сопротивляться. Они проникали всюду, раскрываясь, подобно алым цветам мака, пьянящим своим безумным ароматом.
- Предназначение может и разлучило тебя с Туманом. Но видимо тогда мне надо звучать голосом сомнений вместо него. Пусть по другим причинам, по другим принципам. Но это должно приносить пользу. Ты – хранитель этих земель и в твоей душе должно быть место сомнениям. Не имеет их лишь слепец, которому нет разницы, куда идти.
Шепот посмотрел вдаль, любуясь рассветом, солнечными лучами, играющими меж зеленой листвы. Пляска ярких цветов, красивых в своей невинной гармоничной чистоте. Выражение на морде волка сменилось, утратив черты скорби и оставив чуть окрашенную меланхолией, но все-таки радость.
- Я же говорил, что даже тьму можно обратить во благо. Жизнь без испытаний – не жизнь вовсе, а лишь сон, иллюзия бытия. Это наше испытание, пусть даже мы о нем и не просили. Но видимо, так надо, - заметил он. Чем-то он сейчас напоминал себя прежнего, еще до проклятья. Не печального, скорее просто задумчивого и чуть рассеянного Стража, который просто разбирался в загадках бытия.

+1

9

- О, друг мой, хотел бы я найти хоть островок покоя среди тревог и сомнений, что переполняют меня в последние месяцы, - проговорил Кернунн. Он печально усмехнулся и покачал головой. - Но ведомо не ждать ни мне, ни тебе, никому из нас этого покоя, пока в сердце леса дремлет тьма... Что ж... Совет того, кто сумел подчинить себе свою темную сторону, будет необходим мне в эти темные времена. Но не надейся, друг мой, что я всегда и всюду буду согласен с тобою, - кажется, Семирогий чуть заметно коротко рассмеялся.

Кернунн видел, как разгладилась морда Шепота, и на душе у хозяина леса стало легче. Наблюдать день за днем страдания своего стража, своего друга, уже само по себе было для него непростым испытанием. Теперь, казалось, волк снова обрел надежду - и вместе с ним надежду обрел и сам Кернунн. Воистину, что было бы с ним без его верной стаи?

Пока взгляд Шепота был устремлен в даль, хозяин леса изменил свой облик. Покрытая шерстью когтистая рука потянулась к волку и опустилась на его спину, утопая пальцами в черной шерсти. Острые тернии расступились, не смея ранить хозяина леса, и на их месте ненадолго распустились маленькие белые цветы. Тихо посмеиваясь, Кернунн почесал когтями черную шкуру. Без страха, что тьма коснется его. Страх отступил перед любовью и верой, осыпался на землю бессильным пеплом.
- Знаешь, друг мой Шепот... - снова заговорил Кернунн задумчиво, - Будь я на твоем месте, то не торопился бы так скоро занимать место Тумана. Думаю, положение дел наших требует немного поторопить течение реки предназначений...

С этими словами он тоже задумчиво воззрился на сияющую в рассветном солнце зелень. Безмятежное Аортэнское утро ласково пробуждало лес ото сна. Лес был прекрасен и чист, и более всего на свете Семирогий желал, чтобы он оставался таким всегда.

http://s5.uploads.ru/WSyvl.png
ЭПИЗОД ЗАВЕРШЕН

Отредактировано Cernunnos (2018-11-25 01:13:46)

+1


Вы здесь » Fables of Ainhoa » Потерянные рассказы » 05.07.1213. Под сенью сожалений.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC